Британские празднества

Осмотрвъ Ніагарскій водопадъ, я переправился на Канадскій берегъ. Здсь тотчасъ же, въ первомъ подавшемся отел, мн пришлось познакомиться съ однимъ маіоромъ 42-го стрлковаго полка и за одно уже съ цлой дюжиной молодцоватыхъ, гостепріимныхъ англичанъ, которые немедленно пригласили меня отпраздновать вмст съ ними день рожденія королевы. Я съ удовольствіемъ согласился, высказавъ при этомъ, что убдился въ благонамренности всхъ англичанъ, съ которыми когда-либо имлъ случай познакомиться, а что касается до ихъ королевы, то искренно удивляюсь

ей и почитаю ее, какъ и вс мои земляки. Но одно затрудненіе остается все-таки едва-ли устранимымъ: я — убжденный противникъ всякихъ спиртныхъ напитковъ и не знаю, какимъ образомъ, при посредств тхъ слабыхъ жидкостей, которыя употребляю, я воздамъ должное уваженіе королев въ день ея рожденія? Маіоръ, почесавъ затылокъ, подвергъ дло продолжительному и всестороннему обсужденію; съ перваго взгляда представлялось совершенно невозможнымъ, такъ или иначе, устранить высказанное мною препятствіе. Онъ былъ слишкомъ хорошо воспитанный человкъ, чтобы ршиться посовтовать мн хоть на время измнить моимъ убжденіямъ.

Но, наконецъ, онъ воскликнулъ: — Нашелъ! Пейте содовую воду!

На этомъ и поршили. Мы собрались въ большомъ, роскошно декорированномъ флагами и цвтущими растеніями, зал, гд и услись за столъ, ломившійся подъ массой фундаментально-вкусныхъ яствъ и питій. Подъ градомъ остроумныхъ тостовъ и блестящихъ рчей мы просидли за этимъ столомъ до полуночи. Въ теченіе всей моей жизни я не испыталъ такого удовольствія и выпилъ 38 бутылокъ содовой воды. Но мн кажется, что эта жидкость все-таки не совсмъ примнима въ подобныхъ случаяхъ. На слдующее утро я всталъ весь наполненный газомъ и туго надутый, на манеръ воздушнаго шара. Мн не годилась ни одна изъ частей моего костюма, за исключеніемъ разв зонтика. Посл завтрака я засталъ маіора за новыми грандіозными приготовленіями. На мой вопросъ объ ихъ назначеніи, онъ объяснилъ мн, что въ этотъ день приходится годовщина рожденія принцессы Уэльской и что вечеромъ назначено празднованіе этого событія. Мы отпраздновали его. Вс были опять очень оживлены и разошлись далеко за полночь. Мн уже опротивла содовая вода и поэтому я перешелъ на лимонадъ, котораго выпилъ, вроятно, нсколько квартовъ. Казалось бы, что лимонадъ, выпитый хотя и въ большомъ количеств, долженъ лучше дйствовать на человка, чмъ содовая вода. Но на самомъ дл это не такъ. Къ утру онъ перекислилъ вс мои желудочные соки и набилъ такую оскомину, что я еле могъ кусать; я испытывалъ нчто въ род паралича нижней челюсти. Общее мое настроеніе было мрачно и отвратительно.

Вскор посл завтрака я опять увидлъ маіора за новыми приготовленіями. Я съ трудомъ подавилъ вздохъ, узнавъ, что сегодня день рожденія принцессы Елены.

— А кто же эта принцесса Елена? — спросилъ я.

— Дочь ея величества королевы, — отвтилъ маіоръ.

Я не противорчилъ. Вечеромъ мы отпраздновали день рожденія принцессы Елены. Празднество это закончилось почти съ птухами, и я чувствовалъ себя превосходно. Но на лимонадъ я

уже не могъ больше смотрть. Я выпилъ пару кадокъ воды со льдомъ.

Утромъ, я проснулся съ зубной болью, судорогами и ознобомъ плюсъ все еще продолжавшаяся оскомина и масса газовъ во внутренностяхъ. Неутомимаго маіора я засталъ опять за дломъ.

— Теперь въ честь кого же? — освдомился я.

— Въ честь его королевскаго высочества герцога Эдинбургскаго! — гласилъ отвтъ.

— Сынъ королевы?

— Да.

— И сегодяя день его рожденія? Не ошибаетесь-ли вы?

— Нтъ, это врно, и сегодня вечеромъ мы будемъ праздновать…

Я покорился своей судьб. Мы отпраздновали и я выпилъ полъ-бочки яблочнаго кваса.

Когда на другое утро, помутнвшимъ, съ явными признаками желтухи, взглядомъ я дико озирался, первое, что я увидлъ, это былъ маіоръ, озабоченный новыми безконечными приготовленіями. Тогда у меня оборвалось что-то въ сердц и я разрыдался.

— Кого же сегодня мы будемъ оплакивать? — спросилъ я.

— Принцесса Беатрисса, дочь королевы.

— Позвольте, — вырвалось у меня, — теперь какъ разъ настало время получить боле подробныя разъясненія: какъ долго еще мы будемъ держаться на королевской фамиліи? Чья слдующая ближайшая за ней очередь?

— Ихъ королевскія высочества герцогъ Кэмбриджскій, принцесса Ройялль, принцъ Артуръ, принцесса Марія Токская, великій герцогъ Мекленбургъ-Стрелицкій, великая герцогиня Мекленбургъ-Стрелицкая, принцъ Альбертъ-Викторъ…

— Довольно! — перебилъ я, — человкъ можетъ много вытерпть, но всему есть границы! Вдь я — только смертный. Я готовъ быть въ компаніи съ существами мн подобными, но тотъ, кто можетъ чествовать всхъ по порядку членовъ этой фамиліи, и посл этого все-таки останется живъ, тотъ долженъ быть или больше смертнаго человка или меньше его. Если вамъ приходится продлывать это самое изъ году въ годъ, то я благодарю Всевышняго, что родился въ Америк: быть англичаниномъ я не имю, въ полномъ смысл, физической возможности. Я не могу больше принимать участія въ вашемъ обществ: комплектъ употребляемыхъ мною напитковъ исчерпанъ. Да! Для меня больше не существуетъ напитковъ, а мн пришлось бы что-нибудь пить за здоровье еще цлой массы названныхъ вами… Я выпилъ уже все, что могъ, — мы все еще стоимъ, такъ сказать, только въ преддверіи этой фамиліи! Я искренно сожалю, что принужденъ отступить, но поврьте, къ этому меня побуждаетъ горькая необходимость! Я весь наполненъ газомъ, я не могу нажать зубъ на зубъ, я страдаю коликами, скорбутомъ, флюсомъ, опухолью щекъ, корью и параличемъ подбородка, а ко всему этому, отъ вчерашняго яблочнаго кваса у меня сегодня открылась холера. Милостивые государи! Не взирая на величайшую въ свт благонамренность мою, я положительно не въ состояніи праздновать вмст съ вами вс дальнйшія дни рожденій. Я вынужденъ просить васъ сдлать паузу!

1896