Шрифт:
Квалификация. Первый заезд
Будильник коротко пискнул один раз и вырубился. Не только сигнал отключился, – погас экран, и прибор перестал подавать признаки жизни. Наверное, этой машинке просто пришел срок, – Хён не смог бы вспомнить, когда покупал его, – но в душе немедленно и прочно поселилась тревога. Болезнь профессионала: изобретать, не сходя с места, тысячи примет, и тут же верить в них так, будто они проверены веками. В самом деле, будильник мог сдохнуть в любой момент, но выбрал отчего-то именно день старта Чемпионата Мира.
Первым делом Хён подумал о погоде. Налетит ураган, осложнит и без того опасную
Пытаясь свести на нет действие только что изобретенной приметы, Хён со всей тщательностью проделал утренний ритуал: умывание, завтрак, сборы. Тревога не исчезла, но отступила в темную глубину подсознания, затаилась там, выжидая подходящий момент для атаки. Хёну, впрочем, показалось, что ему удалось полностью овладеть собой. Больше не думая о приметах, он прихватил шлем, спустился на лифте вниз и вышел во двор.
Двое мальчишек, стоя за оградой парковки, громко обсуждали его гравилет.
– Гоночный, – уверенно говорил первый. – Видишь, какой длинный нос?
– Ничего не гоночный, – столь же уверенно возражал второй. – Боковых обтекателей нет.
– Балда! Это же для других гонок!
Хён решительно приближался к своей машине, и внимание «зрителей» немедленно переключилось на него. Окинув взглядом ладную, мускулистую фигуру, обтянутую плотным защитным комбинезоном, первый из мальчишек немедленно заключил:
– Видишь? Говорю же – спортивный! Вон, настоящий гонщик.
– Сам ты «гонщик»! – фыркнул второй. – Настоящие гонщики не ездят в шлемах по городу.
Хён мысленно усмехнулся. Этот мальчишка ужасно заблуждался. Настоящие профи ездят в шлемах всегда и везде. Не хватало еще угодить в глупое дорожное происшествие, неудачно удариться и вылететь из графика на половину года. Если не вовсе попрощаться со спортом.
Впрочем, и первый не вполне прав. Грав у Хёна, конечно, не гоночный, хоть и выглядит таковым. Немного более вытянутый, чем обычный городской транспорт, узкое седло удобно стиснуть коленями, а передняя скоба расположена так, что можно буквально ложиться грудью на приборную панель. И все же это самый обычный городской гравилет, предназначенный для скоростных полос. Но зато род занятий пилота непрошенный наблюдатель определил верно.
Хён слегка хлопнул машину по гладкому боку. Лишнее движение: мыслечувствительный чип реагирует на владельца на расстоянии, – но уж больно нравился сам этот жест. Грав слегка заурчал и плавно приподнялся над землей сантиметров на десять. Нацепив шлем и закрыв визор, Хён устроился в седле, и грав, послушный любой мысли, развернулся вокруг своей оси и неторопливо поплыл к выходу с парковки. Мальчишки продолжали с любопытством следить за каждым его движением.
Вырулив из двора, Хён с профессиональной ловкостью вклинился в ряды медленно плывущих гравов, больше похожих на стульчики-поплавки, на которых чинно восседали по большей части старушки и дети; нырнул в следующую полосу, где скорость была повыше; наконец, выбрался в самую середину автострады и уж там слился с потоком гоночных болидов, очень похожих на его собственный.
Спортивный комплекс лежал на краю города. Закончились шпили небоскребов, гравилет Хёна мягко проплыл мимо приземистых корпусов гостиниц, мимо
Пока Хён двигался по длинному прохладному коридору спортивной базы, тревога снова выбралась из своего темного угла и напомнила о себе. Пришлось немного замедлить шаг и попробовать разобраться. Что может произойти? Поражение в первом же заезде? Легко, но кто всерьез рассчитывает на победу? Команду уже пригласили участвовать в гонке Высшей лиги, и таких приглашенных команд в этом году всего три, так что даже единственный выход на поле – сам по себе достаточная удача. Организаторы внезапно отменили приглашение? Нет, так не делается в день начала соревнований. Было бы невежливо не пригласить команду, на стадионе которой проводишь игру. Хён ухмыльнулся, и тревога снова чуть отступила. Все должно быть в порядке. Главное – выйти на поле, а там все будет зависеть от них самих. А вот о падениях думать не следовало, и эту мысль Хён сразу отогнал.
В комнате для совещаний уже сидели все, кому следовало быть, и даже немного сверх того. Трое гонщиков, менеджеры и тренеры, а также генеральный менеджер команды, которому, вроде бы, нечего сейчас здесь делать. Он устроился в кресле не за столом, а в уголке, и внимательно изучал толстую папку с бумагами. Но при появлении последнего члена команды немедленно прервал свое занятие.
– Хён, проходи, садись. Кажется, теперь все? Прежде, чем вы начнете, у меня есть одно объявление. – Генеральный менеджер поднялся с кресла и закрыл папку. – Раньше никак не мог сообщить. Вчера вел переговоры до упора.
Хён видел, как напряглись лица гонщиков. У него и самого наверняка сделался точно такой же настороженный и мрачный вид. Что еще случилось? И об этом точно надо говорить вот сейчас, перед стартом?
– Дело в том, – трагическим тоном объявил менеджер, – что «Тахайён» решил прекратить финансирование. Да, вот так, наш титульный спонсор. В следующем году мы остались без денег.
Вот оно что! И кто скажет теперь, что все эти приметы – глупые суеверия?! Ведь Хён предчувствовал это, с самого утра знал, что дело кончится пакостью в таком роде. Он не мог похвастаться, что знает все тонкости администрирования, но такие вещи способен понять даже слабоумный: нет титульного спонсора – нет команды. Крошечных финансовых вливаний тех фирм, чьи мелкие логотипы мозаикой покрывают рукава гонщиков, не хватит даже оплатить лицензию Первой лиги. А техника, экипировка, зарплата спортсменов и персонала…
Легко можно было определить, для кого из присутствующих объявление явилось новостью. Один из тренеров побледнел, на лбу заблестели капли пота. Лица гонщиков закаменели. А вот менеджеры, похоже, знали. Отводили глаза, печально кивали, но ни один не дрогнул.
– Хочу быть с вами честным, ребята, – продолжал генеральный. – Нет никаких гарантий, что в будущем году нам удастся сохранить команду. Я говорю об этом сейчас, потому что именно теперь у вас все шансы заключить новый контракт. Понимаете теперь, как много зависит от вашей сегодняшней игры? Вы должны показать все, на что способны. Как знать, – тут он позволил себе улыбнуться, – может, «Тахайён» еще передумает, когда увидит, насколько вы хороши.