Буря
Шрифт:
– Я скажу. Но для начала решим наш вопрос, - я открыла верхний ящик своего стола и достала оттуда свернутый договор, - Ты меня нанимаешь или нет?
Если до этого Рион ещё сомневался, то после того, как он увидел своих младших сыновей, все сомнения исчезли. Размашисто подписавшись под договором, он потянул документ мне. Поставив чуть ниже свою подпись, я быстро свернула договор и убрала в стол.
– Почему? Потому, что мы с Максом не шутили, когда назвали друг друга братом и сестрой. В день, когда была сожжена Старая Столица, мы случайно встретились на её руинах. Объединившись, мы смогли
Виссарион рассеянно кивнул, переваривая полученную информацию. Вдруг он резко поднял голову и посмотрел мне в глаза. На дне его зрачков мелькнула и тут же пропала странная тень.
– Лео и Дин.
– Живы, здоровы и даже не чихают, - усмехнулась я, - Они внизу, вместе с остальными празднуют мой день рождения.
Отец, ну вспомни, какое сегодня число! Не верю, что ты забыл! А ещё припомни родовое имя своей жены! Меня же из-за него сначала знающие коты за самозванку приняли. Пришлось на место поставить, чтобы не лезли, куда не надо.
Но Виссарион ничего не понял.
– А теперь, - тяжело вздохнув, решительно вернула я оборотня в реальность. Тот недоуменно на меня посмотрел, - Перейдем к последнему вопросу. Плата за работу.
Все. Это был контрольный выстрел. Я могу собой гордиться - я уже который раз за вечер повергла в шок САМОГО ВИССАРИОНА Д'АРКВ'ИР. А что? Нужно же его отвлечь от грустных мыслей.
– Сколько?
– напрямую спросил отец.
Скрипя сердцем (ужас, собственного отца обираю) я назвала цифру. Макс, который уже успел за моей спиной открыть шкаф с крепкими напитками и неспешно пил какое-то вино, поперхнулся. Закашлявшись, он с, мягко говоря, удивлением посмотрел на меня. Глаза на лоб вылезли и у Илиана, который прекрасно знал о моих расценках. Но в этот раз я себя переплюнула. И нечего на меня так смотреть! Деньги все равно домой вернутся. Я ещё понимаю, если бы кто-то другой, посторонний такую цену заломил (извиняюсь, иномирных словечек в свое время нахваталась выше крыши), но ведь это я...
– СКОЛЬКО??!!!!
– взвыл отец, хватая за голову (на моей памяти - впервые!).
Меня почти загрызает совесть. Но тем не менее я снова назвала цифру.
– Между прочим, - не выдержав, фыркнула я, - Мне детей на что-то кормить надо! Ты знаешь, сколько едят четыре взрослых оборотня и два не менее взрослых кота?!! Так вот, много!
– Ты про иллалира забыла, - прокомментировал мое заявление Макс.
На что я абсолютно невозмутимо ответила:
– У иллалира своя империя есть! Подданные скинутся и как-нибудь будущего императора прокормят!!
Илиан в нирване. Ну не знает он иномирных слов. Ему кажется, будто я ругаюсь. Ничего подобного! Зато Виссариону моя позиция, кажется, понравилась. По крайней мере, демонята на дне зрачков так и пляшут.
– Хорошо, - кивнул он.
– Если не на что кормить пятерых детей и одного великовозрастного нахлебника, - выразительный взгляд в сторону возмущенного такой клеветой Макса, - то я согласен.
Договор пришлось переписывать. Ну забыла я сначала о деньгах, забыла! Главное, что вспомнила.
Когда брат увел Виссариона и Илиана вниз, я ещё раз развернула договор. Чернила, которыми был написан договор,
'... Я, Виссарион Д'аркв'ир, клянусь, что отныне и до конца своих дней добровольно переплетаю нити своей судьбы с нитями Алексы д'эль Альтерни...
... Я, Алекса д'эль Альтерни, Александра Д'аркв'ир, Царица Рассветного леса, клянусь, что отныне и до конца своих дней добровольно переплетаю нити своей судьбы с нитями Виссариона Д'аркв'ир и обещаю, что никогда, ни при каких обстоятельствах, ни словом, ни делом, ни бездействием не подвергнуть его жизнь опасности...'
Дальше можно не читать. Я свернула новый договор и спрятала его в личное пространство.
Я не знаю, почему много лет назад наша с ним связь оборвалась, хоть каждый из нас остался жив, но не допущу, что бы это повторилось вновь. Этот договор со временем восстановит её. Правда, когда мы в прошлый раз его подписывали, я ещё была просто Александрой Д'аркв'ир, и защищать меня клялся отец. Теперь все наоборот. Может, когда мы разберемся с Вольфом, заключим равносильный договор. А сейчас мне нужно, что бы все было именно так.
Глава 4
Телохранитель для оборотня
Макс
Спустившись в зал, я окинул взглядом празднующих друзей и свистнул, привлекая их внимание.
– Народ, у нас прибавление, - громко сказал я, когда все обернулись в мою сторону. Почти все. Ректор ММУ и, по совместительству, мой дядя, продолжал о чем-то яростно спорить с отцом Крайлиса, - Илиан и Виссарион Д'аркв'ир.
Хорошо, что праздновать мы решили в узком кругу. Иначе возникло бы слишком много вопросов. Они, правда, и так возникнут, когда отец появится в клане, но лучше пока оттянуть этот момент на дальнее будущее. А из присутствующих кто такой Виссарион Д'аркв'ир знают только мои братья, сестра и дядя. Ну и Ник, судя по заинтересованному взгляду, который он бросил в сторону черноволосого оборотня. Видимо, сравнивает с тем портретом, который видел в Столице. К какому выводу он пришел, я так и не понял.
Но если братья уже предупредили Дина и Лео о появлении Риона, то дядю они явно забыли поставить в известность. Дракон вскинулся, резко обернувшись. Отец коротко кивнул ему, криво усмехнувшись. О чем они мысленно говорили дальше, я не знал. Почему я решил, что они разговаривали? По выражению их лиц. Даже приблизительно могу предположить, о чем они говорят. Дядя возмущается, где Риона носило столько лет, отец наотрез отказывается об этом говорить.
В общем, на оборотней почти не обратили внимания. Император и отец Крайлиса так и не поняли, кто перед ними, поэтому быстро вернулись к своим делам.
Присоединившись к братьям, я бросил на отца недовольный взгляд. То, что он не узнал Алексу, мне сильно не понравилось. Пусть мы и предполагали такое развитие событий, я надеялся, что до этого не дойдет. И нашу задачу это существенно осложняет. Алекса не сможет использовать половину заклинаний, доступных ей из арсенала семьи. Тех же Странников призвать нельзя. Кошка, вызывающая сущности из Теневого коридора - нонсенс.
Я с благодарностью принял от Зарона бокал вина, продолжая думать о своем. Рассеянного пригубив вино, я посмотрел на лестницу, ведущую на второй этаж.