Братья

Коруд Ал

— Ага, — куратор военной полиции саркастически улыбнулся, — только шесть месяцев назад он совершил тяжкое преступление и улизнул от вас в штрафной батальон.

— Кто его куратор? — гроссмейстер хмуро смотрел на Нахимова. — Я хотел бы побеседовать с ним.

— Полковник Чамп, сир. К сожалению, он сейчас в дальнем рейде и вне зоны досягаемости нашей связи.

— Интересно получается, адмирал. Ваш странный подопечный вышел из-под контроля, устраивает чёрт-те что, а подчиненные куда-то улетают.

— Сир, полковник Чамп не мой подчиненный, он из Дальней разведки Флота.

Мы его привлекаем в особых случаях.

— Эх, адмирал, адмирал, — Мазерини со стуком поставил высокий стакан на стол, — сколько проблем из-за вашего неуставного метода работы.

— Генерал, за три десятилетия, что я возглавляю пост начальника сектора исследований, мои методы принесли нам множество дивидендов. Да и вам лично, — Нахимов держался совершенно спокойно, — не благодаря ли усилиям моего сектора вам удалось провести более точную разведку, в этот раз очень помогшую нашим войскам в проведении операций.

— Да, — начальник штаба вынужден был кивнуть, — в тот раз Спиральщикам не удалось слить наши планы. Как это часто бывало раньше.

— Тут многие поработали, — добавил человек в форме адмирала Космофлота, — но, черт побери, Нахимов, кто этот парень?

— Очень необычный человек, — неожиданно снова ввязался в разговор Франхейм. Начальник же контрразведки ехидно усмехнулся:

— Еще бы, генерал, вы ведь знаете его лично?

Присутствующие в зале повернули головы к профессору стратегии. В глазах многих читался неподдельный интерес. Заседание приняло сегодня очень занятный оборот. Обычно на подобного рода консилиумах решались глобальные вопросы, определяющие судьбы миллиардов живых существ. А сейчас они так долго обсуждают какого-то сержанта, и главы всемогущих спецслужб всерьез обеспокоены.

— Ведь это вас, Франхейм, Карт вывез из окружения на Калунии, по существу спас от неминуемой смерти.

По столу прошел легкий ропот, кто-то из военных не сдержался:

— Так сержант Карт и есть тот самый «водила генералов»?

Куратор контрразведки старший советник Франц молча кивнул.

— Он еще участвовал в пяти десятках довольно опасных рейдов и выходил из них живым. У Карта был конфликт с командиром батальона, ему грозило тюремное заключение, но именно в этот момент полковник Чамп вербует его в Организацию.

— Вы чересчур много знаете, земная ищейка, — Нахимов зло сощурил глаза.

— Прошу без оскорблений! — колыхнулся Гроссмейстер.

— Мы имели представление, что этот индивидуум обладает особыми способностями, поэтому и хотели использовать его. Никто не знал, чем это обернется в дальнейшем.

По рядам опять прошел шорох. От самых внимательных членов Высшего Совета не ускользнуло, что глаза Регента внезапно вспыхнули зеленоватым свечением. Хрусталики его глаз, да и сами глаза, давно были заменены на искусственные, и сейчас этот могущественный член Организации принимал на них непосредственно информацию, а такое случалось достаточно редко.

— Сейчас раз цена вашей ошибки оказалась слишком высока, — Мазерини нервно стучал пальцами по столешнице из настоящего дуба, неслыханная роскошь в космосе. — Ваш подопечный вышел из-под контроля.

— Генерал,

очень высока была и ставка, — многие из сидящих в зале переглянулись. Мало кто мог вот так бросить вызов самому успешному за последние пятьдесят лет Начальнику штаба. Канцлер недоуменно вперился в Нахимова. Перепалка между главами могущественных кланов сильно обеспокоила его. Внезапно в зале раздался звук, заставивший многих из присутствующих вздрогнуть. Казалось, что ломается и скрипит дерево, но это была речь очень старого человека, связки которого почти высохли, и приходилось использовать усилитель звука.

— Кто он? Откуда он?

Все оглянулись в сторону Регента. Они ошеломленно наблюдали, как один из Трех скинул с головы капюшон и внимательно смотрит на Нахимова.

— Я требую от вас ответа, адмирал.

В зале установилась мертвая тишина. По спинам большинства сидящих пробежал холодок, у многих намертво свело скулы. Такие вопросы Высшего в былые времена зачастую приводили к смерти обвиняемого, а в нынешние к немедленной отставке и полному забвению. Нахимов побледнел, но к своей чести, не дрогнул.

— Сир, я не могу ответить на этот вопрос. Это не ваша компетенция.

Регент не удивился, его брови не дрогнули, только уголки губ чуть шевельнулись.

— Суть проблемы.

— Нужно разрешение Первого, сир.

Члены Высшего Совета организации не верили своим ушам. Глава сектора рискнул перечить одному из Регентов! Что-то очень странное происходит сейчас в их мире. Многие уже готовились услышать слова обвинения или жесткую отповедь, но неожиданно Регент устало откинулся в кресле и произнес своим скрипучим голосом:

— Консилиум закончен.

Люди поспешили к выходу, осторожно озираясь на поникшую фигуру в большом кресле. Прошедший сегодня консилиум оставил в их душах и умах странные ощущения. Третий Регент застыл, он только что столкнулся с необъяснимым. Он был самым старым из Трех. Его полномочия являлись сейчас наименьшими, хотя и довольно огромными. Он осуществлял надзор над внеземной деятельностью землян, в том числе и военными действиями Армии Федерации. Но эта тайна…

Она оказалась более глобальной. Все еще острый ум старика тут же решил это странное уравнение, и результат получился поистине ошеломляющим. Пожившему на свете Регенту ужасно хотелось прикоснуться к этой тайне, он очень много сделал в свое время для ее поиска. Но… но его время безвозвратно ушло. Его тело уже не вынесет тяжесть принимаемых решений. Решений, определяющих будущее всего человечества.

Генерал Франхейм прошел через соединительный проход и зашел в неприметный технологический отсек. Старые стены здесь были слегка обшарпаны, половина светильников не работала. Его уже ждали.

— Капитан, — генерал пожал руку своему адъютанту. Затем достал из кармана маленький черный прибор и приложил его к стене. — Теперь можно говорить спокойно. Подарок от ученика.

Франхейм улыбнулся, зря этот напыщенный генералитет насмехается над его факультативами. Прямые связи гения стратегического планирования были довольно обширными, как и влияние.