Бродяга

У личности всегда есть этическая основа, которая не может быть пересмотрена из-за изменений внешних условий.

Сергей Бережной

Сон совести рождает чудовищ.

Перефраз

– Или этот слизняк гораздо смелее,

чем я думал, или он сильно переоценивает мое чувство юмора, - я был в ярости, рассматривая "мир бога зла". Абсолютного зла. Окружающая обстановка не производила особого впечатления. Тем более не потрясала.

Небольшая комната. Стол и два неодинаковых стула - вот и вся меблировка, которую дополняли голые светло-желтые стены. Зелень листвы за окном. И какой-то мальчишка пьет кофе, сидя за столом. Знакомый с Земли аромат витает повсюду. Тарелка с печеньем и пиала с янтарной жидкостью, напоминающей мед, стоящие на столе рядом с ворохом каких-то бумаг и аккуратной стопкой книг завершали убранство этой, так сказать, обители бога.

Серый с тигриными разводами кот сверкнул презрительным взглядом в мою сторону и вновь равнодушно уставился на аквариум с красными рыбками. Было видно, что он всерьез и надолго устроился на коленях у мальчишки, и никакие незваные гости не нарушат его кошачьего спокойствия.

Я же, в отличие от кота, закипал. В первое мгновение мне показалось, что я оказался снова на Земле. Сбивал контраст этой комнаты со всем, увиденным за последние полгода. Дворцы, бараки, крепости, зарешеченные камеры в подземельях, маленькие комнатушки с земляным полом, посыпанным соломой. Комната напоминала квартиру в земной высотке или даже хрущевке - не тесную, но сжатую со всех сторон такими же унылыми коробочками из кирпича или бетона.

Первая растерянность, вызванная этим контрастом, прошла, и я внимательнее взглянул на сидящего за столом мальчишку.

Тот откинулся на спинку стула и с каким-то странно детским беззащитным выражением смотрел на меня. Его выражение лица можно было принять за отчаяние, но раскованная поза и усталый взгляд хозяина комнаты, путали все впечатление и выбивали из колеи. 

– Послушай, куда это я попал? 

– А куда бы вам хотелось попасть, сударь?
– легкая улыбка скользнула по лицу пацаненка. 

– Малыш, к чему эти шутки? Один вот уже пошутил со мной, и теперь даже я не знаю, чем это для него кончится. Скажи-ка мне лучше, где здесь выход, и я избавлю тебя и твоего кота от своего присутствия.

– А какой бы выход вы предпочли, сударь?
– продолжал упорствовать мальчишка. Кот на его коленях упорно продолжал гипнотизировать взглядом рыб.

"Что делать абсолютно неясно. Типичный заморыш-вундеркинд, скучающий от безделья", - мелькнула мысль, - "Куда же меня все-таки занесло?"

– Парень, я спешу. Мне нужно вернуться туда, откуда пришел, - процедил я, всем видом стараясь показать, с каким трудом себя сдерживаю и как повезет этому заморышу, когда я его избавлю от своей компании.

– Зачем же вы явились оттуда сюда, раз вам надо было туда, сударь? Не

проще ли было оставаться на месте?
– удивленно спросил пацан, невинно подняв брови и даже приоткрыв рот изображая неимоверное удивление подобной бессмыслицей.

"Переигрывает, гаденыш. Сейчас допрыгается!" - начал злиться я.

– К тому же вернуть вас обратно не в моих силах, сударь, - скороговоркой прибавил он, словно прочитав мои мысли. А может у меня от ярости потемнели глаза. Руку к клинку я потянул преднамеренно.

– Это я и без тебя знаю, что не в твоих силах. Ты мне просто скажи, где я нахожусь и кто здесь посообразительней?
– взорвался я, раздраженный идиотизмом ситуации, своей непонятной вспыльчивостью и явным испугом "вундеркинда". Обстановка как-то странно влияла на меня.

– А где бы...
– начал наглец и осекся. Задумавшись, он начал вновь, в явно непривычной для себя манере, - Вы находитесь во владениях бога зла, сударь.

– Неужели? А ты, стало быть, его секретарь?

– А зачем вам его секретарь, сударь?

– Малыш, ты меня бесишь. Ничего если я тебя придушу?

– Сударь, давайте, и правда, представимся. Я бог зла. Меня зовут Сна. Это если не добавлять всяких глупых титулов. С кем имею честь, сударь? 

Я не выдержал и расхохотался.

– Ну, парень, тебе действительно удалось рассмешить меня. Как говорится: "Кто хочет тот добьется". Но может...
– теперь уже осекся я.

В мальчишке произошла неуловимая перемена. Казалось, что изменилось только выражение лица, но это было так неожиданно, словно полотенце, превратилось в твоих руках в ядовитого гада. Этот, другой, был не страшен, страшна была сама перемена. Он словно повзрослел, его губы исказила презрительная усмешка. Я заметил, что даже кожа на лице незнакомца стала смуглее, а черты его резче.

– Ты зачем пришел?
– грубо спросил изменившийся "вундеркинд".

Я вдруг почувствовал себя жутко. Забытое ощущение бегущих по телу мурашек. Острое ощущение, что в этой комнате я один на один с чем-то непонятным и потому страшным, сковало мышцы. Внезапно душу резанули детали, еще минуту назад не имевшие значения. Раздражавшее ранее отсутствие дверей теперь струнами натягивало нервы и мутным холодком шевелилось в желудке. Незаметная тихая музыка вдруг въелась в мозг, и в нем зазвучала набатом, похожим на марш вперемешку с песнями сирен. Пасмурный свет из окна стал вдруг казаться зловещим.

Ужас. Это называется ужас.

Я ощутил, что скован. Воздух вокруг превратился в камень. Кот откровенно презрительно смотрел на меня в упор. Его вертикальные зрачки то сужались, то расширялись. "Вранье, будто люди не верят в собственную смерть" - мелькнула жуткая мысль. Похоже у меня задрожали губы. Это заставило встряхнуться. Вернулась ярость.

Стало, почти, не страшно, хотя губы и продолжали предательски дрожать. Ненавидя себя за эту слабость, я пытался собраться с мыслями. Захотелось хоть что-то сказать, чтобы сгладить этот эффект и перебить противный вкус ужаса. Или это кровь во рту?