Бугимены

Гилден Мел

– Настоящая мадонна эпохи Возрождения.

– Согласен, но вопрос в другом: надо ли принимать ее во внимание?

Весли заметил, что все прозвучало очень правдоподобно.

– Мы должны помочь ей справиться с бугименами, сэр. Я верю, что вы все точно просчитали, когда решили проиграть этот сценарий, – сказал Весли.

– Очень хорошо, – констатировал Пикар, нажимая кнопку.

– Попросите войти мисс Хоув.

Голос Эффи произнес: "Хорошо, сэр!", и в комнату вновь вошла мисс Хоув. Каждое движение ее было исполнено такой чувственной грации, что не заметить

это мог только слепой.

Пикар кратко сообщил, что они решили заняться ее делом.

– Вот и чудесно, – обрадовалась она. – Вы сможете приехать в особняк уже сегодня?

Мисс Хоув обворожительно улыбнулась, но чем дольше смотрел на ее улыбку Пикар, тем меньше она ему нравилась.

– Стоп, программа, – произнес он.

– Если компьютер застопорит программу, может быть, нам и не придется драться с бугименами, – сказал Весли.

– Один раз мы уже были одурачены.

– Выход, – приказал Пикар.

Выход открылся в боковой стене. Дальше был пустой коридор "Энтерпрайза". Дотронувшись до знаков различия, Пикар попытался вызвать Райкера. Ответом было молчание. Весли повторил запрос, но результат был тот же.

– Неужели все три наши коммуникатора вышли из строя? – недоумевал Пикар.

– Возможно, но маловероятно, – высказался Дейта.

– Неужели мы не можем избежать этого особого сценария?

– Думаю, что нет, сэр. Надо подождать и посмотреть на действия бугименов.

– Согласен. Компьютер!

– Слушаю вас, – последовал ответ.

– Продолжим сценарий в доме Хоув.

Послышался щелчок, и немедленно они оказались в великолепно убранной комнате особняка в стиле двадцатого века. Комната была побольше вахты капитанов, но поменьше технологической мастерской, стены ее по тогдашней моде были отделаны деревом и украшены гобеленами, изображающими сцены королевской охоты на оленей. Пушистый ковер покрывал пол. В одном конце комнаты была лестница наверх, на галерею третьего этажа, в другом – камин, сложенный из камня-голыша.

– Я очень рада, что вы пришли. Моя комната наверху, – обратилась к ним Фонда Хоув.

– Ваша комната? – повторил Пикар.

– Да, там, где мне угрожали ужасные мужчины. Может быть, там будет ключ к разгадке всей истории, – глаза ее смотрели с такой надеждой!

Стараясь не поддаваться ее чарам, Пикар сказал:

– Вы правы. Ведите нас.

Пикар, Дейта и Весли последовали за ней. Туфли их то гулко стучали по мозаичному полу, то утопали в пушистых коврах. Когда мисс Хоув ступила на первую ступеньку, в холл вошел очень высокий мужчина в полосатых брюках и в чем-то наподобие фрака. Светлые развевающиеся волосы уложены в виде небольших овалов, небольшая бородка.., слегка поклонившись, он произнес хорошо поставленным голосом:

– Простите, мисс Фонда, но ваш отец желает видеть мистера Хилла.

– Может быть, он подождет? Мистер Хилл сейчас занят, – сказала мисс Хоув с признаками некоторого раздражения.

– Вашему отцу срочно надо встретиться с мистером Хиллом.

– Я полностью доверяю моим помощникам, мисс Хоув, – сказал Пикар. – Они пройдут с вами.

Он свернул за слугой в боковую дверь и оказался в большом

коридоре, вдоль которого тянулись полки с массивными фолиантами. Через своеобразный тамбур они попали в самую настоящую оранжерею. Пикар мгновенно вспотел.

– Будьте осторожны, – предупредил слуга, – здесь пресмыкающиеся.

Идя по извилистой, вымощенной кирпичом дороге вслед за слугой, Пикар обмахивался шляпой и думал, что это самое жаркое место, где ему довелось побывать, кроме сауны, конечно. По обе стороны дороги тянулись деревья, кустарники, буйствовали лианы и, казалось, этому не будет конца. Крупные капли падали ему на лицо... Наконец, они вышли на открытое место. Здесь в воздухе витал аромат цветов, и даже бледно-зеленый свет, пробивающийся сквозь крышу, стал несколько ярче.

Очень старый человек сидел в кресле на колесиках и смотрел на зеленые холмы через стеклянные стены. Рядом с ним стоял белый столик с телефоном и стул. Плечи его заботливо были укрыты шалью, а колени – пледом. На лице, похожем на сдувшийся кожаный мешочек и испещренном красно-голубыми прожилками, живыми были только глаза – такие же, как у дочери. Они оценивали Пикара, как оценивают тушу говядины.

– Мистер Хоув, мистер Хилл здесь, – произнес провожатый и удалился. Где-то закрылась дверь.

Пикар получил приглашение сесть, затем мистер Хоув сказал:

– Я полагаю, моя дочь побеспокоила вас по поводу бугименов.

Пикар был ошеломлен. Компьютер был способен общаться с ним посредством голоса этого голочеловека, а не своего собственного!

– Бугименов? – осторожно переспросил он.

– Вам не нравится слово? Ну тогда домового, или приведения, или ночного кошмара, как хотите...

Компьютер играл с ним. Он знал, что придуманных существ Весли назвал бугименами. Используя двойное мышление, теперь он создал человека, который не только не знал о существующей компьютерной проблеме, но также и о своем компьютерном происхождении. Пикар даже слегка задумался, знают ли эти люди из плоти и крови что-нибудь еще о своем происхождении или о проблемах их создателя?

– Но к нам это не имеет никакого отношения, не так ли? – заметил Пикар.

– Моя дочь имеет богатое воображение. Иногда даже слишком богатое. И этим пожалуй, все сказано.

– Что же вы ждете от меня? Может быть, я должен оглушить ее и на цыпочках уйти, пока она будет без сознания?

– Ну, я не думаю, что это так уж необходимо. Просто скажите ей, что вы поговорили со мной и уходите. Можете оставить себе деньги, которые она уже заплатила вам. – Он покачал головой. – Это же не ваша вина, что моей дочери нравится дразнить вас.

Неожиданно Пикару вспомнились слова, сказанные Диксоном Хиллом в одной из его книг: "Все, что у меня есть, – это мое доброе имя. Представьте, какова была бы моя репутация, если бы я позволил людям, не являющимися моими клиентами, отговаривать меня от дел". Что он и позволил себе процитировать мистеру Хоуву.

– Я ее отец, – был ответ.

– Но она не ребенок. – Пикар встал. – Как бы там ни было, ее нужно успокоить. Даже если это все выдумки, которые хорошо получаются у нее.