Бриллиант
Шрифт:
Примерно четверть аукциона была уже позади, и Бертрам успел утроить цену каждого лота. Я попросила швейцара вызвать такси.
— Куда это ты? — спросил возникший ниоткуда Оуэн.
— По-моему, я чем-то отравилась.
— Хочешь, попрошу Майкла отвезти тебя?
Я покачала головой и поцеловала его в щеку.
— Не стоит. Тут полно такси. Иди в зал. И позвони мне утром.
— А что будет с приемом?
— Иди и повеселись за меня. Ты это заслужил.
— Мне будет недоставать тебя.
— Мне
Оуэн захлопнул дверцу такси и дал водителю мой адрес. Заурчал мотор.
— Перемена планов, — сказала я.
— Вот как? Куда вам, мисс?
— Вокзал Ливерпуль-Стрит, пожалуйста.
Я ни разу не оглянулась.
Полчаса спустя мы оказались у людного железнодорожного терминала, служащего связующим пунктом для поездов северного направления на Норидж и Гатуик.
— Носильщик понадобится, мисс?
— Нет. Справлюсь сама.
Я вошла в здание вокзала, отыскала туалет, переоделась в деловой костюм и оставила новенький чемодан без монограмм и внешних примет в камере хранения. Потом спустилась на эскалаторе в метро и вернулась в город.
Прием в «Савое» только начинался.
Глава 66
Поздней ночью, к тому времени когда я добралась до Хитроу, последний самолет на Лазурный берег давно уже был в воздухе. Я выспалась в отеле «Мариотт» и успела на первый субботний рейс. Перед вылетом я сделала два звонка с новехонького английского сотового, купленного специально для этой цели. Высадившись в марсельском аэропорту, я сделала еще один звонок, теперь уже из автомата, воспользовавшись обычной, приобретенной в книжном киоске карточкой.
Потом, уже на стоянке, я положила сотовый под переднее колесо «мерседеса» и ездила взад-вперед, пока на бетоне не осталась бесформенная лепешка из черной пластмассы и маленьких серебристых деталей, которые я разбросала по стоянке парой хороших пинков.
Вот и все.
Я ехала на ферму со всей возможной скоростью и, добравшись, немедленно включила телевизор. Со дня взрыва телевизионщики и репортеры стали частью жизни «Баллантайн и К°», и я знала, что сегодняшний, второй день аукциона будет особенно оживленным.
Я сварила кофе. События только разворачивались.
Бойкая молодая женщина, стоявшая перед нашим зданием, что-то оживленно говорила в микрофон. Я ее знала. Алисон Портер, одна из репортеров «Скайуорд телевижн».
— Рано утром в Скотленд-Ярд, — продолжала она, — позвонил неизвестный, заявивший, что некоторые вещи из ювелирной коллекции принцессы Арианны украдены. Мы обратились к мистеру Эндрю Гарднеру, директору ювелирного отдела «Баллантайн и Кo». Здравствуйте, мистер Гарднер. Добро пожаловать в «Скайуорд».
— Спасибо, мисс Портер.
Эндрю был бледнее обычного, а длинная выдающаяся вперед верхняя губа нависала
— Это правда? Я имею в виду ограбление.
— К сожалению, да. Пока что мы сумели определить, что приблизительно двенадцать вещей из коллекции заменены подделками, кстати сказать, очень тонкой работы. Разумеется, это еще не говорит о том, что при осмотре мы сами не выловили бы фальшивки, независимо от того, был ли звонок или нет. Мы подтверждаем подлинность каждой вещи до и после каждого показа.
— Какова их цена?
— Свыше двадцати пяти миллионов фунтов. Минимум того, сколько они принесли бы на аукционе. Вполне вероятно, что истинная стоимость была бы в два-три раза больше.
— Хотите сказать, что они могли бы уйти за семьдесят пять миллионов фунтов?
Эндрю кивнул:
— Вполне возможно. Большинство камней были цветными, очень редкими бриллиантами.
«Спасибо, миссис Фуллертон, за ваши цветные камни, особенно те, огромные розовые, желтые, зеленые и светло-светло-голубые сапфиры, которые ваш ювелир выдал за цветные бриллианты и, несомненно, содрал с вас двойную цену».
— И что вы собираетесь делать? Отменить аукцион?
Эндрю снова покачал головой и объявил со всем убеждением, на которое был способен:
— Нет. Нет, столь решительные меры не потребуются. Остальная коллекция в целости и сохранности. Подделки изъяты, и все изделия, как я уже сказал, проверяются нашими экспертами.
— Значит, аукцион продолжится?
— Совершенно верно. Сегодня в восемь.
— Простите, мистер Гарднер, одну минуту. — Она подняла руку и плотнее прижала к уху наушник. — У меня потрясающие новости. Да. Да.
Алисон улыбнулась и посмотрела в камеру.
— Мне только что сообщили, что драгоценности найдены.
Эндрю вскинул брови.
— Что за прекрасная новость.
— Мы связались с нашим коллегой, Марком Галифаксом. Марк, вы нас слышите?
— Да, Алисон. Я в отеле «Дьюкс» на Сент-Джеймс-плейс, в нескольких кварталах от фирмы «Баллантайн».
Репортер стоял у ограды тесного маленького дворика, окружавшего отель. За ним виднелись два полицейских автомобиля, на крышах которых бешено вертелись мигалки. Вход блокировали полицейские.
— Еще один примечательный поворот в и без того интригующей истории. Из авторитетных источников нам стало известно, что Скотленд-Ярд только что арестовал мистера Оуэна Брейса, председателя совета директоров «Брейс интернешнл» и владельца «Баллантайн и Кo», а также многих компаний по изготовлению предметов роскоши, включая «Пантер отомобайлз», здесь, в Англии. Мистер Брейс живет в «Дьюкс», и в любую минуту его могут вывести из номера.
Я увидела, как Дэвид де Менуил пролетел мимо репортера, что-то бросил полицейским, показал удостоверение и вошел в дверь.