Бремя Мертвых
Шрифт:
Пыль ночных дорог.
Олег зажмурился от удовольствия. Шаги по кафельной плитке.
Снова старый ‘додж’.
Снова каплет дождь.
Намылил волосы, шею. Темная фигура возникла за спиной.
Снова тишина.
Не звонит она.
Телефон молчит.
И опять звучит
Radio ‘Silence’
– А!
Олег поскользнулся, упал на залитый водой кафель. Распорол обо что-то ногу. Смешиваясь с водой, потекла в сток кровь, как в фильме Хичкока ‘Психоз’.
Перед Борщиным, пошатываясь, стоял на четвереньках
– Пошел вон!
– проорал Олег.
Человек все так же стоял на четвереньках, замерев.
Стоп.
В ютуб он как-то видел ролик: по улице города идет толпа зомби. Грим, все дела, по телам стекают потоки томатной пасты.
Ха! Вот почему он никого не застал в качалке. Парни решили приколоться над ним! Шутники, блин.
Олег захохотал.
– Ну-ка, зомби, покажи личико.
Зомби шагнул вперед. Пахнуло разлагающимся мясом.
Молодцы, подготовились. Хотя притащить в душевую тухлую курицу, - это уже чересчур.
Ладно, хорош. Уже не смешно.
Уроды все-таки. Вот и ногу из-за них повредил…
Олег вытер голову полотенцем, взял мочалку и мыльницу.
– Отвали.
Зомби вдруг потянулся вперед и цапнул Олега за ногу. Как собака.
Олег вскрикнул от неожиданности.
На ноге образовалась рваная рана, из которой хлынула кровь.
Так это не розыгрыш?
– Что ты де…
Зомби кинулся снова. Борщин сумел увернуться и, споткнувшись у выхода, выбежал из душевой.
Твою мать!
В качалке - еще два зомби. Женщина и подросток. Сразу направились к Олегу, приволакивая конечности и пошатываясь.
Борщин метнулся к тренажерам, снял с держателей штангу. 80 кило. Должно хватить.
Обернулся.
Женщина упала ему на грудь, зубы защелкали в считанных сантиметрах от лица Олега. Он оттолкнул тварь и обрушил на черноволосую голову штангу. Голова словно бы взорвалась, мозг брызнул во все стороны. Вот и принимай душ…
У подростка раскурочен живот - видны внутренности. Олег вновь размахнулся штангой…
Он взбежал по каменным ступенькам.
Не то, чтобы Борщин ожидал увидеть это, но не особо удивился.
По улице брели десятки зомби.
От куда-то донесся женский визг, перешедший в нечеловеческий крик, впрочем, быстро прекратившийся.
Дико озираясь и размахивая штангой, Олег поспешил на задний двор качалки. Там Борщина ждала его девочка.
На заднем дворе, к счастью, никого не оказалось.
‘Харлей Дэвидсон’ матово посверкивал в лучах вечернего солнца.
Борщин отбросил штангу, вскочил в седло.
Девочка, как всегда, завелась с полуоборота.
Олег газанул.
Поднял голову и увидел, трех зомби, бредущих к нему.
Ах, вот вы как!
Газ - до упора.
Харлей поднялся на козлы.
Мотоцикл несся
В голове - заевшая пластинка с мыслями:
Автоматы … патроны … огнеметы … гранатометы … нужны … мне.
У Памятника Одному Поэту он бросил взгляд вниз, на свой торс, и пластинка с мыслями сразу поменялась на такую:
мне … срочно… немедля … нужна … одежда… срочно … немедля
Я хочу сдохнуть! Кристина, Олег.
Она вышла из квартиры в понедельник ( а может, уже во вторник ) утром, держа Ромика на руках. Мальма скулила, не желая покидать привычное жилье, да и самой Кристине было не по себе.
Но: еда закончилась, в квартире стало холодно. А будет еще холоднее. Когда наступит зима, с потолка будут свисать сосульки…
Перед уходом девочка напялила двое джинсов, теплую куртку, шерстяной (мамин) свитер с оленями.
Ромик тихонько рычал в своем наморднике. Кристина уже давно перестала замечать идущий от мальчика запах тлена.
– Ччч, Ромик. Здесь лучше не шуметь.
Кристина подошла к лифту, надавила кнопку вызова.
Дура! Нет воды, света, тепла, так откуда лифт?
– Пошли, Мальма.
Девочка направилась к лестнице, настороженно оглядываясь.
На лестничной клетке четвертого этажа - безголовый труп. Мальма тут же принялась обнюхивать его, но Кристина шикнула на собаку и они продолжили спуск.
В подъезде на стене - надпись кровью:
Я ХОЧУ СДОХНУТЬ!
Кристина хмыкнула. Тоже мне, герой. Ты попробуй выжить.
Она приоткрыла дверь и выглянула на улицу, держа за ошейник рвущуюся Мальму.
Серый двор, лужи на асфальте, песочница с забытым игрушечным автокраном, тополя, нахохлившиеся вороны.
Никого.
Кристина вышла, прикрыла дверь.
– Пойдем, Мальма.
Девочка побрела в сторону супермаркета. В животе бурчало.
Супермаркет ‘Семерочка’. Когда-то (кажется, это было в другой жизни) одноклассник Семенов надоумил ее украсть отсюда упаковку жвачки. И воровство состоялось, несмотря на дрожь Кристины, когда она, ничего не купив, проходила мимо кассы. Отдав жвачку Семенову, девочка поклялась никогда больше не участвовать в подобных авантюрах.
На дверях супермаркета - замок.
Кристина почувствовала слабость в ногах и опустилась на холодные ступени.
Замок. Еды здесь нет. Но где она есть?
Вдруг всю еду в городе съели ЭТИ? Вроде Ромика, только взрослые. Зомби.
– Девочка.
Кристина подняла голову. Мальма зарычала.
– Мальма!
Кристина схватила собаку за ошейник.
Стоящий перед ней мужчина улыбнулся.
– Спасибо, девочка.
Одет в синюю изодранную, перепачканную куртку, голова бритая, покрытая кровоточащими царапинами, на носу - треснувшие очки. И да, еще у него не было обоих ушей. Прямо как у Ромика.