Бухгалтер
Шрифт:
Замелькали фасады, афиши, рекламные панели в половину здания. Быстрые, медленные, стоявшие и бегущие пешеходы. Обычная картина.
Рейн снова вернулся к воспоминаниям о навязчивых сновидениях. Они преследовали его примерно два месяца. Ну, может чуть больше. Но началось все это раньше. Еще не было никаких снов, но в какой-то период Рейн почувствовал, что его ощущения стали меняться. Он как будто наблюдал себя со стороны. Случались такие странные моменты.
А потом начались сны. Следовало бы, конечно, показаться врачу. У компании была собственная клиника. Но это сразу бы добавило
К зданию компании он прибыл с опозданием в пару минут, так как на подъезде к территории образовалась небольшая очередь из роботокаров, доставлявших сотрудников. Видимо что-то сбилось в расписании прибытия.
Когда машина с Рейном подошла к парадному крыльцу, там все было как обычно – голограмма фонтана в стиле хайтек, какие-то пушистые зверюшки на пластиковом газоне и имитация стриженого кустарника.
Бесконечные этажи и красивые прозрачные колонны внешних лифтов, носивших, правда, декоративный характер, потому что все лифты размещались во внутреннем технологическом стволе здания.
Еще на подходе к раздвижной двери, устройства системы безопасности просканировали Рейна и признав в нем своего, дали добро на открывание прозрачных, изготовленных из бронепластика дверей.
Едва оказавшись в просторном холле, Рейн увидел Томаса, который служил на должности заместителя начальник службы безопасности компании.
Они познакомились случайно, встретившись однажды в баре. Оба были выпивши, поэтому легко разговорились и выяснили, что работают в одной компании.
“О, да я тебя помню! Ты тот парень с тележкой и папками!”
“А ты тот, кто распекал старшего охранника! Я видел, как ты их строил однажды на заднем дворе! Это ведь ты был?”
Несмотря на то, что они были совершенно разными людьми – Рейн типичным “книжным червем”, а Томас ветераном военной кампании на Островах, у них нашлось что-то общее и с тех пор они приятельствовали, находя в своих забитых графиках время, чтобы выпить.
– О, Рейн!
– Привет, Томас. Что тут у вас за проблемы?
– Да… – Томас махнул рукой. – Сегодня с шефом к начальству на втык пойдем. Недоглядели за парнем из отдела статистики и он выбросил из окна мусорный концентратор. И прямо на крыльцо, прикинь?
– Ничего себе, – покачал головой Рейн представляя, как агрегат примерно в тридцать килограмм, рухнул на ступени по которым он только что поднимался. А отдел статистики располагался на двадцать четвертом этаже.
– Вот-вот, – кивнул Томас, поглядывая на проходивших мимо прибывающих сотрудников.
– Концентратор разлетелся на кучу железок и засыпал половину подъездной галереи, поэтому у нас тут затор случился.
– А вас-то почему на втык? Это разве не кадровики напортачили?
– Да там всех вызывают. И кадровиков, и службу здравсанконтроля. Он же у них каждый год комиссию проходил. И они должны были выявить проблему и доложить начальству. Ну, и нашему шефу, конечно. Шизиков у нас сразу выкидывают – выходное пособие получил и привет.
– Да, примерно так, – согласился Рейн и вздохнул. Через два
– А ты чего какой-то вымотанный? Ты там не бабу какую-то завел, а? Или может две, судя по виду?
– Увы, это не так, – грустно улыбнулся Рейн. – Меня, понимаешь, какие-то странные сны преследуют. Я после этого, словно выжатый лимон на утро. Все мышцы и даже кости болят. Не знаю что и думать.
– Ну, так ты сходил бы… – начал было Томас и осекся. – Да, к нашим нельзя – сдадут. Обратись к специалистам в городе.
– Да я… – Рейн прервался и кивнул, проходившему мимо коллеге. – Я уже думал об этом, но ты же знаешь, что и городские медцентры информируют компанию.
– Тут ты прав, у нас эта система хорошо налажена.
– Вот я и раздумываю, – сказал Рейн и посмотрел на наручные часы. Ему было пора в офис.
– Есть у меня один вариант для тебя, – сказал Томас понижая голос и озираясь, словно продавец дури с улицы Грин-Гарден. – У нас на базе был один парень с особенными талантами. Он раненным помогал. Снимал нервное напряжение, постстрессовые синдромы и все такое.
– И каким же образом?
– Да хрен его знает. Меня это как-то миновало, а вот пара ребят, с которыми мы вместе были на Островах, искали его уже после службы. У них со временем опять началась война – теперь уже во сне. Опять атаки, обстрелы. Они орали по ночам, ну и все такое. Ходили к врачам, их там гипнозом как-то правили, но от этого какие-то побочки начались. Ну, короче, сумели они разыскать этого парня и он им помог. Мне отзвонились и его координаты сбросили. На всякий случай. Думаю для тебя это лучший вариант.
– Ну, не знаю. Как-то непонятно, – пожал плечами Рейн.
– Я поищу его координаты и сброшу тебе. А там, если надумаешь, обратишься к нему. Сошлешься на меня, чужому человеку он может отказать.
Эта новость слегка обнадежила Рейна, а поднявшись к себе на этаж, он тут же погрузился в проблемы отдела, которых, казалось, всегда больше, чем было накануне.
В обеденный перерыв на диспикер пришло сообщение от Томаса: “Джек Барвин” и номер для связи.
В подвале было душно и вентиляционная система едва справлялась с притоками тепла, исходящими от четырех принтеров работавших на предельной скорости. Металлопластическая масса, из которой они печатали трехмерные детали, также добавляла вредных испарений в воздух, так что Джеку приходилось следить за работой агрегатов в респираторе со специальными фильтрами.
Конечно, следовало был арендовать помещение попросторнее, но это совершенно другая налоговая ставка и другие требования разрешительных органов, поскольку тогда бы он попал категорию “промышленное производство”. Пока же ему удавалось удерживаться в нише “художественная студия” и это позволяло сводить концы с концами, а иногда и получать неплохую прибыль.
Новый контракт с сетью сувенирных магазинов, позволил ему заменить, наконец, пять принтеров устаревшей конструкции, на четыре новых – скоростных. Как результат, в подвале стало просторнее, за работой можно было следить с терминала, а качество деталей заметно улучшилось – меньше стало брака.