Буря
Шрифт:
– А спросить об этом Вольфа?
– недоуменно вскинул брови принц.
– А где гарантия, что после этого вопроса у него не поедет крыша, или не случится сердечный приступ, или мозги не превратятся в кашу?
– вопросом на вопрос ответил я.
– Блок памяти?
– понимающе кивнул иллалир.
– Он самый. Вполне возможно, что 'доброжелатель' заранее позаботился о том, что бы о нем никто ничего не узнал. А обойти защиту, не зная, есть ли она, проблематично. Вдруг если мы с Алекс полезем проверять, с ним случится что-то
– М-да. И как вы собрались его вычислять?
– А кто его знает, это у моей сестрицы спросить нужно, - развел руками я. Кстати, мне тоже очень интересно, как моя любимая сестрица собирается это провернуть. И ведь наверняка что-то такое отчебучит, что другому и в голову не придет. С её-то талантами постоянно находится в нужное время в нужном месте...
– И здесь начинаются твои подозрения о том, что она что-то задумала, - скорее утвердительно, чем вопросительно произнес Ник, изучая меня задумчивым взглядом.
– Именно, - не стал я отнекиваться.
– Правда, подозрения появились после того, как я заметил задумчиво-мечтательный взгляд Алексы во время нашего 'похода'. С таким взглядом она всегда обдумывает очередной безумный план, который может выйти боком не только врагу.
Справедливости ради стоит уточнить, что зачастую именно такие планы Алексы и срабатывали. Но в этом вопросе я становлюсь похожим на Ника, когда он видит последствия вещих снов Алексы - вроде и жива, но даже боги вряд ли догадываются, что она может учудить в следующий момент...
– И что ты предлагаешь?
– напрямую спросил Ник.
– Пока ничего.
– неохотно признался я. Появилась безумная надежда, что беззастенчиво подслушивающая нас Алекс устыдится и сама во всем признается, но почти сразу скончалась в жестоких конвульсиях. Алекса и устыдится? Скорее Феникс и Водяной Дракон возьмутся за ум и перестанут сваливать все иногда возникающие проблемы мира на свою Третью Хранительницу.
– Если спросить Алексу напрямую, то она ничего не ответит или отшутится. А как ещё можно выведать правду, я не представляю.
В этот момент в дальнем конце коридора скрипнула дверь, и раздались чьи-то быстрые шаги. К нам, буквально летя на крыльях долга, мчался Алексин целитель. Если мне не изменяет память, в своей комнате он даже насечки на стене делает, которые показывают. Сколько раз за всю историю их знакомства он вытаскивал её с того света.
Взлохмаченный кот пробежал мимо нас и скрылся за дверью комнаты, в которой лежала Алекса.
– Макс!
– через мгновение донося до меня полный возмущения вопль целителя, - Ты почему мне не сказал, что Алекса уже пришла в себя?
Я медленно провел рукой по лицу, предчувствуя скорую головомойку от кота. Ну спасибо, сестричка, трудно было прикинутся спящей? Сдала со всеми потрохами...
Радует только то, что Алексу ждет аналогичная головомойка и не только от целителя, но ещё и от возлюбленного.
Алекса
Следующие
В общем, к концу лекции я чувствовала себя маленьким нашкодившим котенком, которого отчитывает строгая мама. Хотя Марианна меня никогда в жизни не за что не ругала, впечатления у меня были именно такие. Пришлось, как всегда, горячо убеждать целителя в том, что я больше так не буду. Правда, что-то мне подсказывает, что вряд ли он мне поверил. А что я могу сделать? Судьба у меня такая - вечно влипать в разные опасные ситуации. И если бы не способности видящей и одно очень удачное проклятие личного 'приготовления', выжить было бы намного сложнее.
Вскоре целитель все-таки выдохся, и устало махнул на меня рукой, мол, меня даже могила не исправит, влил в меня принесенные лекарства и скромно удалился, оставив пациента на растерзание родственников. Правда, перед этим он ещё успел с удовольствием отчитать Макса за то, что тот не сказал ему, что я уже пришла в себя. Жаль, что эта речь оказалась намного меньше предыдущей...
Потом, чисто для порядка, аналогичную лекцию мне прочитал брат и ушел, пригрозив, что завтра обязательно приведет родителей, что бы научили свое чадо уму-разуму. Ну-ну, я хотела бы на это посмотреть.
Но все-таки, какой бы невозмутимой я не притворялась, оставаться наедине с Ником не хотелось. И не из-за того, что боюсь или не хочу выслушивать очередные нравоучения. Виновата я перед ним, причем очень сильно виновата. Макс уже привык к моим выходкам и смерился с этим, поэтому воспринимает сложившуюся ситуацию относительно спокойно (скандалов не закатывает, к совести не взывает, глазами бешено не сверкает). А вот что пережил Ник, когда увидел меня перепачканную с ног до головы в крови и с раной, которая не совместима с жизнью (по крайней мере, в нормальных людей и нелюдей), я даже боюсь себе представить. На его месте я бы стерла всех попавшихся под руку псов в порошок и сказала бы, что так и было... Но главное не это. Просто я знаю, что значит думать, будто потерял дорогое для тебя существо..., и ведь могла ж предупредить...
Дожила. Сказал бы мне кто-то двадцать лет назад, что я снова научусь испытывать чувство вины и угрызения совести, о существовании которой я только смутно догадывалась, в жизни не поверила б. А вот поди ж ты. Пусть и в отношении к одному единственному человеку..., то есть иллалиру, но чувствую.
Ник, не произнесший во время 'воспитательного процесса' ни слова, окинул меня усталым взглядом и тяжело вздохнул:
– Алекс, когда ты наконец-то перестанешь над нами издеваться?
Если под издевательствами имеется в виду вечное скрытие важных фактов и своих планов, то очень надеюсь, что скоро.