Газлайтер. Том 17
Шрифт:
Глава 1
— Мелиндо, а как насчет Охранки? Ты с ними уже договорился? — неожиданно спрашивает главная жена.
Я уже почти развернулся к двери, но тут Лакомка задала интересный вопрос.
— Хм, Охранка? — оборачиваюсь, вскидывая бровь. — А они-то тут причем?
Альва задумчиво оглаживает пряди своих золотых волос, взгляд её серьезный, сосредоточенный.
— Мне кажется, это будет не лишним, мелиндо, — спокойно отвечает она. — Луций не подданный Царя, а нападение на него может обернуться международным скандалом.
— Думаю, что моя главная жена дело говорит, как обычно, — вздыхаю, доставая мобильник. Мои перепончатые пальцы! Эх, сколько необходимо сделать всего, чтобы заслуженно наказать одного макаронника!
Отхожу в соседнюю комнату и набираю номер Красного Влада. Гудки идут долго, но, наконец, на том конце раздается знакомый голос:
— Данила? Что случилось в такой час?
— У меня важные новости, — сразу перехожу к делу. — Префект Луций Марк Авит пытался отравить мою сестру с помощью подлого артефакта. Сегодня ночью он умрет.
На том конце воцаряется короткая тишина. Затем Владислав, стараясь сохранять спокойствие, отвечает:
— Авит-Авит… Он ведь должен был сегодня свататься к твоей сестре? При посредничестве Морозовых.
Осведомленность начальника Охранки меня не удивляет. Он, наверное, даже знает, в чем мы были одеты на встрече и чем угощали макаронника.
— Верно, — отвечаю сухо. — И этот подлец подложил отравленную вазу в качестве свадебного подарка.
— Понятно, — растянуто отвечает Владислав, видимо, пытаясь осмыслить всю картину произошедшего. — Спасибо, что предупредил. Но, Данила, мы лучше сами разберемся с этим делом. Ты не должен действовать наспех.
Но я уже готов к такому ответу:
— Нет, Владислав, вы мне всё ещё должны за Гепару. Не вмешивайтесь. Делайте свою работу: сообщите Царю, а завтра я пришлю доказательства. Если Его Величество пожелает меня допросить, я сразу явлюсь. Но сегодня ночью Луций точно откинет концы. Он покусился на жизнь моей сестры, а вы не хуже меня знаете, как в таком случает велит поступать дворянский кодекс.
В трубке слышится тяжелый, затяжной вздох, словно начальник Охранки на мгновение забыл, как дышать.
— Ладно. А ты изменился, Данила. Вырос, — его голос звучит с ноткой усталого понимания.
Я усмехаюсь, в моем тоне проскальзывает легкая ирония:
— Я всегда был таким, Владислав. Или вы о росте в буквальном смысле? Мужчина растет до 21 года. И это еще не предел.
На том конце слышится второй, более глубокий вздох, в котором смешались усталость и тревога:
— Уж лучше бы это был предел.
Я вешаю трубку. Ну вот, все предупреждены, все формальности соблюдены. Никто не скажет, что я действую опрометчиво. Пора двигаться к вилле макаронника и превратить его в соус для равиоли.
Только подумал, как звонит Студень с базы. Мои перепончатые пальцы! Надеюсь, у гвардии всё в порядке.
— Шеф, у нас тут… ну, в общем, странности. Мы, значит, прихватили ящик с Адскими ежиками, на всякий случай, а там, как оказалось…
— Чего?! Ты серьёзно?! Айра в обнимку с уисосиками?! — не верю своим ушам.
— Ну, да, шеф… Она в обмороке. Целитель уже занимается ею, но, кажется, она… ну, не выдержала и, эээ, прыснула под себя.
Слушаю и охреневаю. Что она там вообще делала?! Попытка побега? Серьёзно? Да и каков же способ: засесть в ящике с Адскими ежиками! Тут мелькает мысль, что она, может, не только садистка, но и изрядная извращенка.
Но времени на разборки нет — ситуация требует действий.
— Понял. Скоро будем. Собираем команду и выдвигаемся к вилле. Пора заканчивать с этим макаронником. А то эта бесконечная ночь так никогда и не закончится.
Уже на подходе к машине меня догоняет Лакомка, её белоснежный халатик слегка распахнут на груди, обнажая кусочек загорелой кожи. Поймав мой взгляд, она с лёгкой усмешкой неспешно поправляет ворот, словно делая это нарочно, чтобы немного разрядить обстановку. В её руках небольшой пакет, который она протягивает мне с серьёзным видом.
— Мелиндо, подожди, — останавливает она меня. — Возьми улучшенные энергопластыри. Я их доработала недавно. У них больше энергоемкость, так что один такой пластырь заменит три старых.
Я с улыбкой принимаю пакет:
— Целых три? Спасибо, дорогая. Твоя предусмотрительность, как всегда, на высоте.
В уголках ее глаз появляется лукавый огонек, и она игриво подмигивает:
— Только не трать всю энергию, мелиндо. Она ещё пригодится, когда ты вернёшься домой.
Я хмыкаю, не скрывая ухмылки:
— Придется, правда, беречь килоджоули.
Усаживаюсь в джип вместе со Светкой, Камилой и Змейкой. Двигатель мягко урчит, и мы трогаемся с места, пока Лакомка, стоя на тропинке, машет нам на прощание. Её фигура постепенно исчезает в зеркале заднего вида, когда мы ускоряемся.
Машина несется по ночной трассе, оставляя за собой светящиеся следы уличных фонарей, будто расчерчивая ночь.
Светка кидает озорной взгляд на пакет с пластырями, её глаза сверкают азартом:
— Ну что, пора облачиться в боевую форму!
Камила ухмыляется и, не теряя времени, берется за дело:
— Давай, Даня, дорогой, снимай всё это. Мы тебя сейчас подготовим, как следует.
Едва она стягивает с меня куртку, как Светка начинает разворачивать пластыри, а Змейка на четвереньках подбирается ближе, принюхиваясь к пакету. Пластырь за пластырем аккуратно ложатся на мою кожу, и я сразу ощущаю, как энергия проникает в тело, наполняя накопитель. Потоки магии начинают плавно разливаться по венам, вызывая довольное кваканье Жоры. Жабун прямо кайфует, хе. Но эти штуки действительно хороши. Настоящий заряд бодрости прокатывается по венам. Лакомка — умница, да какая! Её изобретения становятся всё совершеннее, с каждой доработкой всё лучше и лучше. Пластыри хороши. Даже сохранятся силы до возвращения домой… если, конечно, на пути не возникнет багровый зверь, хех.