Бум
Шрифт:
– Опять по новой.
– Честно не знаю. Мне позвонили, сказали, какую книгу взять, назвали номер
ячейки в камере хранения, где деньги оставили.
– Кому должен отдать книгу?
– Мне должны позвонить.
– Когда?
– Не сказали.
– Думаю, он не врёт, - встряла Женевьева, - чего с парнем делать будем?
– Прикопать его прямо здесь и все дела, - вынесла я предложение.
Ванька струхнул и проблеял:
– Честно, я вам всё сказал. Отпустите,
– Нехай, пусть тикает, - подобрела Женевьева, - всё равно толку от него
никакого. Кажется мне, что ему никто звонить и не собирался. Книгу у него
должны были отобрать, а самого тюкнуть.
Парень побледнел.
– Как это тюкнуть? – спросил он, – откуда знаете?
– Ещё там, в парке, - продолжила Женевьева, - я увидела мужчину довольно
крепкого телосложения, который наблюдал за музеем, а когда узнал, что
книгокрада повязали, поспешил слинять. Такие вот дела. Так что, Ваньша,
скажи нам спасибо, что спасли тебя от лютой смерти.
– Что же мне теперь делать?
– Тикать и тикать куда подальше, - подытожила я.
Повторять не пришлось, парень сделал ноги и, оглядываясь, не преследуем
ли его, поспешил скрыться.
– Женька, ты чего молчала о том мужике в парке?
– Сама сначала не придала этому значения, а когда Ванька рассказал про
незнакомца, который заказал книгу, поняла, что его пасли и должны были
отобрать заказ сразу же после выхода из музея.
– Женевьева, ты где нахваталась подобной лексики?
– В кино видела, как преступные элементы общаются. Вот и решила на Ваньке
испытать. Вроде сработало, раскололся парнишка.
– Теперь забудь о жаргоне, мы не Ванька. Пошли домой?
– Думаю, Сергею в мотеле показываться не стоит. Чем меньше народа его
увидит, тем лучше для него и для нас, а то добрые души в полицию сообщат,
мол, преступный элемент на свободе разгуливает. Линять нам срочно надо.
– Пожалуй, ты права, Машка. Мишель с Сергеем подождут, а мы сдадим
номера, возьмём такси и вернёмся за ними.
– Такси, пожалуй, вызывать не следует. Нас легко будет вычислить. Поедем на
электричке.
Вернувшись в мотель, сдали номера, вернулись за мужчинами и отправились
к ближайшей платформе дожидаться электропоезда. Вскоре показался состав,
который благополучно доставил нас на Казанский вокзал. Решили добираться
до меня на метро, но не тут-то было. Сергей и Мишель категорично
отказались спускаться вниз, хотя в вестибюль их удалось затащить, а дальше
началась паника. Сергей ухватил Женевьеву за руку и потащил обратно к
выходу, заявив, что ни за что не
ад. Да, не учли мы психологию людей прошлого. Не привыкли они как-то к
благам цивилизации. Пришлось искать такси. Добрались без приключений,
нашим мужчинам понравились быстроходные безлошадные повозки, так они
называли автомобили, и даже начали испытывать некое удовольствие от
поездок.
Дома, устроили Сергею Павловичу допрос с пристрастием, пытаясь
выяснить, что же за книга оказалась у нас в руках
– Сам не понимаю, что связано с ней, - начал он, - в детстве отец всегда прятал
её от нас. Детям книга была заказана, хотя все другие брать разрешал, а вот
эту прятал в своём столе. Что там, не знаю.
– О чём речь? - удивилась Женевьева, - сейчас посмотрим. Открывай свой
фолиант.
Сергей достал книгу и раскрыл её. Пусто, нет никакого текста, вообще
ничего.
– Как прикажете это понимать? – спросила я.
Сергей пожал плечами:
Тут Женевьва вскрикнула:
– Смотрите, вроде что-то появляется.
Действительно под воздействием света в книге начал проявляться
рукописный текст, а затем – печатный.
– Вот и решение загадки, – прошептал Мишель, - мне бы водички испить.
Сушит!
Пришлось отпаивать «алкоголика». Решив дела с французом, перешли к
просмотру книги. Мы попытались разобрать, что там написано, но не тут-то
было, я увидела лишь какие-то каракули.
– Постойте, постойте, - начал Сергей Павлович, кажется, я знаю, что это. Ещё
давно, когда мне было четырнадцать, отец показал мне странный алфавит и
заставил его выучить, сказав, когда я увижу надпись, сделанную подобным
образом, то буду знать, что это послание от него. Никто другой, кроме меня,
ничего понять не сможет.
– Читай, давай, - сгорая от нетерпения, попросила Женевьева.
– Тут написано что-то странное и непонятное. Прошлое твоё станет
настоящим. А настоящее - прошлым. Останется одно - бежать. Ищи себя и
обретешь покой.
– Да, белиберда какая-то, - услышанное поразило меня. Одни загадки. Судоку
и то проще разгадать, - посмотри, может, дальше, что написано?
– Да нет, вроде всё. Подождите, вон на следующей странице рисунок, - мне
протянули книгу, - посмотри.
Действительно, рисунок имел место быть, но опять-таки ничего понять из
этого рисунка было нельзя. На странице виднелось изображение женщины в
старинном платье. Одной рукой она приподнимала шаль, чтобы закрыть