Брачное пари
Шрифт:
Франческа и Люсьен хмыкнули.
— О нет, — ответил сэр Люсьен, — иногда она бывает совершенно невыносима. Она же младшая дочь старого Монтбрука.
— Герцога, — добавила Франческа.
— Это тот старый чудак, который весь день напролет спит в своем кресле в клубе?
— Не знаю, но он ужасно старый и глухой как пень и, насколько я знаю, до сих пор носит парик и туфли с бриллиантовыми пряжками, — сказала Франческа.
— Да, он выглядит так, будто его каждый день представляют ко двору, — подтвердил Лейтон, — должно быть, одевается каждый день не меньше двух часов.
— Дорогой мой, —
— Ну, как бы там ни было, леди Симмингтон в свое время и сама хотела выйти замуж за герцога, да только ни одного под рукой не оказалось. Пришлось согласиться на графа, и готов поклясться: она считает этот брак мезальянсом. К счастью, Симмингтон несметно богат, что позволяет ей жить на широкую ногу, как герцогине. Вот из-за своей родословной и состояния супруга она считает, что все остальные стоят гораздо ниже ее на социальной лестнице. Впрочем, думаю, для князя или принца она все же делает исключение.
— Неужели? — возразил Лейтон. — Я прекрасно помню, что она обращалась с членами королевской семьи как с какими-то выскочками.
Констанция лишь отчасти прислушивалась к беседе своих спутников, ее внимание было поглощено происходящим вокруг нее. Она окинула взглядом огромный бальный зал. Он был куда больше зала леди Уэлкомб. Как и лестница, зал был украшен гирляндами цветов и свечами. Одну стену занимали большие окна с бархатными портьерами, вдоль противоположной стены были расставлены стулья. В дальнем конца зала, на небольшом возвышении, располагался оркестр. С потолка свисала сверкающая позолотой люстра со стеклянными канделябрами. Гости собирались группами у стен и беседовали, наблюдая за танцующими, — бал открылся кадрилью.
У стены Констанция заметила дядю, тетю и кузин. Судя по их лицам, они были ошеломлены грандиозностью и роскошью бала. Конечно, подумала Констанция, этот бал даже сравнивать нельзя с деревенскими собраниями, на которых они привыкли бывать. Даже бал у леди Уэлкомб не шел ни в какое сравнение с этим великолепием.
Пока Констанция была погружена в свои мысли, кадриль завершилась, и лорд Лейтон повернулся к ней:
— Мне кажется, этот танец вы обещали мне.
Сердце Констанции стремительно забилось, она взяла Лейтона под руку и вышла в центр зала. Раздались чарующие звуки вальса. Констанция почувствовала, что желудок ее словно стянуло в тугой узел. Она, конечно, танцевала вальс прежде, но не так уж часто. Балы в их провинциальной глуши были куда более консервативными, чем лондонские, и на вальс там смотрели с неодобрением. К тому же если ей и случалось танцевать вальс, то только с мужчинами, знакомыми ей с детства. Констанция боялась, что сделает ошибку, наступит Лейтону на ногу и он будет считать ее неуклюжей.
Доминик повернулся к Констанции, обнял за талию, сжал руку в своей. Констанция вдруг поняла, что забыла правильные движения. Но тут Доминик увлек ее в гущу танцующих, и все страхи Констанции улетучились. Он двигался уверенно и изящно, в отличие от всех партнеров, с которыми ей доводилось танцевать прежде. В его объятиях она чувствовала себя легко и естественно, наслаждалась музыкой и близостью Доминика.
Констанция взглянула на своего партнера и улыбнулась, не
— Интересно, почему я не видел вас прежде, до бала у леди Уэлкомб? — спросил он. — Вы недавно в Лондоне?
— Мы здесь уже три недели.
Доминик покачал головой.
— Не думаю, что смог бы не заметить вас.
Это было нетрудно, подумала Констанция. До сегодняшнего вечера она была в тени, незаметная в своем невзрачном платье. Но ей не хотелось говорить об этом.
— Наверное, мы бывали в разных местах, — сказала она.
— Определенно это я бывал в каких-то неправильных местах.
Констанция рассмеялась:
— Вы весьма сладкоречивы, сэр.
— Вы несправедливы ко мне, — ответил он, и его глаза блеснули. — Я всегда был с вами искренен.
Констанция насмешливо взглянула на Доминика:
— Вы забыли, милорд, что сами рассказывали мне о том, как за вами охотятся. Можно ли ожидать, что я поверю, будто в состоянии заметить каждую из этих девиц?
— Не каждую, только вас.
Констанцию словно окатила теплая волна. Когда он вот так улыбался ей, она забывала, что ей следует держаться настороже и не позволять себе увлечься им. Но как же не улыбаться и не краснеть, если он говорит такое?
— А как насчет тех, с кем вы флиртуете в библиотеке? Вы всех помните? — спросила она насмешливо.
— Ах, — Доминик бросил на нее понимающий взгляд, — вижу, вы решили обратить грехи мои против меня. Прошу вас, поверьте, у меня нет привычки флиртовать с юными леди ни в библиотеках, ни в иных местах.
— Разве? — Констанция скептически выгнула бровь.
— Нет. Истина состоит в том, мисс Вудли, что в вас есть что-то такое, отчего я веду себя… не так, как обычно.
— Я не уверена, воспринимать ли мне это как комплимент или как нечто обратное.
— Я не хотел вас обидеть, уверяю вас.
Констанция не знала, что сказать. Его глаза с такой теплотой смотрели на нее, что она совсем растерялась. Не было ни слов, ни мыслей, одно только желание танцевать в его объятиях, смотреть в его глаза, жить этим мгновением.
Но вот музыка стихла, и они остановились. Поколебавшись несколько секунд, Лейтон убрал руку с талии Констанции и отступил на шаг назад. Констанция глубоко вздохнула и отвела взгляд. Вот она и вернулась в реальный мир.
Констанция взяла Лейтона под руку, и он повел ее к сестре. Сэр Люсьен тут же пригласил Констанцию на следующий танец, а когда они вернулись, девушка, к своему разочарованию, не обнаружила лорда Лейтона рядом с Франческой.
Впрочем, остаток вечера она была слишком занята, чтобы сокрушаться о его отсутствии. Вокруг леди Хостон на каждом балу толпились поклонники, но сегодня их число удвоилось. Франческу буквально осаждали молодые джентльмены, желавшие быть представленными ее спутнице, и Франческа с радостью выполняла эту приятную обязанность. Не успела миновать и половина вечера, а бальная книжка Констанции была уже заполнена. Сама Констанция видела причину своей внезапной популярности в том, что в первых танцах ее партнерами были лорд Лейтон и сэр Люсьен. Ничто так не повышает привлекательность женщины, как внимание других мужчин.