Bringing failure
Шрифт:
Трепет и какое-то ласковое тепло нежданно зародились в сердце, заставляя его биться быстрее и, в то же время, вселяя удивительный покой и умиротворение. Локи упорно молчал, он не мог ничего сказать, да и не хотел, лишь крылья его носа чуть трепетали при каждом вздохе, а меж бровей залегла складка - эмоция, открывающая все его чувства, как на ладони.
– Разве я могу рассчитывать на благосклонность бога?
– вопрос мог показаться ироничным, но Фелиция не имела в виду ничего плохого, ощущая лишь, как внутри произрастает что-то необъятное, не позволяющее вдохнуть
Он посмотрел на неё, снова принимая человеческое обличье, прислонился к её лбу своим и, осторожно скользнув пальцами к её затылку, притянул Фелицию к себе, заставив сесть.
Они неторопливо ластились - щека к щеке, словно кошки; в истоме закрыв глаза, Фелиция осторожно касалась губами его скулы, мочки уха, шеи, до изнеможения мечтая прижаться теснее. Локи, чувствуя возбуждение, запустил пальцы в белоснежную шевелюру, заставляя Фелицию запрокинуть голову, целуя ключицу, тонкую шею, подбородок, слушая глубокое, но прерывистое дыхание. Её тихий стон заставил его на миг остановиться, чтобы не допустить нетерпеливости, грубых объятий.
– Почему?..
– произнес он только одно слово, чувствуя, что голос совсем потерял силу.
– Мне нечего терять, - сорвался с её уст тихий ответ.
– Если я скоро умру, то больше не увижу тебя, а если всё обойдётся, то ты вернешься в Асгард.
Он отстранил её от себя и заглянул в глаза, затянутые поволокой.
– Я заберу тебя в Асгард… - не понимая, что даёт ложные надежды и искренне веря в свои слова, произнёс Локи, лелея надежду на общее будущее.
– Я - смертная, я состарюсь, стану уродливой старухой, а ты будешь ненавидеть меня и себя за этот поступок, - она говорила очевидные вещи, причиняя боль и себе и ему, но так до конца и не осознавая, что всё это неважно, а попытка предугадать будущее звучит бессмысленно.
– У нас нет будущего, и эти слова должна говорить не я - слабая податливая женщина.
В его глазах не появилось отчуждения, готовности оспорить или, напротив, утвердить подобный исход. Локи неожиданно улыбнулся, но улыбка вышла болезненно кривой.
– Тогда я состарюсь вместе с тобой… - ответил он и, не позволив выплеснуться её возражениям, притянул к себе, наконец поцеловав иначе, по-настоящему глубоко и нежно.
– Когда всё закончится… если я всё ещё буду для тебя желанным, если твои чувства не исчезнут, так или иначе мы будем вместе… я обещаю. Ты веришь мне?
– Поверить богу обмана?
– она по-доброму усмехнулась и обняла его так крепко, что Локи вздрогнул, а его пальцы на спине Фелиции на миг окаменели, но тут же расслабились.
– А у тебя есть выбор?
Захватив скулы Фелиции в ладони, он вынудил её на прямой взгляд, выискивая в нём недоверие, фальшь, игру, но она лишь снова поцеловала его, не удостоив вопрос ответа. Она тянулась к нему, будто в последний раз, и Локи, ощущая её внутреннее тепло, дарованное только ему одному, осмелился скользнуть рукой под её толстовку, дотронуться до разгоряченной кожи, до жилистого живота и упругой груди. Он поначалу совсем не обратил внимания на посторонний голос в комнате:
–
– Я подумал, вам не помешает знать.
– Догадливый искусственный разум, - нехотя оторвавшись от Фелиции, проговорил Локи.
– Конечно, он же призван облегчать жизнь Старку. Спасибо, Джарвис.
– Не за что, мэм, - отозвался тот.
Фелиция как-то уж слишком спокойно встала с кровати, поправила одежду и невозмутимо взглянула на чуть растрепанного и весьма недовольного тем, что они прервались, асгардского принца; впрочем, Локи встал следом и, подойдя ближе, осторожно приподнял её подбородок вверх, снова коснувшись губ поцелуем.
– Твой брат идёт, - напомнила Фелиция, чувствуя, что ещё немного и воля к сопротивлению оставит ее, ведь он медленно, но настойчиво тянул их обратно к кровати.
– Я запру дверь, если хочешь, и даже Мьёльнир не будет способен её вышибить.
– Сейчас совсем не время, - она опустила его руки, надеясь на понимание.
– Наши друзья отправились на опасное задание.
Его глаза вдруг сделались злыми, в них закралась обида.
– Минуту назад ты говорила совсем другое, что тебе нечего терять. Как понимать тебя, Фелиция?
Она подошла ближе, коснувшись ладонью его щеки и негромко сказала:
– Я почти потеряла голову, но ты должен понимать, что я имела в виду вовсе не секс. У меня остались обязательства перед Стивом, а сейчас он рискует жизнью ради человечества и ради меня. Джарвис, когда они прибудут на место?
– Ожидаемое время прибытие в зону распространения через три часа двадцать три минуты, мэм.
Локи не изменился в лице, он всё ещё был холоден.
– Я готов бросить к твоим ногам собственную жизнь, а ты мне отказываешь?
– он сжал губы и отстранил её руку.
– Я открылся перед тобой, но Роджерс - это всё, о чем ты можешь думать в такой момент?
– Ты воспринимаешь всё слишком категорично, - она покачала головой и отошла в сторону, отвернувшись и обхватив свои плечи.
– Мне трудно принять свои собственные чувства к тебе, и я, не кривя душой, могу сказать, что сильно к тебе привязана. Но, пожалуйста, не осуждай меня из-за Стива, я пытаюсь быть порядочной и не хочу допускать чего-то, что скомпрометирует меня, поставит в невыгодное положение в его глазах. Между нами никогда не было чувств, но он не достоин лжи и, уж тем более, если это будет происходить за его спиной.
– Что ты собираешься сказать ему?
– Локи, казалось бы, с пониманием отнёсся к её речам, однако глубоко внутри его душила обида, всего несколько мгновений назад он держал Фелицию в своих руках, а теперь она снова ускользала, прикрываясь мнимой моралью.
– Правду, - она обернулась и заглянула в его глаза, - невзирая на то, что у нас с тобой нет будущего.
– Ты так в этом уверена?
– он чувствовал насколько она верит в собственные слова и готов был оспорить любое её слово, сказанное в укор их отношениям.