Bringing failure
Шрифт:
– Нечего было свет выключать, - придерживая ее за плечи, сказал Стив, почувствовав, что если она действительно собралась ползти все восемь этажей по лестнице, то доберутся они к утру.
– Идите домой, капитан Роджерс, я хочу побыть одна.
Стив бы пошел, да вот оставлять ее одну в таком состоянии не позволяла элементарная совесть. Зря он навязал свое присутствие на время исследований… Агент Харди напевала какую-то заупокойную мелодию, путая слова, пока ему это не надоело. Стив поднял ее на руки, заставил обхватить его шею, прислонил ее болтающуюся без особой траектории голову к своей груди и потащил наверх, решив,
– Ка-а-айф, надо будет у дока еще взять, - устроившись поудобнее и даже не возмутившись, протянула она.
– Кажется, доктор огурец переборщил с дозой, - сообщила агент Харди, беззастенчиво щупая свободной рукой грудь Стива.
– А у меня даже меньше!
– с обидой сообщила она, потрогав собственную.
Стив почувствовал, как лицо заливает краска и начинают гореть уши, когда он невольно обратил внимание на манипуляции неадекватной девушки, нашедшей интересным теперь дуть ему на шею.
– А вы красивый, - зачем-то сообщила она, когда они добрались до более освещенного пятого этажа.
– Надеюсь я завтра ничего не вспомню, - с тяжелым вздохом добавила агент Харди.
– Вы покраснели, кэп, можно я буду звать вас так?
– Нет.
– Ну хоть сегодня, а?
– законючила она, дрыгая ножками.
– Нет.
– Ну, минут пять, а?
Стив проклинал все на свете, чувствуя, что еще немного и он бросит ее, не донеся до комнаты.
– Только сегодня, если вы не будете дергаться, - быстро сдался он, перехватив ее поудобнее.
В жилом корпусе, слава Богу, никого не было, и Стив, следуя путанным указаниям “ноши”, достаточно быстро добрался до ее двери и собрался уже опустить на ноги, но агент Харди и не собиралась слезать с него, а лишь, пискнув пропуском, указала кивком головы на дверь. Сдерживая гнев, Стив покорно внес ее в довольно простенькую необжитую комнату, в которой стояла куча неразобранных коробок возле стены. Агент Харди, обнаглев вконец, указала на кровать и хитренько улыбнулась. Он бросил ее довольно грубо, точно мешок с картошкой, и она обидчиво нахмурилась, сев на четвереньки на кровати.
– Ложитесь спать, агент Харди.
– Я - Фелиция, - сообщила она чуть заплетающимся языком, ткнув себя пальцем в грудь.
– Без разницы, - не выдержал он и вышел за дверь, услышав вдогонку наигранное щенячье поскуливание.
– Капитан? Что вы здесь делаете?
– в коридоре его словно дожидался Бартон.
– В одной комнате с сексуальной кошечкой…
Но тот, злобно фыркнув, ушел в сторону лифта, ничего не ответив…
***
Монако. Монте-Карло.
– Время, Клинт, они уже должны были появиться, - сообщила Натали, поглядывая на парадный вход в банк “Тезаурус”, у дверей которого не было и намека на присутствие кэпа и агента Харди.
– Нат, смотри, что это?
– позвал ее тот, открыв чемодан, в котором должно было быть оружие, а не то, что предстало его взору.
Та, отойдя от окна номера в отеле, откуда они вели наблюдение, подошла к коллеге и удивленно посмотрела на парик белых волос в его руках, затем в раскрытый пластиковый кейс, где лежал свернутый пиджак, юбка, рубашка, солнечные очки и неопознанный футляр, в котором обнаружились зеленые контактные линзы. Записка, лежащая на дне чемодана гласила: “Планы изменились, агент Романоф, вы знаете, что делать. Линзы - слепок
– Чертов Фьюри!
– выругалась Натали, схватив чемодан и уйдя в ванную комнату, чтобы переодеться.
========== Глава 5 ==========
Нью-Йорк. Штаб-квартира ЩИТ
От исследования доктора Беннера Фелиция отходила два дня; мало того, что она ничего не помнила, начиная с того момента, как вырубилась в кресле, так еще и капитан Роджерс как-то странно на нее поглядывал следующим вечером. Спрашивать у него, что же она такого натворила, Фелиция не стала, дабы не показаться нелепой. Если она ничего не помнит - следовательно, ничего не было. Но что-то подсказывало ей, что она могла повести себя не вполне корректно, несмотря на то, что проснулась у себя в комнате в одежде. Такие ситуации с ней уже происходили, более того, в своё время ей пришлось использовать алкоголь и наркотики в “служебных” целях - чтобы изобразить достоверную страсть к Тони Старку. В целом же, Фелиция точно знала, что такой допинг ей строго противопоказан из-за слишком раскрепощающего эффекта. Даже если она и поцеловала Роджерса - в этом нет ничего страшного, они же взрослые люди… Забудется.
– Агент Харди, приведите себя в надлежащий вид, немедленно!
– вывел ее из мыслей капрал Джонсон - крепкий, подтянутый мужчина с невероятно выдающимся подбородком и прической Дольфа Лундрена из “Рокки Бальбоа”.
– А что со мной не так?
– Фелиция оглядела себя с ног до головы, помянув добрым словом Фьюри, который все же вознамерился сделать из нее агента, так сказать, дисциплинировать.
Если Роджерс был солдафоном, то эта гора мышц с полным отсутствием шеи и на две головы выше и без того высокой Фелиции была кубическим солдафоном. Держали его с целью муштровать совсем зеленую группу агентов, в которую и определили Фелицию.
– Встать ровно!
– рявкнул он, но она лишь изогнула бровь.
– Ваш ремень перекошен, что вы сделали со своей майкой?
– он одернул завязанную на пупке майку, неприлично обнажив фрагмент аппетитной груди стремящейся к третьему размеру, более того, агент Харди была без лифчика.
Обратив внимание на выпирающие из-под обтягивающей ткани соски, кубический солдафон с трудом сглотнул и сделал опрометчивый шаг назад, позволив той одержать первую над ним победу. Выбор нижнего белья, равно как просто его наличие или отсутствие, был личной заботой каждого сотрудника и уставом никак не регламентировался. Фелиция не ослушалась приказа, поправила форму и встала по струнке ровно, ожидая дальнейших указаний.
Агенты, пополнившие ЩИТ, ранее служили в полиции, ФБР, ЦРУ, армии, частных охранных фирмах и даже нашелся один бывший уголовник, которого Фелиция определила как своего по манере поведения. Кажется, он тоже был вором. Надо будет завести знакомство… Впрочем, и он нашел в ней интерес, возможно, изначально проявленный как к весьма фигуристой блондинке в майке на размер меньше положенного.
Во время практики ведения рукопашного боя, Фелиция, глядя на пыжащихся федералов, пытающихся завалить солдафона, периодически издавала издевательские смешки. А капрал однозначно неплох, пусть и не без слабых сторон - их Фелиция успела вычислить, понаблюдав за несколькими его спаррингами. Несмотря на выносливость, он был неповоротлив, удар слева был значительно слабее, а лучшим способом защиты он выбирал нападение.