Брат-2
Шрифт:
— Как же так!? — шокировано уставилась на него Эльза, — Ты же так ненавидел темных, а сам стал…
— Еще более мерзкой тварью? — помог в поиске верного определения Виктор. — Не переживай, Эльза, я и сам это понимаю и принимаю. Но чтобы развеять, несомненно, возникшие у вас сомнения на мой счет, сразу скажу, что судил я только виновных. Все те "невинные жертвы обезумевшего мясника", о которых кричали газеты и плакали многочисленные прихлебатели, на самом деле являлись либо заказчиками, либо создателями темных гильдий. Не будь их и их денег, и темных гильдий было бы в разы меньше. Охотясь на темных, со временем я понял, что уничтожаю лишь следствие, а не причину. Сколько бы темных я не отправлял на тот свет или в тюрьму, меньше творимого ими зла не становилось.
— Да уж, Виктор, ты воистину непростой человек. — покачал головой Гилдарц. — Надеюсь, ты понимаешь, что как только темные прознают, кто именно скрывается под этой маской, уже ничто не спасет от неминуемой смерти ни тебя, ни твоих родных и близких. И как отец Каны, я не могу не волноваться по этому поводу.
— Понимаю и потому показываю сейчас одну из своих ипостасей только тем, кому, не смотря ни на что, доверяю. Если уж случится так, что один из вас сдаст меня, то этот мир не будет стоить моих усилий по его спасению.
— А почему бы тебе тогда не попросить помощи у твоих соратников из судей? Вы ведь все равно ведете настоящую войну с темными. — поинтересовался Лексус, с трудом переваривший новость о тайной жизни артефактора.
— Потому что нет никаких соратников. Это мне то и дело приходилось обращаться к своему актерскому таланту, чтобы отыгрывать роли совершенно разных людей. Да и многочисленные артефакты, применяемые мною в операциях, позволяли создавать видимость существования магов разных направлений и уровней силы. Но теперь пришло время наведаться в гости к верхушке темных и потому одному Темному Судье будет уже не справиться с вынесением приговоров. — с этими словами Виктор закинул на стол мешки с комплектами точно таких же одежд и доспехов что были надеты на нем. — Не желаете ли прогуляться в один из моих тайных миров, друзья?
Летающий крейсер Сердца Гримуара очень редко совершал посадки для приема припасов и подбора возвращающихся в гильдию магов, ведь именно этот корабль и являлся гильдией, что делало ее практически неуловимой. Лишь наличие на борту шпиона позволило собранной Виктором команде заранее подготовиться к будущему сражению, установив все необходимые ловушки и барьеры в месте следующей посадки крейсера. Но еще до того как ничего не подозревающие темные загнали свой корабль прямиком в расставленный капкан на его борт, спикировав коршуном из облака, опустились две обряженные в странный черный доспех фигуры, практически мгновенно растворившиеся в воздухе.
Слишком сильно уверовавшие в собственную неуязвимость темные даже не подумали о возможности проникновения диверсанта на их корабль, так что прогулка по его палубам оказалась для Виктора едва ли не обыденной прогулкой, тем более что план корабля у него также имелся.
Вообще, в Сердце Гримуара состояло под сотню магов, но действительно сильными и опасными были лишь десять, двое из которых с началом боевых действий должны были перейти под знамена фей. Но и оставшаяся восьмерка могла бы играючи раздавить любую из светлых гильдий, включая Хвост Фей. Во всяком случае, именно к такому выводу
Однако, полагаться лишь на собственные силы и возможности Виктор посчитал недостаточным для чего и проник внутрь корабля темных, в котором, как по заказу, находилось оружие способное немало помочь в деле уничтожения темных. Куклы Вуду — вот что стало целью артефактора. Ведь из всех элементов древней, забытой многими магии, что смогли освоить сильнейшие члены Сердца Гримуара, только находящиеся у серокожего здоровяка Каина куклы могли быть пущены в дело кем угодно. И этим самым "кем угодно" как раз и собирался стать Виктор.
Как впоследствии признавался сам Виктор, сложнее было украсть конфетку у ребенка, чем стащить этих кукол у сопящего в обе носопырки темного, даже не удосужившегося закрыть дверь в свои апартаменты. Он так и умер во сне от своего же оружия. Направив магию куклы на ее бывшего владельца, Виктор попросту свернул ей шею, не заморачиваясь всякими этическими принципами. А после для гарантии загнал ей в голову и в район сердца по спице обнаруженных тут же.
Следующей намеченной жертвой должен был стать Растироуз, как наиболее непредсказуемый противник. Все же способность материализовать все, что придет в голову, по мнению артефактора ставило его над всеми остальными, чьи способности хоть и вызывали трепет, но являлись прогнозируемыми что ли. Этот же темный, к тому же если он обладал богатым воображением, вообще имел все шансы уничтожить не только их небольшой отряд, но и весь мир. Во всяком случае, ознакомившись с данными по этому магу, Виктор благодарил всех и вся за то, что в этом мире знать не знают об атомной бомбе. Ведь для применения столь страшного оружия тому же Растироузу требовалось всего-навсего представить себе желаемый конечный результат. Досконально знать структуру бомбы ему не требовалось от слова "совсем", всю работу за него делало ее величество МАГИЯ.
Вот только как назло этот хиповатый очкарик торчал где угодно, но только не в своей каюте. Пол часа Виктор ходил за ним по всему кораблю хвостиком, пока не плюнул на это дело, поскольку время истекло, и корабль уже начал входить в зону действия капкана, о чем стало известно по загомонившим магам, отвечающим за управление кораблем. Следуя за Растироузом, артефактор оказался как раз в центральном зале управления, где в этот момент находились еще три мага из тех, с кем артефактор ни за что не захотел бы встречаться в честном бою.
— Похоже, у нас на борту все же завелись крысы. — не открывая глаза, произнес сидевший на подобии трона мастер гильдии. — Весьма наглые крысы. — добавил он спустя несколько секунд и лениво приподняв веко, уставился прямо на то место, где находился Виктор. — Не хочешь ли сказать что-нибудь напоследок, крыса?
— Один. — поняв, что уйти точно не удастся из-за тут же перекрывших все входы и выходы темных, развел руки в стороны Виктор, тем самым начав процесс запуска "Закона Феи".
— Один? — вопросительно изогнул левую бровь Хэйдс.
— Два. — начал сводить руки артефактор и одновременно с этим всё, включая воздух, принялось дрожать от переизбытка вложенной в заклинание энергии.
— Макаров. — только и успел ошеломленно произнести второй мастер Хвоста Феи, прежде чем по залу разнеслось — "Три" и все поглотил белый свет.
Проводив взглядом вылетевший с заметным креном из столба ослепительно-белого света крейсер темной гильдии, Фрид активировал барьер, над которым трудился почти месяц и получившая свободу Анима, оказавшаяся прямо на пути корабля, с превеликим удовольствием поглотила того со всеми находящимися на его борту.