Бродяга
Шрифт:
– Ясно. Гера, давай пощиплем этих птичек. Оба кормовых на того, что справа, целься в эти трубообразные соединения.
По кончикам волос девушки пробежали голубые искорки разрядов, а изображение чужого космолета, выведенное на небольшой участок в правом углу главного экрана, на мгновение подернулось фиолетовой дымкой, по всей видимости, свидетельствующей о срабатывании какого-то защитного поля. Какое-то мгновение казалось, что выстрел прошел безрезультатно, однако неожиданно откуда-то изнутри корабля вырвалось огненное облако, тут же растаяв в темноте космоса рваными бледно-оранжевыми лоскутами, а шипастые трубы стали переламываться, словно
– Цель поражена, – доложила Гера и, обернувшись к Кириллу, победно улыбнулась, одновременно приобретая цвет и объем.
– Я бы пока не стал праздновать, – в голосе Рика слышалась неприкрытая тревога. – Все антиракеты поразили цель, однако торпеды противника не уничтожены. Они только что прошли поражающее облако.
Девушка вздрогнула и, бросив быстрый взгляд в сторону инженера, вновь стала бледнеть, а затем изображение свернулось в струну света и исчезло. Кирилл впился глазами в экран, на котором ярко красными каплями пылали четыре значка, идущих вслед за их космолетом торпед, и мысленно чертыхнулся.
Антиракеты несли две боеголовки: активную и пассивную. Активная предназначалась для уничтожения ракеты (торпеды) противника путем прямого воздействия взрывом или вывода из строя ее защитных полей. Пассивная являлась, по сути, обычным контейнером, который подрывался на пути ракеты, создавая перед ней облако из небольших металлических ежиков, которые превращали ее в некую разновидность дуршлага. Обычно это гарантировало практически стопроцентное уничтожение ракет противника в случае их успешного перехвата, но не в этот раз.
– Подтверждаю прохождение торпед, активирую кормовые излучатели. Есть поражение цели…
Один из красных значков мигнул и погас, затем еще один и еще, однако последний стремительно приближался и через секунду слился с изображением их корабля.
– Рик, поля на полную! – крикнул Кир, нервно вцепляясь в подлокотники.
Казалось, что «Гера» вздрогнула всем корпусом, застонав переборками. Центральный экран переключился на внешний обзор и, вспыхнув всеми цветами радуги, погас, чтобы тут же вновь «протаять» звездным небом.
Кирилл обессиленно откинулся на спинку кресла, чувствуя, как по виску ползет противная капля холодного пота.
– Повреждения? – хрипло выдавил он.
– Двигатели в норме, поля вразнос, продолжаем движение в штатном режиме. – Голос бортинженера дрожал.
– Гера?
– Повреждения фальшобшивки, возможно, есть повреждения основного корпуса, в секторе семь, не могу полностью просканировать свое тело из-за выхода из строя датчиков. – Голограмма рыжеволосой девушки вновь возникла рядом с креслом Кира. – Это довольно неприятно, капитан, – пожаловалась она.
– Выйдем из нуля, посмотрим, что к чему. Главное, что уцелели. – Парень смахнул с виска пот и ободряюще улыбнулся Гере, на миг позабыв, что она всего лишь образ, созданный бортовым компьютером. Девушка улыбнулась в ответ и, тряхнув волосами, исчезла.
– Тай, что там с переходом? – бросил он устало.
– Начато формирование зоны перехода. – Голос асторки, как всегда, был невозмутим, лишь серебрящиеся кончики рожек выдавали пережитый ею испуг. – До входа в надметрику
Мир вокруг Кирилла дрогнул, поплыв, точно расплавленный воск, а уши словно заложило ватой, но все эти неприятные ощущения перехода продолжались всего лишь короткое мгновение.
– Есть переход, – констатировала астронавигатор и, развернувшись в кресле, уставилась на Кира. – Разрешите заступить на вахту?
– Не разрешаю. – Он поднялся из кресла. – Ты и так из рубки не вылазишь, пусть Рик дежурит.
Бортинженер, не поворачиваясь, молча вскинул руку с распрямленными двумя пальцами, показывая, что полностью с ним согласен. Кирилл подошел к двери, которая приветливо распахнулась перед ним, и, остановившись, посмотрел на все еще сидящую на своем месте девушку.
– Тайк, пошли давай. Приказываю тебе отдыхать, а еще лучше составь мне компанию. Хочу в кают-компании посидеть, перекусить, а одному скучно.
Глаза асторки немного расширились, а ее рожки приобрели ярко-фиолетовый цвет. Она коротко кивнула и, вскочив на ноги, буквально выбежала вслед за вышедшим в коридор землянином.
Рик проводил девушку растерянным взглядом и, почесав лобный нарост, тяжело вздохнул.
Глава 7
Тот, кого во многих мирах Торкленской Федерации знали под именем Лайпиды кер Увар Авайта, стоял у большого, занимающего практически всю стену иллюминатора и, крутя в пальцах тонкую ножку узкого высокого бокала с тонизирующим напитком, не отрываясь смотрел на холодные точки звезд. Дверь каюты с легким звяканьем ушла в нишу, пропуская внутрь молодого торкленца в светло-коричневой форме военно-космического флота Федерации.
– Господин советник, поступает информация от «стелсов». Передают, что нашего «скитальца» ведут два неопознанных космолета.
– Неопознанных?
– Так точно. Подобных кораблей в нашей базе данных нет, проверили несколько раз.
Лайпида обернулся и, окинув вошедшего задумчивым взглядом, вновь вернулся к молчаливому созерцанию космической бездны.
В это время шестиугольный стейп, [30] прикрепленный на запястье мундира, пронзительно пискнул, заставив офицера вскинуть руку к уху, на мочке которого была закреплена полоска динамика. Выслушав сообщение, он коротко кашлянул, привлекая внимание Лайпиды, и, заметив, что тот шевельнул пальцами, как бы говоря этим жестом, что слушает, доложил:
30
Стейп – более совершенный аналог эйпера.
– Элан-нам, получено сообщение, что неизвестные открыли огонь. Прикажете вмешаться?
Авайт, не оборачиваясь, покачал головой.
– Ни в коем случае, сайдук, [31] ни в коем случае. Я думаю, наши друзья смогут за себя постоять, а вот за их сопровождающими стоит понаблюдать, и повнимательнее. Пусть «стелсы» повиснут у них в струе и ведут столько, сколько будет возможно. Да, и пусть выведут изображение с их камер на мой элендр.
– Будет исполнено. – Офицер быстро приложил раскрытую ладонь ко лбу, отдавая таким образом честь, и вышел из каюты.
31
Сайдук – младшее офицерское звание в торкленском флоте.