Британия
Шрифт:
— Потому что оттуда не возвращаются.
— И именно там живет ваш друг? — с недоверием переспросил Юэн.
— Да. Ее зовут Сара, а большего я не скажу. Если она жива, то поможет вам. Если нет — возвращайтесь, и мы подумаем, как быть дальше.
Юэн задумался.
— Что вы хотите за свою помощь?
— Ничего, — ответил старик, примирительно подняв руки. — Пророк, мир ему и благословение Аллаха, учил нас щедро делиться с теми, кто попал в нужду.
Юэн настороженно посмотрел на имама. Он был убежден, что ничего в этой жизни не делается просто так
— Спасибо, имам Хусейн. Вы — очень щедрый человек.
— Если Сара жива, вы найдете ее в замке под названием Конисбро, на окраине Донкастера.
Старик протянул Юэну картонку с аккуратно начерченным планом местности. На другой стороне красно-зелеными буквами возвещалось о том, что «Корн Флейкс» — лучшие кукурузные хлопья в мире.
Путешественники встали.
— Еще раз сердечное вам спасибо, имам, — сказал Юэн.
— Не за что, — ответил старик, провожая гостей до двери, но у самого порога вдруг остановился и посмотрел на них очень серьезно.
— Прошу вас, друзья: если получится, не заходите в сам Донкастер. Старайтесь также держаться подальше от Лидса и Шеффилда. Каждое из этих мест проклято по-своему, а на вашем пути и без того с избытком опасностей.
После этого он вывел их на улицу.
Нехорошие предчувствия Кейтлин сбылись, едва они дошли до ворот, ведущих к нейтральному коридору перед христианской частью города. Откуда-то из-за спины раздался троекратный автомобильный гудок, и стражники, уже открывшие дверь в потолке опрокинутого автобуса, мгновенно закрыли ее снова, взлетели на горы коробок по бокам и направили стволы в сторону коридора.
Из мечети послышался топот, и шестеро человек окружили Юэна, схватили его за руки и надели старые, но крепкие наручники. Кейтлин не успела ничего сделать: на нее тоже набросились. Связав обоих, им зажали рты веревками, надели на головы вонючие мешки, куда-то потащили и бросили в помещение, где пахло сыростью и землей.
— Лежите тихо, — сказал один из нападавших. — Тут всюду мох. Шевельнетесь — сдохнете.
Несколько часов они пролежали в темноте, а снаружи доносились топот бегущих людей, встревоженные голоса и певучие молитвы. Поначалу пленники пытались освободиться от веревок, но нападавшие сработали на совесть, и вскоре Юэн и Кейтлин бросили эти попытки и дальше просто лежали на холодном полу.
Юэн уже потерял счет времени, когда за стеной раздались глухие звуки перестрелки. Потом ухнуло несколько взрывов, один из них — такой силы, что земля под ними содрогнулась. Автоматные очереди послышались ближе, мерный такт отбивали выстрелы из дробовика.
Кейтлин прижалась к Юэну. Девушка не издавала ни звука, но Юэн чувствовал, как ее трясет.
За дверью послышались голоса, и кто-то подергал за ручку.
— Заперто! — донесся женский голос. — Скорее узнай, у кого ключ!
Раздался торопливый перестук убегающих ног и затих вдали.
— Лежите, я сейчас
Еще один взрыв, на этот раз ближе, сотряс землю, и вслед за ним вдалеке послышался пронзительный крик боли, заглушивший даже монотонную перестрелку. Топот бегущих ног послышался снова, на этот раз он приближался, пока не замер у самой двери. Потом заскрежетал ключ в замке, и дверь со скрипом отворилась.
Юэна взяли за руку.
— Встань, — на этот раз говорил мужчина, и Юэну показалось, что это имам.
Он попытался повернуться, чтобы было удобнее вставать, но чужие руки удержали его на месте.
— Нет. Вставай прямо напротив меня. Ни шагу в сторону.
Юэн замер, вспомнив про убийственный мох. Потом с трудом, преодолевая боль в затекших мышцах, поднялся. Невидимый человек удержал его на ногах и снял мешок. На Юэна смотрело напряженное и усталое лицо имама. Рядом с ним Файруза с почерневшим лицом и блестящими глазами помогала встать Кейтлин.
Тесная комната, куда их затолкали, была почти вся покрыта мхом, как зеленым одеялом, но мох этот был другим: вверх из ровного покрова тянулись стебли, на которых поблескивали набухшие от влаги семена.
— Скорее, надо убираться отсюда! — сказал имам и вывел Юэна из комнаты, придерживая его за плечо.
За дверью имам освободил Юэна от кляпа и наручников. Юэн размял запястья и оглянулся на Кейтлин. На ее щеке багровел синяк и виднелись следы засохшей крови: те, кто схватили их, не особо церемонились с девушкой. Она отважно улыбнулась, но Юэн заметил, что руки у нее дрожат.
Они стояли в коридоре, который раньше был частью офисного комплекса, но теперь стены были покрыты сажей и серым порошком, проверенным средством против мха. Ни одна деревянная дверь не уцелела, и через пустые проемы бывших офисов в коридор лились изумрудные сумерки.
— Спасибо, что спасли нас, — сказал Юэн. — Но что тут у вас творится?
Имам Хусейн с дочерью переглянулись, затем посмотрели на Юэна и Кейтлин.
— То есть, вы не знаете? — спросила Файруза.
— Чего не знаем?
— Поговорим на ходу. Здесь оставаться опасно, — сказал имам и первым пошел по коридору к лестнице, ведущей вверх.
— Чего мы не знаем? — с вызовом повторил Юэн.
— Вы отдали Дэниелу конверт. Вы знали, что там? — спросил имам.
— Неужели все это из-за письма? — поразилась Кейтлин.
— Нет, мы не спрашивали, — отозвался Юэн.
Имам и Файруза опять мрачно переглянулись.
— Что? — спросил Юэн. — Что происходит?
— Минуту, — сказал имам.
Они как раз дошли до лестницы. Рядом, в конце коридора, стоял железный шкаф. Фэрри вынула из него рюкзаки и оружие и отдала их Юэну и Кейтлин. Лицо ее ничего не выражало, но Юэн заметил, что глаза у нее покраснели от слез.
— Пожалуйста, расскажите, что случилось, — умоляюще попросил Юэн.
Файруза вдруг схватила его за руки и пристально посмотрела в глаза.