Бросок в безумие
Шрифт:
Старик обвел взглядом Главный центр управления и громко спросил:
– Еще кто-то хочет подготовиться к смерти?!
И после секундной паузы, наполненной звенящей тишиной, добавил:
– В таком случае, господа офицеры, вернемся к выполнению своих обязанностей!
Снова усевшись перед панелью управления, Старик резким движением повернул к себе поводок микрофона и, включив общекорабельную связь, заговорил обычным, спокойным, чуть глуховатым голосом:
– Внимание всем членам экипажа. В связи с заданной кораблю необычной разгонной траекторией время вахт изменяется. В промежутке
Отключив общую связь, Старик задумчиво побарабанил пальцами по панели управления и пробормотал себе под нос:
– Вот так...
Затем он поднялся со своего места и шагнул в сторону третьего шлюза, однако вдруг остановился и, повернувшись в сторону своего первого ассистента, проговорил:
– Артур Исаевич, проводите-ка меня...
При этом нуль-навигатор сделал приглашающий жест в сторону выхода из центра управления и добавил, не глядя на Вихрова:
– Игорь Владимирович, подмените флаг-навигатора, раз уж вы все равно здесь...
Эдельман неуверенно поднялся со своего места и оглядел центр управления словно бы в поисках сочувствия, но все офицеры вахты старательно избегали его взгляда. Флаг-навигатор тряхнул головой, как бы подтверждая некую свою мысль, и шагнул следом за командиром, уже открывавшим шлюзовой люк.
Как только командир корабля и его первый ассистент покинули Главный центр управления, Вихров включил свою полосу управления и немедленно вызвал Главный компьютер линкора. На экране возникла обычная девчачья рожица.
«Прошу выдать основные параметры разгонного цикла», – набрал Вихров письменный запрос.
Рожица исчезла и на экране возникла зеленая таблица.
Ускорение 3,2 g время 6 часов 12 минут
Ускорение 0 g время 0 часов 52 минуты
Ускорение 6 g время 8 часов 34 минуты
Ускорение 0 g время 1 час 14 минут
Ускорение 12,6 g время 7 часов 16 минут
Ускорение 0 g время 0 часов 44 минуты
Ускорение 15 g время 8 часов 16 минут
Ускорение 0 g время 1 час 26 минут
Ускорение 7 g время 3 часа 26 минут
Ускорение 0 время 18 минут.
Довольно долго капитан изучал и сопоставлял представленные данные, что-то в них тревожило его, словно некая неуловимая несуразность. Мелькнула досадливая мысль, что первой вахте и ему самому из тридцати восьми часов разгона больше двадцати придется дежурить в центре, но он отогнал ее. И тут ему припомнились слова главного штурмана: «Одиссей» отключает планетарные двигатели через тридцать восемь часов разгона всего лишь в тридцати двух миллионах километров от короны А4 Кастора...»
Вихров положил задрожавшие пальцы на клавиатуру панели управления и, подумав несколько секунд, быстро составил
Выведенные на экран монитора данные схлопнулись, а вместо них по экрану побежали короткие строчки заданного расчета. Спустя несколько мгновений расчет был закончен и результат выведен в подмигивающей нижней строке:
«Время полета от момента отключения планетарных двигателей до момента вхождения в корону А4 Кастора 50,04 минуты внутрикорабельного времени».
«А в разгонных данных указано, что последнее нулевое ускорение – полет после окончания разгона длится всего 18 минут! – лихорадочно рассуждал Вихров. – И что же происходит с кораблем после этого?!»
Его пальцы непроизвольно поднялись над клавиатурой, но почти сразу он понял, что не знает, как сформулировать вопрос корабельному компу.
В самом деле корабль разгонялся для выхода в гиперпространство и оказывался в непосредственной близости от звезды. В катастрофической близости от звезды! Скорости для перехода в гиперпространство у него не хватает, но и на звезду он упасть не успевает! Но не может же он просто... исчезнуть?! И как можно спросить у корабельного компьютера, куда девается корабль после окончания разгона?! Или можно?!
И тут новая мысль мелькнула в голове капитана. Его пальцы забегали по клавиатуре, вводя новую задачу.
На этот раз Железный Феликс довольно долго раздумывал над ее выполнением, а может быть, просто сопоставлял вопрос с ограничениями, наложенными на информацию по программе «Звездный лабиринт». Вихров с нетерпением и внутренним беспокойством ожидал дальнейших действий компьютера, и наконец по экрану монитора сверху вниз проползла яркая зеленая полоса, стирая выполненное решение, а вслед за ней, только гораздо медленнее, двинулась еще одна точно такая же полоса. Теперь на экран выводилось графическое изображение орбиты, по которой «Одиссей» разгонялся в системе Кастора.
Когда кривая, обозначающая разгонную орбиту, высветилась полностью, в ее начале вспыхнула яркая искорка, и на экране появились все входящие в систему космические объекты. Четыре звезды засияли ровным зеленоватым свечением, и только убитая людьми планета Гвендлана проступила мрачной, черной точкой на мерцающей поверхности экрана. В левом углу изображения появилась крошечная надпись «Шаг экспонирования – 1 час», и Игорь напрягся, не отрывая глаз от экрана.
В углу экрана между тем появилась еще одна коротенькая надпись «1 час». Искра, мерцавшая в начале кривой, чуть сдвинулась по ней, а четыре зеленые и одна черная точки заметно поменяли свое расположение.
После паузы, длившейся пять секунд, надпись в углу экрана сменилась – «2 часа», и пять точек, за которыми напряженно следил Вихров, снова передвинулись. Спустя еще пять секунд изображение на экране снова изменилось.
С каждым пятисекундным отрезком напряжение молодого офицера возрастало! Когда в углу экрана вспыхнула надпись «25 часов», самая яркая точка – А4 Кастора расположилась практически на продолжении кривой, обозначавшей траекторию «Одиссея», и с каждым «часом» стала приближаться к концу этой кривой, словно бы притягивая яркую искорку, скользящую по ней.
Офицер Красной Армии
2. Командир Красной Армии
Фантастика:
попаданцы
рейтинг книги
