Бука
Шрифт:
Есть! Один из секретарей командующего флотом. Или заместитель — второстепенных лиц не представляли. И мысли у него возникают недружелюбные, с явным негативным отношением, направленным на… да, да — самозванца. То есть некий принц сумел замаскироваться и затесаться в число этой группы… неудачников, пожалуй. Потому что никаких успехов от их действий не ожидается.
Ничтожным проблеском надежды среди общего тумана безнадёжности стало упоминание нескольких посольств Хорды на других планетах, населённых людьми их вида. После поражения в войне с Мелтами они не получали никаких инструкций, следовательно, была надежда найти их на прежних местах.
И
— Всё, Арсюха, делай ноги. Только с очень гордым лицом, — транслировал Семён, едва завершился очередной доклад.
— Любезные подданные мои! — наконец-то произнёс Арсенийй, встав из кресла. — С великою радостью я лицезрел вас и ценю старания к возвращению нашей планете законного правителя. Сейчас же дела призывают — мне следует поторопиться в иные места, где надобно быть незамедлительно, — в сопровождении пары своих опекунов, Император проследовал к боту.
Шлюзование и отлёт прошли без происшествий.
— Там, похоже, тот ещё гадюшник, — рассказывал Сёма во всё том же артиллерийском каземате. — Деваться им некуда, ресурсы базы невелики, борьба за место поближе к кормушке уже идёт полным ходом, хотя с момента изоляции и прошло всего около двух месяцев.
— Понимаешь, те, кто стремится к власти, всегда стараются примкнуть к победившей стороне. Той, что уже победила, побеждает или, как кажется, должна победить в ближайшем будущем. С другой стороны не может человек, не желающий иметь как можно больше возможностей, осуществлять руководство. То есть, не стремящийся к власти не способен эффективно править. Вот такая у нас, людей, внутривидовая закавыка. И всё это безобразие называется словом «политика». Сама жизнь выталкивает наверх практически одних только беспринципных приспособленцев. Редкостные исключения случаются или при уникальных стечениях обстоятельств, или чувак попадётся ужасно умный.
— У меня сложилось впечатление, что тебя приняли как заезжего клоуна, — добавил Сёма. — От скуки развеяться. Единственная живая душа — и тот, как мне кажется, конкурент. Спрятавшийся под личиной чьего-то секретаря дядька из Императорского Дома, владеющий ментальными техниками. Я его приметил, когда он к тебе в голову залез. Кстати, что это за образ ты всё время вспоминал в столь пикантных подробностях? Такая чернявая красуня с глазами-вишенками и маленькой круглой попкой.
— Ленка Соловьёва. Она учится на класс младше. Да и не было никаких подробностей — это всё только в моём воображении.
— Однако, какой же ты, Сеня, романтик. Так что? Есть у тебя план?
— Понятно, что нужно вводить в действие те два крейсера, однотипных нашему. И на каждый сажать комендорами по паре принцев, не хуже нас с тобой обученных. Это для того, чтобы расчистить подходы к планете и подавить противокосмическую оборону. А потом высаживать десант, для чего потребуется никто не знает, сколько десантных дивизий. С транспортами для их доставки.
— Всего-то четыре пункта, — ухмыльнулся Семён. — Осталось начать и кончить. Я, так и быть, попробую хоть что-то узнать про принцев, может этот, с базы, догадывается, где их можно взять, хотя бы одного, на худой конец. Про транспорты и крейсеры нам никто лучше Рувина ничего не подскажет, а вот насчёт десантных дивизий — прям и не знаю, куда тебя направить. Их, скорее всего, придётся нанимать.
— Мне бы твою голову, — восхитился Арсений.
— Она и так твоя, только от туловища её не отрывай. И ещё она, эта голова очень соскучилась по супруге — просит отпуска. А то перестанет варить.
В общем, пока я про принцев узнаю, ты давай-ка, затребуй от своих подданных посыльный кораблик для доставки моего бренного тела к месту, где ждут его райские наслаждения на супружеском ложе. А то ещё немного государственных забот, и останется оно неутешенным, потому что настанет великий пост.
В голову к затаившемуся на базе члену Императорского Дома Сёма забрался, как только Арсений принялся ковыряться в корабельной сети.
— Здравствуй, дружок! — обратился он к нему словами из какой-то детской радиопередачи. — Я — принц Семён. А ты кто?
— Зондер. Бывший шевалье из Буртона, потом вольнонаёмный на базе Фелло, а сейчас секретарь командера Аштала на этой же самой базе.
— Шевалье, говоришь. То есть один из нижних дворянских чинов, который никак не может принадлежать члену Императорской Фамилии, — хмыкнул «Высочество» прямо в мозги своему собеседнику. — Хорошо спрятался. Но твоё ментальное внедрение в сознание Его Величества Арсения Первого обнаружено. Как и желание самому оказаться на высшем посту нашего государства. Однако за эту предательскую мысль ты не понесёшь никакого наказания, если будешь искренен со мной, верным слугой трона и династии.
— Прошу прощения. Я герцог Карбон. Мне удалось скрыться в период, когда шла охота на нас, и до сих пор оставаться неузнанным.
— Представьте мне вашу супругу и остальных членов семьи, — Сёма застал своего подопечного за трапезой — за столом сидели женщина и двое юношей. Кстати, они разговора не слышали, потому что шёл он не вслух.
— Княгиня Ламира, принцы Рет и Батор.
— Все ли вы способны управлять деструкторами?
— Нет. Княгиня не обучалась этому. А сыновья… нам ведь приходилось скрываться. Мы вообще ничего не могли себе позволить, кроме общения на мысленном уровне.
— Теперь объясните мне разницу в титулах. Принц, князь и герцог, насколько я помню, это нечто очень близкое к монарху.
— Да, в Императорском Доме герцогами именовали тех, кого предполагали использовать на службе. Скажем, они управляли провинциями. Князья… это, как бы… хранители крови.
(Племенное стадо, отметил про себя Сёма, но саму эту мысль не транслировал)
— Принцами и принцессами называли тех, чьё предназначение пока не определено, или наследников на престол.
— Дофинов, цесаревичей?
— Да, ту группу лиц, которые считались наилучшими претендентами на трон.
Дальше Сёма расспрашивать не решился. Уж очень интересные моменты начали всплывать. Вроде целой группы претендентов на высший пост в государстве. Ему бы пока разобраться с более актуальными вопросами!
— Герцог! Пакуйте чемоданы. Вам и вашей семье предстоит отправиться на службу.
— Да, Ваше Высочество.
— Полно вам, Карбон, разводить подобные церемонии. В чинах мы равных. Или я неправ?