Бродяга
Шрифт:
– Все нормально, - успокаивал, барыга - ничего страшного.
– Пробачьте - извинился, Антон, и тут же ретировался. Витю, нагнал уже на выходе.
– Здорово ты придумал с этим ремешком, - засмеялся тот - такой кипиш поднял, можно было еще и парочку туфлей прихватить. Думаю для первого раза достаточно. Уяснил суть?
– Вроде бы да, но если честно, то еще не готов сам работать.
– А куда, ты торопишься? У нас времени вагон и маленькая тележка. Пошли, отметим это дело.
По пути скинули бумажник, в нем обнаружили семьсот пятьдесят рублей и огромная печатка,
– Покурить взял, - объяснил он, Антону.
– У этого барыги анаша неплохая. Пришли домой. Витя скептически осмотрелся.
– Да, сплошной антиквариат,
– заметил он.
– Я уже над этим думал, - Антон ставил в холодильник бутылки с сухим вином, - Давай все это барахло стянем в дальнюю комнату. Остальные, со временем обставлю.
Минут через сорок, в двух комнатах осталась только кровать в спальне и накрытый тяжелой парчовой скатертью стол в гостиной. Прошли на кухню, подбили бабки. Вышло по шестьсот с мелочью на брата.
– Надо Музычку прикупить, - заметил, Антон, - да и телик не помешал бы. Идем завтра трудиться?
Витя, тем временем приделывал косяк*, закончил, критически осмотрел, передал. Антону.
– На, взрывай. Я, думаю надо во Львов съездить. Сходим на Краковский, может, кого из знакомых встретим. Надо тебя с людьми познакомить. Меня кстати народ, Шмалем дразнит,- заявил он.- Люблю покурить.
– Буду знать..., Шмаль,- Антон, улыбнулся.
__________ ____________ _____________
Поездка во Львов удалась. Обратно катили на моторе. В кармане хрустели западногерманские марки. По триста на брата, это не считая наших, деревянных. Что же теперь можно и о музыке подумать. На следующий день, в понедельник, он зашел в комиссионку. Взял в комплекте: Пионеровские колонки, усилитель и вертушку "Soni". Обошлось все это удовольствие в двести пятьдесят марок. Продавец чиниться не стал, прибавил только, что сам поменяет бабки. Привезя на моторе, свое новое приобретение, сразу начал настраивать. Хотелось услышать звук. В комиссионке проверял конечно, но это немного не то. Достал винил, который привез с собой. Поставил "Металлику", упал на кровать, наслаждаясь звучанием. С аппаратом он не прогадал. Прокачал колонки на всю мощь. Звук был идеальным. Через пару минут убавил громкость, и тут же услышал трель звонка. На пороге стоял, Шмаль.
– Мечты сбываются, - он как всегда улыбался.
– Пошли ко мне, поможешь кое-что перетащить.
Они зашли в соседний подъезд, поднялись на второй этаж.
– Заходи в мои хоромы, - пригласил, Витек. Здесь мало, что изменилось со времени последнего визита, Антона, шесть лет назад. Вот только обои другие, да мебель посовременнее. Мама, Вити была старушка консервативная, регулярно по воскресениям ходила в церковь. Витя, ее обожал. Она, растила сына одна. Поздно вышла замуж. Муж вскорости погиб на шахте, больше замуж она не
– А я, вот такой вот оболтус получился, - шутил, Витек, но в глазах при этом, почему-то проглядывала грусть. Из кухни выглянула Витина мама.
– Здравствуйте, тетя Мария!
– поздоровался, Антон.
– Антоша, сынок, вырос то как! Здравствуй, здравствуй. Еще больше на маму стал похож. Как она там? Возвращаться не думают? Столько лет уже на севере этом задницу морозят, пора бы уже и домой! Давайте, на кухню проходите, я вам борща налью, только готовить закончила, и рыбка жареная есть. Сосед наш, Паша, с Добротвора вчера приехал. Занес карасиков, да двух карпов не больших. Присаживайтесь, присаживайтесь.
– Мамо, не суетись, никуда мы не торопимся, так что и рыбки покушаем и все чем угостишь. Кстати, что там у нас с заначкой, по сто грамм найдется за встречу?
– Тетя Мария, вы уж извините засранца, что сразу по приезду не зашел. Мама, большой привет вам передавала, а я как то с этим переездом и забыл совсем, - Антону, и впрямь было не по себе.
– Ничего, ничего милый. Вот сейчас и передал. Рассказывай, рассказывай,- она тем временем накрывала на стол. Появился дымящийся борщ, соленые огурчики и помидоры. Нарезанное ломтиками сало, чеснок. Центр стола украшал графинчик с самогонкой.
– Я, эту гадость не гоню, - пояснила, тетя Марийка, а вот соседка наша, великий спец в этом деле, да вон Витя знает, правда сынок?
– Ага, - наливая по рюмкам, подтвердил тот, - лучше, чем Полинка, никто не делает, разве только Йосып. Давайте за встречу!
Выпили. Антон, стал рассказывать о жизни на Чукотке. Тетя Марийка временами охала, Витек хохотал, жареный карась был просто великолепен. Не заметили, как пролетело время.
Витя спохватился, - Что же это я, забыл совсем, зачем позвал.
– Я думал, ты хочешь, чтобы я с мамой пообщался.
– Ну, это само собой, но есть еще кое-что. Пошли ко мне в комнату.
Его комната была угловой в доме, имелся небольшой балкончик. По стенам висели плакаты "Кисс" и "Блэк саббат". Возле выхода на балкон, Антон приметил разборные гантели. Боксерские перчатки висели на стене напротив. На тумбочке стоял телевизор" Сони". Витя, кряхтя, стал что-то выдвигать из под стола. Оказалась большая картонная коробка.
– Мой, тебе подарок на новоселье.
– Что это?
– поинтересовался, Антон.
– Сам смотри.
Открыли коробку. В ней оказался телевизор.
– "Электрон". Последней модели, с южно-корейским кинескопом, - объявил, Витя.
– Мне приятель подогнал, в принципе он мне денег должен был. А тут на днях они поляков поимели. Те, поляки то есть, всю электронику здесь скупают. Они их на трассе тормознули. Вот он ночью ко мне с этим добром и заявился. Думаю, ладно вещь неплохая, а тебе, как раз телик нужен. Вот пользуйся.
У Антона, перехватило дыхание. За эти два дня, друг детства, можно сказать вернул его к жизни. Вытянул из депрессии, в которую тот уже начал было скатываться. И теперь еще вот этот подарок. На глаза навернулись слезы. Он не мог выговорить ни слова.