Bringing failure
Шрифт:
– Если ты пришел потешаться, то дверь за твоей спиной, - сразу же указала она, отпив остывшего кофе из железной кружки.
– Хотя, смею заметить, в столь поздний час и твое нахождение здесь вызывает у меня некие подозрения.
– Я не могу уснуть из-за храпа моего дорогого братца, - пояснил он, присев в соседнее кресло.
– Брехня, ты мог бы заткнуть его каким-нибудь заклинанием, - Фелиция взглянула на Локи из-под опущенного капюшона.
– Кажется, у нашего принца обыкновенная земная бессонница, так ведь?
Он не изменился в лице, был как всегда бесстрастен и быстро перешел к интересующей его теме, оставив прелюдии позади:
– Ты ведь чувствуешь
– вкрадчиво спросил Локи, сощурившись.
– Во всем мире что-то происходит, если уж я это заметил, то ты, как одна из Девяти, должна ощущать это в полной мере.
– Возможно Зола обнаружил и инициировал еще одного Хранителя?
– прекрасно зная, что Локи читает ее мысли, она все же произнесла это вслух.
– Верно, такое вполне может быть, - согласился он на удивление легко, хотя то было лишь предположение.
– Земной мир ещё никогда не был настолько полон магии, и ее мощь только растет. Час близок, скоро все Хранители соберутся вместе. Фригг видела знамение, и это впервые, когда она предала это огласке. Впрочем, она не сказала всего, чтобы не нарушать собственные правила.
Фелиция даже приподнялась в кресле, стащив ноги со стола.
– Она видела нечто плохое?
– В любом случае, то, что она видела, нельзя изменить, - Локи лишь покачал головой, и прежде чем она успела озвучить следующий вопрос, он на него ответил: - Я не в силах читать ее мысли. Мудрость и знания моей матери всегда были для меня тайной. Она лишь сказала, что на Мидгард опускается сумрак, и мы должны быть сильными, чтобы преодолеть и принять свою судьбу.
– Локи… - внезапно обратилась Фелиция давшим слабину голосом.
– Я вижу твое сияние… Ты словно светишься изнутри ярким голубым светом.
– А я вижу тьму вокруг тебя, - сообщил он и подвинул кресло ближе.
– Она разрастается вместе с твоей силой. Теперь ты можешь ощущать магию, - он протянул свою руку, и Фелиция, помедлив, опасливо коснулась пальцами его ладони.
Она почувствовала легкое жжение, будто от холода, следом по всему ее телу пробежался электрический ток. Фелиция вздрогнула, но Локи не позволил разорвать контакта, а напротив, схватив ее за руку, дернул на себя и зажал в капкане рук. Вспышка света, застлавшая глаза, стерла очертания командного пункта, силуэты мониторов и мебели потонули в ярчайшем сиянии, и Фелиция только тихонько всхлипнула, хватая ртом воздух и комкая ткань рубашки на плечах Локи, страшась и одновременно ища в нем поддержки. Она зажмурилась. Его размеренный пульс, ощущавшийся как никогда близко и неестественно громко, заглушал ее собственный, такой пронзительно быстрый, что сердце вот-вот норовило выпрыгнуть из груди.
– Не бойся, я хочу показать тебе… - прошептал он, успокаивающе гладя ее по волосам; голос его звучал отдаленно, и Фелиция только сильнее вжалась в него, вдруг ощутив прохладу нагрудных лат платья асгардского бога.
Она осторожно приподняла веки, свет все еще ослеплял, но уже не так ярко, позволяя разглядеть мужчину перед собой. Локи снова был облачен в одежды асов, его темные волосы казались светлее и подсвечивались лучами, исходящими откуда-то из-за его спины. Он осторожно отстранил от себя девушку, но все еще удерживал ее за плечи.
– Что ты сделал? Где мы?
– наконец до нее дошел некий смысл влияния, оказанного на ее разум.
– Оглянись вокруг, что ты видишь?
– он обхватил ее ладонь и подвел к выступу у бесконечного ледяного обрыва.
Очертания снежных гор и ледяных глыб появлялись на синем, морозном горизонте. Свет отступал, оставляя лишь
Она уже знала, где они находятся - то был Йотунхейм, и создание рядом с ней приняло истинный облик пугающего ледяного великана с жуткими красными глазами и испещренной незнакомыми символами синей кожей, будто покрытой ледяными чешуйками.
– Не бойся, мы все еще в командном пункте в Мидгарде, - опережая множество вопросов, сказал Локи, однако он был удивлен внешним спокойствием спутницы.
– Мы - всего лишь невидимая для обитателей этого мира проекция. Я хотел показать тебе возможности магии, ты можешь перенестись в любой из девяти миров. Мне же доступны только восемь, все, кроме твоего, - он улыбнулся и вдохнул ледяного воздуха, однако не выпустив при этом облако пара.
– Это мой мир - мир вечной мерзлоты, пустошей.
Она смотрела на него со странным ощущением восхищения, страх по капле исчезал, и Фелиции было не холодно от прикосновения ледяных пальцев, она все еще не понимала, что происходит, но почему-то уже не могла вспомнить, почему так отчаянно боялась неизвестности еще несколько минут назад. Обводя взглядом владения величественного и неприступного Йотунхейма, она чувствовала лишь успокоение, и пульс внезапно стал медленным и тихим, а может, и вовсе исчез…
– Ты можешь отвести меня в свой мир, дитя Хель, ведь ты уже была там. Тебе нужно лишь сконцентрироваться, и сила укажет тебе дорогу.
Локи, принявший человеческий облик, выглядел и говорил спокойно, глядя на воплощение Смерти рядом с собой - Фелиция не была ужасной и отталкивающей, ее руки и лицо не тронуло гниение, напротив, она была невесомой, почти прозрачной, призраком, дымкой, которую он держал в своих руках. Ее седые волосы сделались совсем белыми и к кончикам горели синеющим пламенем. Глаза казались яркими, словно огоньки звезд: радужки переливались серебром, а зрачки выглядели едва различимыми, бледными в потустороннем сиянии. Такая Фелиция не пугала, перед ним находилась словно бесплотная, но вполне осязаемая душа - истинный облик хельхеймского Хранителя. Так ли выглядела Смерть на самом деле? Локи ожидал встретить нечто сродни Гарму - уродливому, полуразложившемуся созданию, но увидел перед собой чистоту, прекрасную тень в размеренном мерцании голубого пламени.
Фелиция казалась другой в сумеречном облике - уравновешенной, понимающей свое предназначение, молчаливой и мудрой, какими должны быть обитатели божественных планет. Она указала пальцем в небо на одну из туманностей, видневшуюся серебристой дымкой, и Локи, не опасаясь, сжал ее ладонь крепче, устремляясь меж проносящихся мимо звезд в мир, который он жаждал увидеть от начала жизни.
Вязкая пелена серого затхлого тумана охватила их со всех сторон, воздух наполнился сыростью, под ногами оказалась вода, откуда-то доносились странные звуки, загробное рычание и отстраненные перешептывания. В тумане едва можно было различить призрачные силуэты, проходящие мимо них и смешивающиеся с окружающей обстановкой. Чернеющей корягой на небольшом белом холме возвышалось лишенное листьев и плодов дерево, устремляющее ввысь свои корявые, словно руки Смерти, ветви. Где-то вдали послышался вой, он то приближался, то отдалялся, и внезапно возле самых корней из дыма поднялась фигура белого волка, а может и собаки, с красными глазами.