Бубновая дама
Шрифт:
По тропе лешего мы обогнули лес и поднялись на холм, с которого открывался отличный вид на реку. В этой части она разливалась шире, чем где-то еще. И только владеющим магией были видны густые заросли ивы на левом берегу и кукурузы — на правом.
— А когда на том берегу кукуруза успела вырасти? — удивилась я, рассматривая широкую полосу этой сельхозкультуры.
Бабушка не ответила и начала спускаться. Я последовала за ней, так и эдак присматриваясь к странному явлению. Особенно удивляло, что для людей
У берега нас уже встречала делегация из полудюжины русалок разного возраста, одна из них, внимательно оглядываясь по сторонам, держала на руках крошечного детеныша, то и дело принимаясь гладить его по короткому хвостику.
— Ты вот… на бережочке посиди, Лип, а я тут делом займусь, — велела бабушка и уверенно направилась к русалкам, а я послушно свернула к полуутопленному в воду старому дереву. Его ветви давно растеряли свою листву и теперь крючковатыми гибкими пальцами расчесывали дно в неглубокой запруде, вздымая песок и клочки ила на поверхность.
Я уселась поудобнее и вытянула ноги, почти касаясь воды каблуками резиновых сапог.
Правила поведения с русалками я когда-то вызубрила от корки и до корки, чтобы больше не попадать в казусные ситуации. Именно поэтому и не стала расспрашивать бабушку сейчас. Любой мало — мальски образованный колдун или ведьма — а о магах всех направлений и говорить не стоит! — знали, что русалки к своим деткам чужих не подпускают. А если по банальной глупости попробовать подойти поближе, то можно и на острый прием нарваться: обстреляют чешуйками или покусают не хуже бойцовой псины.
— Привет, — в паре метров от меня из воды вынырнула хрупкая девушка с темно — зелеными волосами.
— Привет, — отозвалась я, рассматривая русалку.
«Модница!» — отметила про себя, любуясь вплетенными в волосы лилиями и похожими на серебряные подвески рыбками. Кожа русалки отливала зеленцой, но с приятным сиянием, словно и под кожей жили мириады крошечных серебристых рыбок.
— Красивая иллюзия, — похвалила я вслух, взглянув на русалку с прищуром, как учила бабушка. Вся красота слетела с подводной обитательницы, как шелуха, явив истинный облик русалки. Он уже мало чем привлекал, но зато и от зависти меня перекручивать перестало.
Русалка не обиделась, а будто бы даже оценила мое сопротивление своим чарам, а потому выбралась на большой камень у самого берега и, поглаживая спутанные волосы, похожие на тину, спросила:
— В Академии теперь учиться будешь?
Я глянула на бабушку, пытаясь понять, когда та, занятая работой, успела проговориться.
— Да, буду.
— Верия очень не хотела, чтобы ты поступала… — мягко сказала русалка и улыбнулась, показав острые щучьи зубки. — Даже писала в Академию, чтобы не присылали тебе писем.
За
— Я хочу учиться.
Девушка кивнула и заметила:
— Ты, если надумаешь после в Подлунном остаться, то так и делай.
— Почему? — опешила я.
— Верия свою горечь в сердце хранит, но это ее дело. Не слушай бабушку.
Я улыбнулась русалке, не желая развивать тему, хотя уже поняла, что подводная обитательница знает о жизни моей бабули больше, чем я сама.
— А что это за кукуруза на том берегу? — решив сменить тему, я указала на обозначенную часть противоположного берега.
— А ты не знаешь? — удивилась русалка. — О… Ах да! Ты же не была здесь, у реки, несколько лет.
Я подперла голову кулачком и приготовилась слушать очередную местную байку, коих русалки знали даже не сотни, тысячи!
— То была тихая лунная ночь… — понизив голос, произнесла русалка.
— Солнце тогда светило, — обиженно обозначил свое присутствие еще кто-то.
Я обернулась, не сразу разглядев в ветвях ивы совсем юную дриаду. Ветерок добродушно трепал ее светло — зеленые локоны, переплетая их с листиками ивы.
— Что тут забыла? — растеряв весь повествовательный романтизм в голосе, простонала русалка. — Река — наши владения!
— Так то река, — пожала худенькими плечиками лесная нимфа, — а я на иве сижу. Не придирайся. Лучше рассказывай. Я тоже вспомню…
Русалка недовольно ударила хвостом по воде, пытаясь прицельно обдать дриаду водой, но та ловко увернулась.
— Луна освещала еще не успевшую созреть кукурузу… — сверля нимфу взором, провыла русалка.
— Солнце! Солнце! Какая луна? — не обращая внимания на тон русалки, поправила нимфа.
— Весь мир вокруг замер, будто предчувствуя надвигавшуюся беду… — продолжила рассказ русалка.
— А то! — покивала дриада.
— А потом появились они… — продолжила, как на распев, подводная. — Кто-то утверждает, что то был злой колдун и его случайная жертва, решившая своей жизнью спасти все живое.
— Кто-то твердит, что это какие-то студенты магической Академии из параллельного мира напились и буянили, — хихикнула нимфа.
— Р — р-р! — зарычала на лесную нимфу русалка и уже спокойнее продолжила: — То ли это светлый маг гонялся за сорвавшимся с цепи очередным экспериментом. В общем, история о том умалчивает.
— От чего же? — хмыкнула нимфа. — Да все в округе слышали тот леденящий кровь крик: «А — а-а! Так не честно!». Это вполне могли быть и духи из других миров.
— История о том умалчивает, — повторила русалка с нажимом. — Одно известно доподлинно, что во все стороны из кукурузы поползли огромные гусеницы…