Бродяга
Шрифт:
– Вторая. И должен сказать, нам повезло.
– Это, по-твоему, везение? – удивился Артем.
– Технический дроид справится с такой поломкой за несколько минут. Главное, обеспечить его запчастями.
– Только не говори, что у нас их нет, – тут же отреагировал Артем.
– Есть. У нас теперь много запчастей, – в голосе искина прозвучала горькая ирония.
– Так, может, отдать команду технику, пусть наклепает десяток таких плат. Как говорится, на всякий случай. И вообще, разных плат к этому шлему. Нам еще много чего учить придется.
– Согласен.
– Дока. А долго эта программа усваиваться будет?
– В обычных условиях – два-три часа, в зависимости от интеллекта человека. Думаю, в твоем случае все будет готово через час. Двести единиц, это серьезно.
Инженерный уровень. С имплантами сто единиц на память, это уже уровень изобретатель. А если поставить мощную нейросеть последнего поколения, со всеми имплантами, то ученый инженер-изобретатель. Таких по всем Содружеству несколько десятков.
– Хочешь сказать, что у вас низкий интеллектуальный уровень?
– Средний уровень интеллекта у обитателей миров Содружества от ста тридцати до ста шестидесяти единиц. Индивиды, имеющие природный интеллект с уровнем выше двухсот, редкость.
– Поэтому пираты кинулись грести людей с моей планеты?
– Именно. Рабы с интеллектом инженера – мечта любого рабовладельца. Собственные верфи, где инженерам не нужно платить жалованье и социальные страховки. Достаточно обеспечивать бесперебойным питанием и кое-какой одеждой. А отдача с такого производства более пятисот процентов от себестоимости.
– Мечта бизнесмена, – мрачно кивнул Артем.
Доев паек, он отдал упаковку меддроиду и, взяв со стола флягу с водой, как следует напился. Потом, поднявшись, парень с довольным видом потянулся, зажмурив глаза, и неожиданно замер.
– Что случилось? – тут же отреагировал искин.
– Оп-паньки по попаньке. Полоска и цифры стали желтыми. Показывает пятьдесят два процента.
– Похоже, скачок напряжения вызвала твоя нейросеть, – помолчав, высказался Дока.
– Оригинально. Это что ж за извращенцы были те ушедшие, что для установки нейросети нужно жрать железо и устраивать самому себе прожарку мозгов? – возмутился парень.
– Не думаю, что они этим занимались. Скорее всего, процесс установки был у них полностью отработан, и пациент получал все необходимое комплексно. Твоя беда в том, что мы просто не знаем, как сделать это правильно. В общем, как ты любишь повторять, дело ясное, что дело темное. Ложись в капсулу. Проверять тебя буду, – закончил Дока.
– Я скоро к ней прирасту, – деланно возмутился Артем, раздеваясь.
– Не прирастешь. Прикажу дроидам, оторвут, – усмехнулся Дока в ответ.
Крышка капсулы медленно закрылась, и Артем, прикрыв глаза, принялся ждать окончания проверки. Услышав давно уже осточертевшее шипение открытия крышки, он выбрался из капсулы и, снова натягивая комбинезон, спросил:
– Ну что, деликатес людоеда? Мозги всмятку?
– Не угадал. Здоров, как бык, по твоему же выражению.
– Я смотрю, тебе нравится повторять
– Да. Язык твоей родины очень точный и образный. Хотя иногда некоторые высказывания ставят меня в тупик.
– А ты спрашивай, не стесняйся. Кстати, было бы неплохо, чтобы ты выучил русский язык.
– Зачем? – недоумение искина было неподдельным.
– А сам подумай, – ехидно усмехнулся Артем. – Что, по-твоему, будет, если мы с тобой, оказавшись где-нибудь в обитаемых мирах, окажемся в сложной ситуации и воспользуемся языком, которого никто кроме нас не знает?
– Никто кроме нас двоих ничего не поймет, – тут же выдал ответ Дока.
– Верно. А главное, никто не сможет раскрыть наши планы. А это значит, что наших тайн никто не узнает.
– Интересный способ сохранить тайну. Но ты забыл, что с твоей планеты вывезли не тебя одного. Пираты бывали там не раз.
– И что? Надеюсь, в вашем Содружестве не везде процветает работорговля?
– К счастью, нет.
– Значит, возможность встретить там людей, знающих мой язык, стремится к нулю. Верно?
– Верно. Кстати, нужное для восприятия программы время прошло. Попробуй поработать с планшетом, – напомнил искин.
– С удовольствием. Самому интересно, что у нас получилось, – рассмеялся Артем, хватая со стола прибор.
Увлекаемое транспортным лучом, непонятное суденышко плавно скользило сквозь астероидный пояс, постепенно выползая на чистый участок объема, где стоял разбитый пиратский линкор. Непонятная конструкция, которая исполняла роль буксира и ретранслятора, то и дело озарялась вспышками габаритных огней. Наконец, все это непонятное сооружение глухо ткнулось в борт линкора и замерло.
– Получилось, – раздалось в эфире. – Дока! У нас получилось!
– Да, Артем. У нас все получилось, – послышалось в ответ. – И пожалуйста, прекрати орать на всю систему. Лучше скажи, как себя чувствуешь?
– Не поверишь, но вполне сносно.
– Хорошо. Сиди в капсуле. Сейчас дроиды перевезут тебя на мой борт, и мы проведем очередное обследование.
– Дока, тебе не надоело? Я же так скоро озверею и откушу тебе какую-нибудь запчасть.
– Что, зубами? – услышал парень в ответ и весело расхохотался.
Вскоре, пройдя кое-как отремонтированную камеру очистки, парень с удовольствием уплетал очередной паек, попутно слушая доклад искина о предстоящих работах по добыче.
– В общем, все не так плохо, как я думал. Судя по некоторым параметрам, это курьер, – рассказывал Дока. – К нашему с тобой везению, корпус практически не пострадал. Одна пробоина от снаряда малого тоннельного орудия. Исходя из полученных данных, выстрел оказался роковым. Снаряд пробил корабль насквозь, попутно разрушив рубку управления. Дальше взрывная декомпрессия и все. Реактор заглушен штатно. Прыжковый и разгонные двигатели не повреждены. Искин курьера отключился. Это процессор пятого поколения. Не очень мощный, как раз для подобной скорлупки.