Бригадир
Шрифт:
Юля всем жертвует ради него. И еще они в общей сложности прожили вдвоем немало времени. Прожили, но всерьез так ни о чем и не поговорили. Его устраивало ее молчание, она не хотела навязывать ему свое мнение. А им давно уже следовало поговорить обо всем.
– Ты меня прости… Ну, из-за этого дурацкого рычага, – повинился он.
Юля близко подошла к нему, и он, поймав ее за талию, привлек к себе, усадил на место, на котором чуть не пригрелась Алла.
– Действительно дурацкий, – опустив глаза, сказала она.
– Голова
– Да.
На этом разговор должен был закончиться. Зачем разрисовывать перед ней небо в алмазах, если она согласна на золото. На золото молчания. Не привык он распинаться перед ней, отсюда все недоговоренности. А их накопилось много. Очень много. Если не критическая масса…
– А за то, что я ушел к Жанне?
– Разве тебе не все равно? – кротко спросила Юля.
– Нет, конечно… Ты многое для меня значишь. Очень многое… И я хочу, чтобы мы были вместе.
– Разве мы не вместе?
– Нет… Ну, в смысле, да. Но не навсегда. Скоро меня выпишут из больницы. Или я сам уйду. Рана затянулась, ловить мне здесь нечего, и дел очень много…
– Уйдешь. Но мне хватит того, что было, – опустив голову, тихо сказала она.
– А что было?
– Мы одиннадцать дней вместе.
– И что за эти одиннадцать дней было?
– Ты был со мной, я за тобой ухаживала… Мне было с тобой очень хорошо.
– Не было у нас ничего. Приходила Жанна… Она сейчас далеко, но со мной. А ты здесь, рядом, но не со мной… Это несправедливо.
Спартак носом зарылся в ее блеклые, выжженные пергидролем, а оттого ломкие волосы. Но какой запах! Какая сила очарования!.. И никакие витамины не нужны, чтобы настроиться на чувственную волну.
– Не было у нас ничего, – закрывая глаза, прошептал он. – Даже секса не было…
– Это не главное.
– А что главное?
– Быть с тобой… Просто быть с тобой…
– До меня у тебя были мужчины?
– Не было у меня мужчин…
– Только не говори, что я у тебя первый.
– Я и не говорю… Мужчина был, а мужчин не было… Один был…
– Пашкой его зовут? – спросил он, вспомнив разговор с Жанной.
– Нет, Борис… Я его любила… Мы были близки… А потом он в армию ушел.
– Значит, ты мальчика из армии ждала?
– Да, ждала. А что здесь такого?
– И где он сейчас? Летчиком, наверное, был? Погиб, испытывая новый самолет? – неожиданно завелся Спартак.
Юля допустила непростительную ошибку. Она должна была сразу признаться, что у нее был мужчина. Что у нее был один мужчина. А она начала с того, что у нее никого не было. Так бы и врала, если бы Спартак не намекнул на один деликатный момент. Он-то спал с ней, он-то знал, что до него в ее постели побывал мужчина.
– Нет,
– А ты так и продолжала его из армии ждать. Только вернулся другой. Затем еще и еще. И ты всех принимала…
– Зачем ты так говоришь? – с тихой обидой спросила она.
– А зачем ты лапшой меня заправляешь?.. Мужчина у тебя до меня был… Много у тебя мужчин было… Ну, было и было. Все мы живые люди, все не без греха. Но врать-то зачем?
– Но у меня правда был всего один мужчина.
– За всю жизнь один мужчина, да?
– Да.
– А я?
– Ты, получается, второй.
– А говоришь, один… Врешь ты все… Эй, ты куда?
Спартак с возмущением и удивлением одновременно смотрел, как Юля открывает дверь и переступает через порог. Он собирался поговорить с ней об их отношениях, вытянуть знаки вопросов в восклицательные колья, но вышел один сплошной клин. Может, она в чем-то и ошиблась, а он, дурак, оседлал своего любимого бешеного конька…
Ну, были у нее мужики, были. Он знает это, давно уже с этим смирился… И надо было ему завестись! Ничего, Юля скоро вернется, и он обязательно попросит у нее прощения… А она вернется. Обязательно вернется. Потому что любит его. Он точно знает, что любит… И еще он знает, что Юля очень ему дорога. И он ей об этом скажет, как только она вернется…
Весна. Небо стало и светлее, и выше, и даже шире. И солнце ярче светит в будущее. На душе кислой брагой бродят невеселые мысли, но настроение все равно на высоте. Тепло на улице, сухо, клейкие листья на тополях пахнут верой, надеждой и любовью. И хочется верить, что все это надолго.
Тем более что Жанна невероятно хороша. Эти распущенные волосы, это небесно-солнечное сияние в глазах, этот стильный плащ нараспашку… Платье на ней модное, короткое, ноги длинные, красивые, бесовские – не в смысле копыт, а в том смысле, что душу можно продать, настолько они соблазнительные.
Но душу свою Хазар продавать не собирался. Скорее всего, он собирался покупать чужую. Поэтому он здесь. На пути к гаражу, куда за машиной направлялась Жанна.
Гараж на окраине соседнего двора, и ей приходится идти по дороге, где стоит его «БМВ». Встреча, разумеется, «случайная»…
– Жанна?
Он порывисто вышел из машины, но замедлил движение, закрывая за собой дверцу. Пусть она видит, что его спокойствие показное. На самом деле он как бы волнуется, потому что как бы очарован ее красотой… А ведь он и в самом деле под впечатлением. Знал, что Жанна хороша собой, но не думал, что настолько…
– Костя?!
Она остановилась, в замешательстве подалась назад. И даже по сторонам оглянулась.
– Эй, ты чего? Я тебя чем-то напугал? – удивился он.
– Нет, но… Что ты здесь делаешь?