Брат
Шрифт:
Никаких зарисовок в блокнотах я не делал — мало ли что. Сколько людей спалилось на таких, казалось бы, незначительных мелочах! Поэтому пришлось полностью положиться на свою память. Был бы на дворе год 2023-й, можно было бы все быстренько нафоткать и отправить ребятам по интернету. Но до этого оставалось еще тридцать лет, а столько ждать не входило в мои планы. К тому же в 2023-м все мои фотоэтюды моментально попали бы на запись камер видеонаблюдения, так что в этом времени были и свои плюсы.
Наконец настала пора выселяться.
— Ваш ключ, пожалуйста. Надеюсь, вам у нас понравилось.
Вика произнесла это несколько
— Ждем вас снова!
— Большое спасибо за гостеприимство, — ответил я и протянул ей 50 долларов.
— Ой, — похоже, обида в ней уступила место удивлению. — Но это много… у нас даже иностранные гости ни разу не оставляли таких чаевых!
— Ну я же не иностранец, — как можно приветливее улыбнулся я. — У меня широкая русская душа.
Вика иронично хмыкнула — видимо, снова вспомнила про мои ночные приключения. Действительно, душа — шире некуда.
— Вика, — посерьезнел я. — Я не буду скрывать — вы мне очень симпатичны. Я на вас обратил внимание еще там, в трамвае… просто у вас, как мне показалось, в тот день не было настроения общаться, а навязываться я не люблю. У меня есть еще время до отъезда. Может быть, мы могли бы встретиться на днях? Прогуляемся, побеседуем, поужинаем где-нибудь.
Я прямо-таки прочитал на ее лице борьбу с желанием простебать мои подкаты после общения с путанами. Но она прекрасно понимала, что пока мы друг другу никто, это будет смотреться странно. Свободный мужчина, делает что хочет — да хоть всю женскую половину постояльцев к себе в номер пригласит, ее это касаться не должно.
Вика изобразила кокетливую нерешительность. На языке женщин это означает «Я, конечно, согласна, но хочу, чтобы меня еще немного поуговаривали».
— Ну, если только прогуляться, — игриво сказала она. — Тут, знаете, за весь день кроме стойки и чужих голов ничего и не видишь. Но сегодня я допоздна, завтра тоже… Можно встретиться послезавтра, я заканчиваю в восемь.
— Отлично, — просиял я. — Тогда послезавтра я буду ждать вас у входа около восьми!
Излишне говорить, что в назначенный час я уже стоял в назначенном месте. Во-первых, нужно было аккуратно, не вызывая подозрений, выспросить у Вики разные подробности о работе гостиничных служб, которые, кроме как от самих сотрудников, узнать было негде. А во-вторых, она мне действительно очень нравилась. И почему бы мне было не провести несколько часов с красивой и, судя по всему, неглупой девушкой? А то бандиты, бомжи, алкаши, налеты-разборки… Если постоянно иметь дело со всяким отребьем — так ведь и самому оскотиниться можно, чего мне совсем не хотелось. Правда, и в излишнюю романтику впадать не стоит: можно увлечься девушкой, забыться и потерять осторожность. А это в моем случае — подобно гибели. Да и не стоило забывать, что Вика понятия не имела, кто я такой на самом деле и даже имени моего не знала.
— Привет! — Голос
— Здравствуй, — я улыбнулся и вручил ей розу, которую держал за спиной. Банально, знаю, но с другой стороны — банальности спасают нас, когда мы не знаем, как себя вести. Собственно, весь этикет построен на банальностях. А я с этими своими приключениями и общаться-то нормально уже разучился, не то что за женщинами ухаживать.
Оказалось, давно я не гулял по Москве вот так — неспешным шагом, не высматривая тех, кто может на меня напасть или на кого нападу я, не размышляя о том, в какое дерьмо я попал и что мне теперь с ним делать, а просто наслаждаясь отличной погодой и обществом красивой девушки. Да чего там давно — в этой моей новой жизни такое вообще впервые, а в старой… в старой тоже много лет уже было не до того. Да и где теперь та старая жизнь?
Прогуливаясь, я рассказал ей, что работаю издателем, выпуская популярную ныне фантастику и несу в массы нашего постсоветского общества свет. Ей моя работа крайне понравилась, она сказала, что читала Стругацкого, Булычева…
— А что, Вик, как тебе вообще твоя работа? — спросил я, когда мы устроились за столиком кафе, чтобы поужинать. — Мне кажется, я бы с ума сошел — весь день за этой стойкой торчать. Ни прогуляться, ни телек посмотреть, только сиди и на вход глазей…
— Телек в фойе работает, если ты не заметил, — с интересом посмотрела на меня Вика, — только во время работы не до него. Это со стороны кажется, что мы весь день сидим и мух на потолке разглядываем. А на самом деле там столько дел, что… Да и ответственность немаленькая. Так что если бы ты и сошел с ума, то точно не от безделья.
— А какая ответственность может быть у человека на вахте? — я решил немного «дать простачка». — Ключи выдавай себе и все. Ну в журнале расписывайся. Тебе самой можно романы писать!
— Сам ты вахта! — засмеялась моя спутница. — Вахта — в общежитии каком-нибудь или в школе. А у нас стойка регистрации. На западе это называется ресепшн.
— Ну и в чем отличие, кроме названия? — деланно заинтересовался я.
— Отличие в том, что у нас больше обязанностей. И материальной ответственности — мы ведь и денежные операции проводим. Или ты уже забыл, что это мне ты платил за свой номер, а я тебе чек выбивала?
«Так, рыбка начинает клевать», — подумал я и мне тут же стало немного неудобно за такие мысли. Сама-то Вика ничего плохого мне не сделала. Хотя… нечего тут «плыть», как гимназист на выпускном. Я здесь все-таки по делу, а не невесту искать. Надо продвигаться дальше!
— Опасно небось с деньгами-то работать в наше время, — осторожно сказал я. — Люди разные бывают. Не все же такие благородные и добропорядочные, как я.
— Ой, не говори, — вздохнула Вика. — Где-то месяц назад ввалился к нам какой-то пьяный ублюдок с бутылкой в руке и давай все вокруг крушить. Бутылку разбил — нож выхватил. Хорошо, ребята из охраны подоспели вовремя — скрутили и милицию вызвали, а так бы и не знаю, чем закончилось, сейчас вокруг столько идиотов. Но это просто конкретный придурок, и один, а если бы случилось какое-нибудь вооруженное нападение — там никакая охрана бы не спасла.