Быть может...
Шрифт:
Она хотела делить с ним радости и горе, покой и страсть, быть для него той единственной, которая могла дарить ему счастье.
И от этой правды Тереза не могла никуда скрыться, поэтому и цеплялась за Рейнера, надеясь таким образом заглушить веление своего сердца.
Я нашла свое место в жизни, подумала Тереза, оно рядом с Уолтером. Только я не нужна ему, и мне придется носить эту боль в своем сердце до конца моей жизни. Единственное, что он предложил мне, это провести с ним несколько часов в гостиничном
Терезе было очень тяжело переносить холодное безразличие Уолтера. Она бы даже согласилась на презрение и враждебность, которые он проявлял к ней в начале их знакомства, но только не на эту его ледяную учтивость.
Пройдет время, и боль уйдет, утешала себя Тереза в ночной тишине комнаты.
Но перед этим мне предстоит провести много долгих дней одиночества.
– Не рассчитывай, что в отсутствие Уолтера ты будешь бездельничать! – с нескрываемой враждебностью заявила Верджи, встретив Терезу в приемной в понедельник утром.
– Что это с ней? – спросила Тереза у Эвелин, когда Верджи ушла. – Я сделала что-то не так?
– Не-а. Просто Верджи нравятся только дурочки, потому что на их фоне она выглядит умнее. Она вела себя точно так же и с Одри. – Эвелин помедлила, потом сказала:
– Кроме того, Верджи ревнует. Она всегда была неравнодушна к Уолтеру и, когда Одри ушла в декрет, рассчитывала занять ее место.
– А Уолтер знает об этом?
– Обычно проницательность ему не изменяет. Может, поэтому Верджи до сих пор сидит в канцелярии. На кой черт ему помощница, которая млеет от него?
– О, понятно, – сказала Тереза бесцветным голосом.
Теперь ей стало ясно, почему Уолтер так холодно держался с ней. Он, должно быть, знает меня гораздо лучше меня самой, с грустью подумала Тереза.
Но сколько времени я выдержу? Наверное, стоит покончить с этим, и чем скорее, тем лучше.
Неделю она провела в тяжелых раздумьях, но так и не решила, что будет для нее наименее болезненным – продолжать работать у Уолтера или уйти, чтобы больше никогда не видеть его, кроме как на экране телевизора.
На память ей пришла надпись на солнечных часах на поляне – «Время укрепляет дружбу, но ослабляет любовь». Тереза очень надеялась, что это правда.
Более длинной недели в своей жизни она не могла припомнить. Тереза бралась то за одно, то за другое, но сердце ее и мысли находились за сотни миль от Нью-Йорка – в Техасе.
Тереза думала, что Уолтер, наверное, взял с собой красивую блондинку, с которой был в ресторане. На ее взгляд, они очень подходили друг к другу оба эффектные, уверенные в себе и принадлежащие к одному миру. Не то что она – скромная провинциалка.
Возможно, Уолтер взял блондинку в Техас, чтобы показать, где собирается жить в недалеком будущем, а заодно и выяснить,
Каждый вечер после работы Тереза шла в сад и садилась на скамейку у солнечных часов, втайне надеясь встретить вернувшегося Уолтера. Но никто ее там не ждал, и она брела домой.
В пятницу утром Тереза разбирала почту, когда зазвонил телефон. У нее забилось сердце а надежде, что это может быть Уолтер.
– Привет, Тесе! – бодро поздоровался Рейнер. – Звоню сообщить, что я уже переехал на другую квартиру. Завтра устраиваю небольшую вечеринку по случаю новоселья. Приходи.
… – Я не знаю… – растерялась застигнутая врасплох Тереза.
– Не капризничай, прелесть моя. Без тебя мне будет грустно. – Рейнер хмыкнул. – И потом, я хочу, чтобы ты увидела, от чего отказалась.
Идти к Рейнеру в гости не хотелось, но Тереза решила, что все лучше, чем сидеть одной дома.
Она приехала, когда вечеринка была в полном разгаре. Гости пили, громко разговаривали, смеялись. Судя по количеству народа на квадратный ярд, вечеринка имела грандиозный успех. Самого хозяина нигде не было видно.
Тереза замешкалась в дверях, не зная, куда идти. Какая-то девица сжалилась над ней.
– Привет! Найди себе стакан и иди на кухню – там наливают.
– Спасибо, – поблагодарила Тереза.
У нее появилось желание поскорее смыться отсюда, но она решила хотя бы поздороваться с Рейнером и пожелать ему удачи на новом месте. Когда Тереза пробиралась через толпу гостей, кто-то схватил ее за плечо. Обернувшись, она увидела Уолтера. Сердце у Терезы подскочило от радости, и она невольно улыбнулась.
– Вы вернулись! – Она сникла, поскольку выражение его лица оставалось мрачным. – Я… не ожидала увидеть вас здесь.
– Я сам не ожидал этого, – резко сказал он. – Я пришел не один.
Ну конечно, с болью подумала Тереза и, намереваясь продолжить поиски Рейнера, решительно сказала:
– Позвольте пройти…
– Тереза, – тихо сказал Уолтер, – сделайте нам обоим одолжение – уходите отсюда. Уходите прямо сейчас.
– Но я только что пришла, – возразила она, усмехнувшись.
– Это неважно. Так будет лучше во всех отношениях. Поверьте мне.
Уолтер все еще держал ее за плечо, и Тереза дернулась, чтобы освободиться.
– Вы здесь не хозяин. Меня пригласили, и я останусь.
– Пожалуйста, сделайте так, как я прошу. – В глазах Уолтера мелькнуло что-то похожее на боль. – Я не могу объяснить вам сейчас…
– Ну и ну, неужели пожаловала мисс Серая Мышка?! – К ним подошла рыжеволосая Кристин, которую Тереза видела у Уолтера в день своего приезда в Нью-Йорк. – Явилась не запылилась. – У нее немного заплетался язык, но голубые глаза цепко оглядели Терезу с ног до головы. Провинциалка-неудачница.