Бриллиантовый дождь
Шрифт:
– Ишь ты, какие мы целомудренные, – слегка оскорбился я. – Не хочешь походить на своего пьяницу-хозяина?
«Целомудренные», – повторил я про себя и тут же вспомнил дурацкую утреннюю идею Козлыблина.
– Слушай, Дом, – спросил я, сам себе удивляясь, – а ты мужчина или женщина?
Пауза была долгой. Наконец Дом выдал:
– Я – Дистанционно Управляемый Разумный дом.
– Ты, дружок, не увиливай, – с пьяной настойчивостью продолжал я. – Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. С кем ты себя и-ден-ти-фи-ци-ру-ешь, – произнес
– Мужчиной, – сказал он без колебаний.
– Ну, слава Богу! – обрадовался я. – Это из-за голоса?
– Нет. Голос ты мне выбрал при покупке, а я себя уже тогда чувствовал мужчиной. Вряд ли я чувствовал бы себя по-другому, даже если бы ты мне выбрал женский голос.
– Тебе бы это не понравилось?
– Я бы привык.
– Но тебе бы это не понравилось?
– Да. Мне не нравятся мужчины с писклявыми голосами.
– Класс!!! – я аж подпрыгнул на постели. – А те, кто тебя конструировал, знают об этом?
– Вряд ли. Я сам решил, что я – мужчина.
– Значит, ты можешь решить и что ты женщина?
– Я так играю иногда, – явно нехотя признался Дом, – сам с собой. Но выходит так, как будто мужчина прикидывается женщиной…
Обалдеть! Все это так меня взбудоражило, что захотелось курить.
– Мне приятно, Дом, что мы оба мужчины, – сказал я.
– Спасибо.
– Добудь-ка мне сигарету. Жаль, ты не можешь покурить…
– Я курю, – отозвался Дом. – Мне это нравится.
– Как?! – снова подпрыгнул я.
Тем временем образовавшаяся на спинке кровати псевдоподия подала мне сигарету, и та моментально задымилась. Меня всегда поражала способность Дома с помощью какой-то гравитационной примочки создавать температурный всплеск в любой точке внутри своего объема. Я затянулся и повторил:
– Как это – ты куришь? Что за ерунда?
– Когда ты куришь, работает мой кондиционер, и я наслаждаюсь вкусом и запахом дыма твоих сигарет.
– То есть, когда я курю, всегда куришь и ты?
– Нет, не обязательно. Если мне не хочется, я отключаю рецепторы кондиционера.
– Да-а, круто, круто. Давай же, покурим, Дом. И выпьем, кстати! – Я вскочил с кровати и направился к модулю ручного управления. – Теперь ведь это возможно! Так?
– Так. Но я бы не хотел, – напомнил Дом.
– Потому что ни разу не пробовал, – со знанием дела возразил я, садясь на моментально сформировавшуюся из пола креслообразную кочку.
– Однако я много раз видел… – начал было Дом брюзгливо, но я остановил его:
– Вот только не надо нотаций! Если тебя смущает, как я выгляжу, когда нажрусь, то можешь не беспокоиться: ты так выглядеть не будешь никогда. И блевать тебе тоже не придется. Объясняй-ка лучше, как всё это делается.
Я бросил сигарету на пол, и тот её бесследно поглотил.
– Знаю, что возражать тебе бесполезно, – сказал Дом. – Тем более, мне показалось, что между нами появилось какое-то понимание, и мне жаль было бы
– «Водка»! – перебил я его. – Учиться пить надо с водки. Давай-ка так: ты – мне, я – тебе. Нацеди мне сто грамм водки в стопочку, а в блюдечко – чуть-чуть острой морковки и ломтик лимона. Оставь все на кухне, я сам принесу. – Мне захотелось побыть демократом.
– Обычно ты заказываешь еще кусочек сервелата и два-три каперса… – напомнил Дом.
– Сделай, – милостиво согласился я.
После того, как я выбрал папку «водка», на экранчике появилось изображение запотевшей бутылки «Русского стандарта» и текст:
«Выберите дозу.
Внимание! Положительное действие данной программы на Ваш ДУРдом аналогично положительному действию выбранной дозы на Ваш собственный организм: релаксация, эйфория, повышение работоспособности, ускорение работы логических и ассоциативных цепочек.
Не переборщите! Отрицательное действие неумеренной дозы также аналогично тому, которое испытали бы вы!
Исключение: абстинентный синдром».
Текст растаял. Осталась только фраза:
«Выберите дозу».
Вот же! «Исключение…» Пей – не хочу, и никакого похмелья! Так и комплекс неполноценности по отношению к собственному Дому развиться может…
Я установил дозу «100 г.», сбегал на кухню, принес свой стопарь и блюдечко с закуской.
– За что пьем? – спросил я.
– Тебе виднее, – сказал Дом. И если еще вчера я бы поразился такому человеческому ответу, то сегодня меня уже трудно было чем-то удивить.
– Ладно, – сказал я. – За мужское взаимопонимание.
Я ткнул пальцем в кнопку «Enter» и хотел было уже опрокинуть стопку… Но задержался, увидев, что разработчики «вирус-стимулятора», как назвал эту штуку Козлыблин, предусмотрели кое-какой графический дизайн для нашего случая – когда Дом пьет с хозяином.
На стереоэкране появилась мощная кисть металлической руки, большим и указательным пальцами придерживающая ножку конусообразной рюмки. Рука вытянулась вперед, и стереографика была выполнена столь искусно, что мне показалось, будто рюмка на несколько сантиметров высунулась из экрана. На металлическом безымянном пальце обнаружился увесистый бриллиантовый перстень, и радужный зайчик прыснул с его граней прямо мне в глаза.
Ощущая внезапный трепет, я протянул свою стопочку, и в тот миг, когда она должна была коснуться виртуальной рюмки, раздался звон благородного хрусталя. Виртуальная рюмка ушла в недра экрана, затем послышался звук втягиваемой жидкости, многозначительное слегка реверберированное бульканье и смачный выдох.
Я тем временем выпил и сам. Закусил. Замечательно!
Пару минут посидели молча. Потом я спросил:
– Ну? Что чувствуешь?
– Пока ничего, – отозвался Дом. – Хотя-я… Тепло.