Братство рун

Пайнкофер Михаэль

— Не за что, мой мальчик, — многозначительно улыбнулся сэр Вальтер. — Я бы ни за что на свете не простил себе, если бы с тобой что-нибудь приключилось. Это было ради собственной выгоды.

— Волчья яма, — сделал заключение аббат Эндрю, удары пульса которого даже не участились. — Очевидно, строители этой штольни приготовили сюрпризы незваным гостям.

— Очевидно, — подтвердил сэр Вальтер. — Конечно, они должны были рассчитывать на то, что такие меры предосторожности могут только разжечь наше любопытство. Потому что там, где

устраивают коварные западни, всегда есть, что обнаружить, — он протянул руку Квентину, чтобы помочь встать ему на ноги. — Все в порядке, мой мальчик?

— Думаю, да, — ответил он. Колени Квентина подкосились, а его сердце бешено колотилось у него в груди. Еще находясь под шоковым впечатлением от произошедшего, он отряхнул свою одежду.

— Предлагаю пойти этим путем, — сказал сэр Вальтер и указал на узкий, шириной в две ладони карниз, который огибал волчью яму. Конструкция была так же проста, как и действенна: кто знал, куда нужно ставить ногу, мог уверенно попасть на другую сторону. Кто, как Квентин, выберет прямую дорогу, попадет в капкан.

Квентину стоило немалой доли усилий преодолеть себя и снова приблизиться к яме, не говоря о том, чтобы пройти вдоль. Охотнее всего он бы закрыл глаза, но можно было оступиться. Так мелкими шажочками он продвигался вперед, прижавшись спиной к стене и прилагая все усилия, чтобы не взглянуть вниз в пропасть.

Друг за другом они миновали яму. Сэр Вальтер шел последним. Снова его нога доставила ему некоторые проблемы, но, сосредоточив все свое внимание и собрав нечеловеческую дозу мужества, он преодолел и это препятствие.

После этого эпизода трое мужчин держались друг подле друга и сперва проверяли почву, прежде чем поставить туда ногу. Но больше ловушек не было. Наконец — когда сэр Вальтер предположил, что они уже находятся под Эдинбургским замком, — штольня стала шире, превратилась в сводчатое помещение и закончилась.

Потолок обрушился, огромные глыбы камней и скал перекрывали ход.

— Господа, — сказал аббат Эндрю, сохраняя самообладание, — я без удовольствия говорю об этом, но опасаюсь, что это конец нашего путешествия.

— Похоже на то, — подтвердил сэр Вальтер, скрипя зубами. То, что они зашли так далеко и подвергались смертельной опасности, чтобы теперь капитулировать перед грудой обломков, без сомнения, разозлило его, и не только его.

— Этого не может быть, — вмешался Квентин. — Мы стоим буквально перед решением загадки, и теперь на нашем пути всего лишь пара камней.

И он поспешно принялся за разбор завала и оттащил в сторону несколько наиболее крупных блоков. Но едва он сдвинул их, как новая осыпь обрушилась сверху.

— Оставьте их, мастер Квентин, — попросил аббат Эндрю. — Вы только рискуете тем, что остатки штольни задавят нас.

— Но хоть что-то мы можем сделать! Так просто не может быть, правда, дядя?

Сэр Вальтер не отвечал. Он также пытался изо всех сил выяснить, что представляет

собой штольня, хотя, конечно, он не был в состоянии сделать так, чтобы гора осыпи исчезла сама собой. Задумчиво он осмотрел пол в свете своего факела и непосредственно натолкнулся на след!

— Квентин! Аббат Эндрю!

В свете факелов оба увидели то, что обнаружил сэр Вальтер: погребенный под камнями и пылью, лежал труп человека. Сперва его не было видно, лишь бесплодные попытки Квентина устранить препятствие освободили его.

Он был завален совсем иначе, чем те трупы возле входа, так что крысы не пробрались сюда. Едкий запах тления ударил в нос всем троим, когда они убрали остальные камни. Наконец они увидели, что мертвец что-то держал в своих руках.

Это был длинный, обернутый в кожу сверток, который мертвец прижимал к себе руками… так, словно это было сокровище необычайной ценности, которое он Хотел сохранить даже в смерти.

Трое мужчин обменялись многозначительными взглядами, когда им пришло в голову, что может находиться в этом пакете. Их поиски, наконец, привели к цели.

Квентин, который едва сдерживался от нетерпения, взял на себя малоприятную работу и достал пакет из сжимающих его рук мертвеца. При этом он показался сам себе грабителем могил, и только мысль, что от этого может зависеть безопасность страны, успокоила его.

Приложив некоторое усилие, ему удалось вынуть из-под горы обломков сверток, который был длиной около четырех локтей. За этим последовала новая осыпь и полностью похоронила труп, словно его роль в этой невообразимой пьесе закончилась и он обрел долгожданный покой.

Квентин положил сверток на землю, и в пляшущем свете факелов мужчины принялись его разматывать.

Их взгляды выдавали нескрываемое напряжение, при этом ни один из них не проронил ни слова. Старые веревки почти сгнили, и сэр Вальтер отбросил в сторону промазанную жиром кожу, которая предохраняла свое содержание от сырости и влаги.

Квентин затаил дыхание, а в глазах сэра Вальтера блеснул задор юноши, который получил наконец давно обещанный подарок. В следующий миг свет факела отразился на сверкающем металле так ярко, что ослепил мужчин.

— Рунический меч, — прошептал Квентин.

— Этим все доказывается, — постановил сэр Вальтер. — Это оружие, которое вы так долго искали, аббат Эндрю.

— Я благодарен Творцу за то, что преодолел всю свою робость и попросил у вас совета, сэр Вальтер, — ответил аббат Эндрю. — В самое кратчайшее время вам улыбнулось счастье и вы сделали то, что не удалось ни одному из наших ученых в прошлом.

— На самом деле это не моя заслуга, — защищался сэр Вальтер. — С одной стороны, этому способствовал Квентин. С другой стороны, просто настало время, чтобы тайна была раскрыта. — Он осмотрел клинок и взвесил обеими руками. — Значит, это меч, из-за которого было совершено столько предательств и убийств.