Быстрее ветра
Шрифт:
– Я положу вас всех, – прорычал оборотень, готовясь к прыжку. – Кто будет первый? Может ты, Родос?
Главарь, кажется, растерялся. Прежде Кейд позволял себя бить и терпел издёвки, помня о запрете на убийство, а сейчас он был настроен иначе. Воздух вокруг него будто наэлектризовался. Секунда и трагедии будет не избежать.
– Эй, Кейд, можешь смахнёмся один на один? – предложил Родос.
– Когда я покончу с твоими дружками, смахнёмся, – грозно вымолвил оборотень.
Вампиры неуверенно отступили на шаг и оглянулись. И тут из темноты вынырнул грузовой пикап. Его фары включились неожиданно, перед самым столкновением
– Что это было? – вне себя от ярости выкрикнул Родос. – Что это было?!
И тот же вопрос задавал себе Кейд, глядя в потрескавшееся зеркало.
Девушка, озадаченная случившимся, зависла в воздухе, растерянно размахивая крыльями. Ей хотелось продолжить следить за уехавшим парнем, и одновременно с этим узнать, что это за лихач промчался на автомобиле. Наконец она решилась и последовала в сторону, куда уехал пикап. Но пролетела недалеко. Ни звука, ни света не осталось от него. Луара опустилась на асфальт и прислушалась, глядя в сторону города. До её слуха доносилась лишь возня вампиров, поднимающих мотоциклы и их злобная ругань. Особенно возмущались те, чьи железные кони серьёзно пострадали от столкновения.
«Словно призрак, – подумала девушка. – А может, и правда, призрак!»
Кейд промчался мимо дорожного указателя «Волчий Яр» и вскоре свернул на грунтовую дорогу, ведущую в деревню. Чистокровные люди давно бросили деревню на произвол судьбы, а оборотни всех мастей обжились в ней. В центре находился бар под громким названием «Хижина Ли» – добротное бревенчатое здание с мансардой и балконами с двух сторон, добрая часть которого с отдельным входом являлась жилищем самого владельца оборотня Ли.
Кейд подъехал к бару. На стоянке находилось с десяток байков, один круче другого. Ну да Кейду пока похвалиться было нечем. Каждый из оборотней зарабатывал на жизнь как мог. Многие предпочитали ездить на вахту в северные районы, где получали хорошие деньги. А Кейд предпочитал испытывать судьбу и свою удачу поездками в город. Лучшего варианта, чем быть курьером, он пока не видел.
Остановив мотоцикл, Кейд улыбнулся тому, что на этот раз возвращение с работы было удачным. Шлем его так и болтался на руле, некогда было думать о выдуманных человечеством правилах. Парень сделал глубокий вдох. В воздухе чувствовался запах еды и эля, которым любил побаловать клиентов суровый добряк – Ли.
Деревянная дверь тяжело отворилась. Кейд вошёл внутрь и, увидев хозяина «Хижины», в знак приветствия поднял руку. В баре было пусто, за исключением дальнего столика, занятого единственным посетителем.
– Привет, неудачник! – выкрикнул посетитель –
– Как дела, Кейд? – с интересом спросил Ли. – Сегодня ты вроде не помятый. Не сталкивался что ли с шайкой Родоса?
Ли по сравнению с Кейдом казался просто огромным, плотного телосложения, в любимой красно-чёрной клетчатой рубашке с закатанными рукавами. Его здоровые ручищи были обильно украшены татуировками на байкерскую тему: черепа, цепи, луна, дороги, колеса, увитые терновником… Кейд сколько старался так и не все татуировки у него смог разглядеть. Ему казалось, что всё тело этого человека было изрисовано. И не удивился бы. Вообще байкеры те ещё любители таких украшений. Но сам Ли редко садился на байк, предпочитая наблюдать за гонками с северного балкона «Хижины». С него вся трасса была как на ладони, а, если ещё и бинокль в помощь, то любые трюки участников были ему известны раньше, чем об этом сообщит ведущий гонок.
Кейд подошёл к стойке и облокотился на неё.
– Привет, Ли. Всё норм.
– Не ездил бы ты в город. Убьют ведь и костей твоих не найдём.
Ли искренне переживал за парня. Он напоминал Кейду отца, именно таким он бы хотел его видеть. Ведь настоящего отца у него никогда не было.
Кейд отвёл взгляд от его чёрных глаз, не мигая прожигающих его насквозь, и оглянулся.
– Слушай, а где все? Байки у входа стоят, а здесь пусто, кроме этого урода.
– Ты кого уродом назвал? – взревел Харм, но вставать и набить физиономию грубияну не спешил.
– Днюху в Варлона справляют. Решили лося загнать. Шашлыков им захотелось, – уведомил Ли. – Вот жду, когда мясо принесут.
– Ясно… – Кейд обернулся к единственному посетителю, допивающему любимый горячий сбитень. – Эй, Харм, а ты чего здесь зависаешь? Нюх потерял или охотничьи инстинкты отвалились?
– Ну ты смотри, какой наглец!
Харм поднялся и спешно направился к парню. Кейд даже с места не сдвинулся от надвигающейся разъярённой туши. Лишь неотрывно смотрел, как черноволосый мужик мгновенно оборачивается в огромного чёрного медведя.
– Ладно, ладно, напугал, – весело засмеялся парень. – В расчёте за неудачника.
Медведь тут же вернул человеческий облик.
– Садись выпьем, – предложил Кейд. – Или тебе подружка не разрешает?
Харм шумно выдохнул, мотнул головой, потом набросился на парня и, повалив его на пол, начал безжалостно щекотать.
– Ну ты извращенец, Харм, – извиваясь, выкрикнул Кейд. – Я знаю, что ты рад меня видеть, но не до такой же степени.
Тяжёлая рука Харма легла ему на затылок и ткнула лицом в обшарпанный многочисленными отметинами когтей пол.
– Ещё будешь обзываться?
– Буду, – уверенно ответил Кейд.
– Вот за это я тебя люблю, братец, – Харм наконец оставил его в покое, а, сев за стойку, добавил: – Одного не понимаю, как наша мать могла принять тебя в нашу семью? Ты же, кроме жалости и желания прекратить твои мучения милосердным способом, ничего не вызываешь.
Кейд сел, начав поправлять помятую одежду. Затем поднялся на ноги.
– Я тоже тебя люблю, брат. Заплатишь за выпивку? Я на мели.
– Когда ты так говоришь, мне хочется сделать тебе больно.