Шрифт:
Выпустив ещё одну очередь в сторону оконного проёма, Керк перекатился под прикрытием жалких остатков стены, и оказался за старой покрышкой. Не слишком-то надёжная защита, пусть этот толстостенный монстр и от какого-то гигантского колёсного агрегата, типа погрузчика «Комацу».
Зато – куда ближе к врагу!
Он заорал:
– Прикройте!
Две тут же полившиеся справа и слева очереди дали понять, что с позициями и с патронами у тех, кто выполнил его команду, всё в порядке. Керк, уже успевший сменить магазин, бросился вперёд, поливая пока не огрызающийся проём градом свинцовых
Он с разбегу треснулся плечом о стену под проёмом, и только тогда прекратил стрелять. Его напарники прекратили стрельбу ещё раньше: когда он побежал вперёд.
Открыв подсумок, Керк достал не глядя два цилиндра, выдернул первую чеку. Аккуратно перебросил через подоконник, после чего метнулся вдоль стены к соседнему проёму. Рука мягко забросила туда вторую гранату.
Осталось только кинуться наземь, и закрыть голову руками – от осколков и крошки штукатурки, что посыпалась сверху, когда обе гранаты с разницей в секунду рванули…
Не дожидаясь, пока осядет облако пыли, он подпрыгнул, и ухватился за подоконник, подтянулся. Влез без колебаний, автомат даже закинул за спину: был вполне уверен в действии наступательных средств для подавления противника.
И точно: в полумраке полуобвалившегося перекрытия, чудом сохранившегося в комнате разрушенного почти до основания здания, в дальнем углу, лежал поверженный враг. Он даже не стонал. Чёрная лужа, уже натекшая под телом говорила о множественных ранениях, явно «несовместимых с жизнью». Жутко воняло плесенью и пылью: пыль вообще лежала на всём – на осколках битых кирпичей, на остатках развалившейся мебели, и, разумеется, на полу.
Керк подошёл поближе к телу. Да, здесь буквально веяло смертью: омерзительный привкус меди на губах сказал ему, что кровь существа тоже на основе гемоглобина…
Оружие, до неправдоподобия напоминавшее АК, валялось рядом с поверженным противником: поразительно, как схожие цели приводят к конвергенции технических решений.
Впрочем, вряд ли дело в этом: вероятнее всего это – выбор устроителей. Да оно и верно: незачем мудрить, снабжая их врагов каким-то другим оружием. Другое дело сами враги – вот над их образом явно мудрил не один инженер-креативщик!
Керк на всякий случай снова передвинул на грудь свой АК.
Но – нет. Остекленевшие глаза навыкате сказали, что существо действительно мертво. Керк постоял, чутко вслушиваясь в гнетущую тишину, сам не зная зачем – может, подсознательно хотел убедиться, что больше никто им в этой дыре не угрожает?..
Наконец он осторожно присел рядом. Потом и встал на колени.
Приложил руку к шее – пульса нет. Впрочем, чёрт их знает, этих искусственно созданных тварей: может, у них и не бывает пульса на шее?
Он пощупал непосредственно грудь. Даже приложил ухо. Нет. Ничего там не бьётся. И глаза… Он пальцами прикрыл по очереди все три огненно-красных буркала размером с небольшое яблоко. Бр-р-р!..
Сплюнув набившуюся в рот крошку штукатурки, Керк покачал головой. Если б не эти три глаза и костяной гребень по всей длине шеи и спины, издали этого монстра можно было бы запросто принять за человека: две
И почему это существо отказалось пропустить их?
Ведь Керк и правда: не собирался причинять ему вреда – он только хотел провести свою команду к выходу с этого Уровня… Жаль, конечно, что оно не понимало их языка.
Хотя, может, это именно его, Керка, преувеличенно спокойные и медленные жесты, и попытки договориться миром, существо как раз и восприняло как агрессию, и покушение на его территорию?
Конечно, всё может быть и так. Но теперь уже поздно предаваться бессмысленным сожалениям: именно вот этот «парень» и начал первым ругаться на них, а затем – и делать непристойные жесты. А затем – и стрелять!
А то, что их именно – оскорбляют, догадаться труда не составляло. Некоторые жесты весьма однозначны, к какому бы типу или виду не принадлежало разумное существо.
Керк вернулся к проему окна и свистнул. Помахал рукой. Две тени в камуфляжной одежде отделились от неровностей местности, и бесшумно направились к нему.
Керк снова вздохнул, оглядывая типичный постапокалиптический ландшафт за их спинами, освещаемый тускло-оранжевыми лучами предзакатного солнца, и мысленно выругался: и как это он в свои почти семьдесят дошёл до жизни такой?
А ведь как почти невинно и мило всё начиналось!..
– Нет, вряд ли мы – подобраны случайно. – Керк отвечал преувеличенно спокойно, стараясь тщательно подбирать слова и контролировать тон, зная, что одна из них только и ждёт промашки, оплошности с его стороны – любого повода, чтоб устроить очередную истерику, – Скорее, как мне кажется, в подборе людей, то есть, нас, имеется некая система.
– Система?..
– Да. Понимаете, Рахель, – он перевёл взгляд на сморщенную кожу лица партнёрши справа, задавшей этот вопрос, и постыдился опустить взгляд ниже – на ещё более сморщенную кожу расплывшегося и уже почти бесформенного тела, – в инопланетян я не очень верю. А вот, скажем, в очередные «поведенческие» эксперименты нашего неплохо финансируемого Правительством военно-промышленного комплекса – очень даже. Тем более что – посмотрите: здесь нет ничего такого, чего не могли бы, в принципе, создать наши современные, земные, наука и техника.
Собеседница Керка никак не отреагировала на его попытку обвести окружающее их пространство рукой – цепкий взгляд умных и до сих пор очень красивых и выразительных миндалевидных глаз продолжал оставаться прикованным к его лицу.
Керк взгляд выдержал, хотя от собственных страха и злости ему хотелось вопить.
Но он понимал, что если позволит этим эмоциям выплеснуться наружу, остальным его вынужденным «коллегам» по крысячему лабиринту может стать совсем плохо: судя по знакомству, последовавшему за ним разговору, и некоторым другим признакам, кое-кто из «избранных» наверняка не привык принимать самостоятельных решений. А привык как раз к тому, что кто-то «взрослый», а затем и более «умудрённый», ведёт его по жизни за ручку. А любые возникающие проблемы можно решить простейшим способом: устроив очередной визгливо-истеричный скандал этому самому «поводырю»…