Бойня на корабле

Отряд капитана Пирса отступал в числе других вооруженных отрядов. Солдаты двигались задом наперед, отстреливаясь, и каждые пять секунд один из бойцов падал. Разрозненные, разбитые шеренги таяли и рвались на глазах, как клочки бумаги. За редким каменным выступом или холмом из песка удавалось спрятаться счастливцу, но до следующего укрытия он мог не дожить. Те, кто бросали отстреливаться и кидались наутек, умирали еще быстрее. Но таких было много. До корабля оставалось метров триста. Соблазн был велик, а напор колонистов неумолим. Они лезли со всех щелей, за много лет обжившие здешние

земли, научившиеся прятаться в этих голых пустых землях Аякса.

Выжившие в ту ночь надолго запомнили его кроваво-багровое небо, знойный воздух и серый дым от накаленного песка. Синий блеск нейтронных испарений и громовые раскаты, похожие больше на взрывы рукотворных бомб.

И все-таки им удалось спастись. Из всего корпуса в корабль вошли остатки от трех отрядов. Среди прочих офицеров выжил капитан Пирс. Он принял командование новообразованным из остатков отрядом, насчитавшем при перекличке шестнадцать человек.

Но это было потом, а сначала они, забежав впопыхах, рассыпались по залу, кто привалился к стене, пытаясь отдышаться, а, кто, глотая воздух, примкнул к окну иллюминатора, за которым отдалялось разрываемая взрывами маленькая и злая планета Аякс. Часть миссии была выполнена, но какой ценой?

Об этом думал сейчас капитан Джон Пирс, перетягивая раненую руку одного из бойцов. Самого его в этот раз не задело, но везунчиком себя он не чувствовал: ему хватало ран и шрамов от прежних боев.

Первым делом, когда все пришли в себя и оклемались, Капитан Пирс пошел в кабину к пилоту и подтвердил курс на Зилус. Затем, вернувшись, он повел всех в помещение с барокамерой. Он считал: все имели право видеть то, за что умирали их товарищи.

Среди шестнадцати было ни мало легко и тяжелораненых, с ними остались в главном зале корабельная сестра Смит и двое ее помощников – Джейсон и Кельвин. Они, быстро работая руками, только и успевали что запаивать органическим аэрозолем бойцов, колоть им сыворотки и засыпать порошками большой площади раны (в основном на спине и груди).

То, что было сейчас их боевым трофеем и одновременно целью, хранилось за толстым стеклом, в химическом зеленоватого цвета растворе.

Это был подросток инопланетного вида – бесполое безволосое существо с желтоватого цвета кожей, двумя руками и ногами, головой, как у людей, но неестественно поблескивающий, будто посеребренный. Глаза его были закрыты. Существо спало, подключенное через трубки и получающее через них жизнеобеспечение. Грудь его сильно вздымалась, взбалтывая зеленую жидкость, и глубоко опадала. Казалось, что хоть и в беспамятстве, но что-то оно чувствует и переживает.

– Какие будут приказания, капитан? – спросил лейтенант Виксен.

– Всем отдыхать. Возле объекта не шастать. Оно имеет страшную силу, как заверили меня на Зилусе. Пока мы не знаем, какую именно. Так что, если не хотите, чтобы нас всех по прибытии предали суду, за невыполнение задания, держитесь от него подальше. В прошлый раз при транспортировке этого гада от корабля остался один хвост, а существо выжило в нем – осталось нетронутым. Всем советую подумать над этим.

Многие уже спали на ходу, и Пирс тоже оборвал свою речь. Его, не спавшего вторые сутки, просто вырубило. Он буквально свалился на подвернувшиеся поблизости тюки с продовольствием. Возле существа осталось двое, несмотря на сумбурное приказание капитана. Так решил лейтенант Виксен.

Когда

капитан проснулся, ему показалось, что он и не спал. Такого не было с ним давно, после боя он всегда спал тяжело, крепко, но тяжело, ворочаясь часами в безвылазном дремучем кошмаре, и просыпался потом весь в поту. А в этот раз сон дался легко, будто господь тебя рукой потрогал, осенил, взял под крылышко, подышал на тебя во сне… Кто это говорил? Чьи-то это слова? Капитан не мог вспомнить. Но уверен был, что где-то слышал их. В последний раз такой сон был у него в детстве перед самым днем рождения. Он очень хотел проснуться побыстрее, и попросил это у бога; тогда он в него верил. И так все и случилось: едва он прикрыл глаза, как снова почувствовал силу их открыть, выспавшийся и бодрый. Хотя не чувствовалось, что он спал. Будто время украли.

В тот день детдомовские друзья из его отряда подарили ему боевого черного таракана в коробке. К туловищу его приделана была сделанная из картона броня и сверху установлен картонный же пулемет. Выглядело круто. Только один в их отряде мог сделать такое. Фред Козюля. Рукастый парень и хороший друг.

Странным казалось капитану, что обо всем этом он вспоминал теперь, тратя драгоценные минуты, а не думая о задании. А ведь ему нужно было проверить, как там, остальные и главное, как это… существо. Но он был спокоен. Нет, не так, как обычно, когда сам себя успокаивал. А опасно спокоен, как бывает, когда успокаивает нечто извне.

– Капитан, вы проснулись? Разрешите доложить.

– Докладывай, сержант.

– Экипаж в порядке, большая часть в столовой – обедают. Остальные в лазарете. Объект под наблюдением рядовых Алекса и Тейлора.

– Кто их назначил?

– Лейтенант Виксен.

– Я не назначал его заместителем.

– Вы не успели, сэр. Вас вырубило от усталости. Но он самый старший из нас.

– Хорошо. Но я сказал: держаться от существа подальше. Перед заданием меня предупредили…

– С виду оно безопасно, сэр. Но лейтенант решил, что присмотреть не помешает.

– Лейтенант решил… Ладно. Посмотрим, что там у вас.

Он поднялся с койки, куда перетащили его бойцы. Оправился перед зеркалом и вышел из своей каюты. Вышел в серый холодно-блестящего цвета коридор, каждый шаг в котором гулко отдавался в голове, давя на уши.

«Надо проверить давление на корабле. Голова какая-то…» – промелькнула мысль, хоть для себя он и решил уже, что сначала проверит цель всей миссии, но решение это где-то потухло в сознании, замещенное уверенным желанием проверить сначала ребят. Твердым шагом он направился в столовую, сам себе удивляясь. Уже подходя к столовой, можно было понять настроение бойцов. Оно было веселым. Смех и шутки. Это нормально после тяжелой кровавой работы, считал капитан. Когда он вошел, все повскакивали.

– Рады приветствовать вас, капитан! – издали сбитым хором. Хоть команда была и новоиспеченной, солдаты успели полюбить своего капитана: все они видели его в бою и всем им нужен был не только командир, но и батя. И они быстро придумывали его себе, и обращаться к нему начали так, будто прошли вместе не одну единственную битву, а всю войну.

– Сидите, отдыхайте, я тоже рад вас всех видеть, ребята.

– Поешьте с нами, капитан.

«А почему бы и нет, черт возьми», – решил он, чувствуя кишками, как давно он не ел.