Бунт
Шрифт:
– Шнык! Ну ты герой. Вставай! Идут! – Чаг толкнул друга в плечо.
– Что? Уже?
Шнык моментально проснулся и подхватил лежащий рядом автомат.
– Зеки прутся по второму туннелю. Быстро на позицию. Огонь только по приказу Лешего. Засада будет, - на ходу пояснил Чаг.
Кто-то очень кстати выключил в кафе свет.
Последние минуты перед боем самые тягучие. Чаг нервно облизал пересохшие губы. Одна. Вторая. Ничего не происходит.
Железнодорожная ветка туннеля №2 заканчивается тупиком. Для экономии кислорода выезд из туннеля прикрыт сверху прозрачным колпаком. Двери самодвижущегося
Сильный взрыва ударил по ушам. Чаг вжал голову в плечи. Стальные ворота вздулись огромным пузырём и тут же лопнули. Сквозь оседающую пыль под прозрачный колпак хлынул людской поток. Чаг никогда не видел заключённых Глотки в таком количестве. Никакой дисциплины, никакого взаимодействия, никакого взаимного прикрытия. Зеки просто высыпали из туннеля №2 и заполнили прозрачный колпак над железнодорожной веткой. Несколько заключённых принялись растаскивать закрытый выход на перрон.
Вот она – военная хитрость! Выступая перед жителями Дайзен 2, витус Тонк ничего не сказал о новых возможностях игрушечных автоматов. Кто их знает? Может зеки до сих пор думают, будто их встретят красящими пулями, а то и обычными дубинками. Тем лучше – сюрпризом будет.
Солдаты третьего взвода попрятались кто где. Площадь Центрального вокзала обманчиво пуста. Стрелять сквозь прозрачный колпак – только зря тратить боеприпасы. Пусть выберутся на перрон. И побольше, побольше. Но, господи, сколько же их?
Десятка два зеков уже вылезли из-под прозрачного колпака. А из дыры в воротах всё прут и прут всё новые и новые толпы. Наконец двери выхода окончательно развели в стороны и уже ничем не сдерживаемый поток людей в красных робах выплеснулся на перрон.
Зеки прутся огромной толпой прямо на привокзальное кафе. Но вперёд, в отрыв от общей массы, никто не рвется. Боятся, значит. Чаг снял автомат с предохранителя и передвинул рычажок на автоматический огонь. Игры не будет, полноценного боя по всем правилам военного искусства то же не будет. Будет кровавая бойня.
Через оптический прицел противник как на ладони. Заключённые вооружены чем попало: прутки, дубинки, трубки. У одного весьма упитанного зека на правой руке болтается толстая цепь. А где, тогда, электромагнитные автоматы?
Толпа всё ближе и ближе. Тупые лица, накаченные бицепсы, синие татуировки и волосатые руки. Не-е-е, это не дисциплинированная армия, а банда мародёров. Зекам плевать на амбиции Ярого. Они идут разбойничать, убивать, насиловать и грабить. Больше власти над планетой их интересует «клёвый хавчик», бухло и бабы. И если эта банда выплеснется на улицы города…
Чаг украдкой глянул вправо. В паре метров Шнык деловито осматривает поле боя через оптический прицел. Дальше, у другого окна, два солдата в чёрной форме прильнули к автоматам. Ещё дальше по торговому залу угадываются силуэты бойцов третьего взвода.
Страха нет. Страх ушёл. Растворился. Я – не один. Мы, какое могучее слово, мы ещё пободаемся.
Чаг аккуратно, стараясь не брякать, передёрнул затвор. Первый самый настоящий боевой патрон выскользнул из магазина и ушёл в патронник. Хрен вам, а не бабы! Будете жрать заточенную сталь. Страха нет. Я – не один. Рядом звякнул затвор.
Да когда же будет приказ стрелять?! До переднего ряда зеков несколько десятков метров. Скоро, очень скоро, они заметят засаду.
– Взвод, внимание. Огонь! Огонь!
Наконец-то! Чаг нажал на спусковой крючок.
Понеслась!!!
Короткая очередь. Автомат непривычно сильно дёрнулся в руках. Большая часть пуль ушла в потолок. Черт! Патроны боевые, мощные. Сильней! Сильней держать надо. Чаг снова нажал на курок.
Следующая очередь вышла что надо. Цепочка разрывов перечеркнула ближайших зеков. На красных робах выступила ещё более красная кровь. На бандитов обрушился шквал огня. Воздух наполнился чёрным дымом. Из кафе, с флангов застрочили автоматы. Зеки тупо угодили под кинжальный огонь.
В голову ударил боевой азарт. Чаг зло улыбнулся. Это он умеет. Очень хорошо умеет. Так часто умеет. Как на игровом полигоне. Грохот выстрелов и красные следы от пуль.
Площадь перед кафе засыпана десятками трупов. Дружный огонь выкосил передние ряды. В боевом исступлении Чаг жмёт и жмёт на спусковой курок. Но вдруг – щелк! И тишина. Разом умолкли все автоматы.
Проклятье! Самоподавление! Чаг отдёрнулся от окна.
Такое бывало и не раз. Если отряд разом открывает огонь, то у всех разом пустеют магазины. Нужно перезаряжать.
Чаг судорожно расстегнул правый карман на разгрузке. Быстро! Как можно быстрей отцепить пустой магазин и вставить полный. Если враг поймает момент и дёрнется вперёд. Господи! Храни от рукопашной! Чаг с треском вогнал полный магазин и снова высунулся в окно.
– Ну-у-у!!! – выдох разочарования вырвался из груди.
Зеки использовали момент тишины на все сто. Только – пустились наутёк. Возле выхода на перрон беспощадная давка. Без очереди, без прикрытия, зеки всем скопом лезут в узкий проход и лупят друг друга цепями и дубинками. Справа и слева вновь загрохотали автоматы. Раз враг бежит, то его нужно добить. Чаг нажал на курок. Вот вам, а не бабы!
Всё. Последний зек получил несколько пуль в спину и рухнул на рельсы. Площадь перед кафе и перрон завалены трупами. Но солдаты всё равно усердно поливают поле боя пулями и дырявят прозрачный колпак над железнодорожной веткой.
– Прекратить огонь!
Чаг тут же отпустил курок и задрал ствол. Центральный вокзал погрузился в звенящую тишину. Стрелять больше не в кого. Противник протиснулся в дыру в воротах и пропал в темноте туннеля №2.
– Первое отделение! К краю перрона! Остальным – прикрывать!
Всё правильно: стандартная, многократно проверенная и перепроверенная тактика: один идёт, второй прикрывает. Чаг, на всякий случай, убрал палец со спускового крючка. Через оптический прицел отлично видно, как бойцы первого отделения осторожно приближаются к распахнутому выходу на перрон. Вот как нужно воевать! Солдаты двигаются уверенно, без страха и судорожных рывков. Каждый из них точно знает – товарищи по оружию надежно прикрывают их.
Зеки – никудышные солдаты. Стадо баранов с накаченными бицепсами и тупыми мордами. Но предосторожность лишней не бывает. Как раз полный профан может выкинуть такое! Такую глупость, какая не придёт в голову мало-мальски обученном солдату.