Бросок камня
Шрифт:
Глава вторая
Зал жертвоприношений представлял собой огромное мрачное помещение с овальным отверстием в высоких сводах. На стенах были намалеваны охрой примитивные изображения духов и сценки битв людей с погаными. Посреди зала высился каменный куб с углублением посередине и узкой балкой. На балке лежал массивный топор из сплава алюминия с темными коричневыми пятнами на лезвии. Народ стал собираться и тревожно жаться у сырых стен, образовав широкий проход для ритуальной процессии. Облик обитателей крепости сильно отличался от тех редких изображений древних людей, полуразрушенные
Жертвенная процессия торжественно прошествовала ровно тогда, когда над отверстием появились светящиеся осколки луны, в незапамятные времена разрушенной древними. Впереди шел князь, с плеча которого свисала шкура крупного волдуха – гигантского потомка волков. За ним гордо шагал плечистый княжич Дорил, очень похожий телом и ликом на тех древних могущественных людей, о которых в народе ходило множество самых невероятных легенд. Юноша всем своим видом показывал, что его не страшит ужасная казнь. Следом ковылял колдун и два человека с ножами и топорами для разделывания тела княжича после церемонии жертвоприношения. Князь взошел по каменным ступеням на ритуальную площадку и обратился к подданным с мыслесловом:
– О мой народ! Лихие времена для нас не кончились, а становятся все более опасными. Жестокий и беспощадный враг нацелился на нашу последнюю крепость и надежду. Видно духи войны отвернулись и не слышат наших горячих молитв. Нынче мы приносим в жертву самое дорогое для меня и всего народа – доблестного княжича. Я спрашиваю народ: кто самый могучий воин?
Буря мыслеслов вошла в головы каждого присутствующего:
– Великий Дорил – сын Тарула – наша гордость и слава!
Князь в последний раз взглянул на сына, в его вращающемся глазу что-то блеснуло, и жестко повелел:
– Колдун! Исполни ритуальный танец и приступай – не тяни!
Уродливая фигура стала отплясывать странный танец, беспрестанно колотя в бубен, обтянутый человеческой кожей. Чародей был одет в лохмотья из полос меха и человеческой кожи, а на голове красовался оскаленный череп горного змея. В свете тускло горящих факелов жуткие танцующие тени метались по серым слизким стенам и наводили ужас на зрителей. Горбатый урод из последних сил поглощенных нелепым танцем, подскочил и поднял топор, вращая его над головой.
Дорил поклонился толпе, сбросил одежды, стал на колени и склонил голову над каменным брусом, ожидая удара судьбы. Но в этот решающий момент произошло то, что должно было произойти по воле духов. В зал вбежал взволнованный воин из сторожевой стражи и мысленно оповестил собравшихся:
– Великий князь! Приступ начался! Поганые всем скопом лезут со всех сторон. Наши вступили в жестокий бой и просят подкрепления.
Князь свирепо завращал глазами и мысленно воскликнул:
– Некогда нам совершать ритуалы! Всем – на стены! Сынок! Быстро оденься и будешь биться рядом со мной! Колдун! Моли духов о победе, чтобы следующей жертвой не стал ты!
Высоченные стены, освещенные осколками луны зашевелились у основания от множества тел поганых, ловко карабкающихся по гладкой кладке с помощью щупалец с присосками. Уродливые головы врагов прикрывали ярко блестевшие в сумеречном свете шеломы и пластинчатая броня из алюминиевого сплава. Глаза людей хорошо видели в полумраке как полчища тварей
– Камни вниз! – отдал мыслеприказ повелитель и тысячи валунов, заготовленных заранее, обрушились на поганых. Судя по тому, что карабканье по стене замедлилось, стало ясно, что в рядах врагов камни сделали серьезные прорехи.
– Лучники, бить! – продолжал командовать князь, и тысячи стрел обрушились на штурмующих. Однако огромные потери не остановили врагов, упорно пытающихся преодолеть стену. Видно с провизией у головоногих было туго, и они рассчитывали на обильную жратву. Первый отчаянный спрут взобрался на гребень стены, размахивая сразу четырьмя короткими мечами, но копья обороняющихся сбросили его вниз. Все чаще людям приходилось вступать в контактный бой с чудовищами. Ловкие живучие твари орудовали щупальцами так быстро, что у многих из защитников крепости шансов победить не было. Потомки морских животных совершали гигантские прыжки, используя сифон, который их далекие предки заполняли водой и с силой ее выталкивали, создавая реактивную тягу в воде. Ныне воду заменил воздух, и эта особенность давала спрутам большие преимущества в единоборствах с людьми.
Князь вместе с сыном бился прямо в кипящем центре сражения. Сильные и ловкие, они быстро навалили гору трупов поганых, которая мешала новым волнам нечисти занять этот важный участок обороны людей. Чаша весов битвы все более склонялась в сторону поганых. Их было слишком много и не все люди обладали такими боевыми качествами, как князь и его сын. Гребень стены запестрел от великого количества монстров, и эта переполненная река грозила обрушиться на внутреннее пространство крепости. Но видно духи войны решили сжалиться над последними людьми.
По команде князя, обороняющиеся резко отступили, спустившись со стены, а затем применили оружие возмездия. Со всех кровель и башен зданий на узкий гребень стены обрушился шквал странных горшков, которые с грохотом взрывались в рядах уже торжествующих поганых и валили их сотнями. Люди пошли в отчаянную контратаку и им удалось сбросить остатки войска поганых прочь со стены. Эта была победа, но какой ценой? Сотни раненых и убитых воинов, вперемежку с тушами поганых, усеяли весь гребень и подножие стены.
Глава третья
Князь, отдав последние распоряжения по организации захоронения убиенных и помощи раненым, осел на кладку, зажимая кровоточащую рану на животе, и мысленно призвал сына:
– Дорил, сынок! На этот раз духи судьбы приготовили мне небытие бесконечности. Твои взрывные горшки доказали, что не зря ты столько думал и трудился, чтобы создать самое эффективное оружие на основе обыкновенного древесного угля и селитры. Наш народ пока выстоял, и мне мнится, что духи здесь не причем. Я умираю, а тебе придется занять мое место. Спаси людей и правь ими по праву и справедливости. Твой брат не достоин трона князя. Зорил слишком глуп, самонадеян и высокомерен. Его дружба с колдуном меня тревожит. Слишком сильно народ боится жестокого кудесника. Останови жертвоприношения людьми и подойди поближе. Я в последний раз посмотрю на твой необычный лик, так похожий на лик твоей матери, которую я любил более всего на свете…