Цель

Риз Лаванда

— Попался, — не сдержалась и улыбнулась Ева, когда заиграла музыка, обвивая Адама за шею. Его руки нежно обнимали её за талию.

— Умница, — шепнул Адам.

— Так ты рассчитывал, что я перебью любую цену?

— Конечно. Я ведь тебя уже немного знаю.

— Маху дала, нужно было заказать сальсу, — проворчала Ева, — Продолжил бы всех развлекать.

— К твоему сведению, я отлично умею танцевать, — снова шепнул ей с улыбкой Адам, водя губами по её щеке. — Все и так на нас безумно пялятся. Самое время сбежать отсюда, чтобы они под впечатлением не

начала заваливать нас вопросами.

— Совершенно с тобой согласна. Я не против оказаться с тобой наедине и наконец обсудить наши «мелочи».

Забравшись на заднее сидение, Адам отдал распоряжение водителю направляться в особняк. Но как только машина тронулась, поддавшись исходящему от него импульсу — взгляд Евы непроизвольно потянулся к Адаму, затем её губы, и вот уже он опустил перегородку между водителем и пассажирским салоном, рывком усадив её к себе на колени. Его желание заставляло его вздрагивать мелкой дрожью, пока он не издал благодарный стон, погрузившись в её тело. С Евой Адам будто впадал в две крайности, то он был резок и холоден, но невероятно страстен. Он не хотел её опускать, даже когда машина уже как полчаса стояла около дома.

— Знаешь, уснуть на заднем сидении пусть и такой шикарной машины, не самая лучшая идея, — подала голос Ева. — Мы могли бы подняться в нашу спальню.

— Возможно, из моих уст это прозвучит довольно странно, но мне так хорошо с тобой Ева, что мне совершенно не хочется сейчас садиться и обсуждать правила.

— Ого! Увесистый комплимент в мой адрес. Но тебе это нужно, я знаю. Поэтому давай уже разберёмся с этим Пирс. Я не хочу чтобы обстановка вокруг нас каждый раз накалялась до такой степени.

Глава 14

— Хорошо, давай обсудим, — усевшись на кровать, Адам с остервенением стянул с себя галстук. Когда он нервничал, то старался не смотреть ей в глаза.

— Ты ведь согласен со мной, что секс это не обязаловка и не конвеерный процесс? Его нельзя планировать, разве что когда собираются завести ребёнка, и то ко всему делают это ещё по времени и с градусником. Я предлагаю, пусть это происходит когда между нами возникает желание, вот например, как в машине. Но если из нас кто-то себя плохо чувствует или не подходящий момент, например, ты торопишься в свою мега компанию…

— Я вряд ли стану тебе отказывать, — перебил её Адам.

— Хочешь сказать, что если бы сегодня утром, когда ты был полон претензий в мой адрес, я тебе позвонила и сказала, что хочу заняться с тобой любовью, ты бы всё бросил и приехал? — недоверчиво уточнила Ева.

— Да, — с совершенно серьёзным видом кивнул он.

— О … — ей даже пришлось немного растеряться от такой его искренности. — То есть секс это не пустяк, можно дёргать когда вздумается. Нужно будет как-то тебе наглядно продемонстрировать, что это тоже не совсем удобно. Ладно, если по каким-нибудь причинам секс невозможен — произносится фраза «не сегодня» или «не сейчас». Согласен?

— А если я захочу выяснить причину и переубедить тебя? — медленно расстегивая пуговицы на рубашке,

уточнил Адам.

— Тогда если фраза произносится повторно — любые домогательства прекращаются, — Ева пыталась держаться с таким же как он серьёзным видом, представляя что они заняты деловым вопросом, а не обсуждением их половой жизни. — И чтобы обозначить продолжительность сексуального акта, я предлагаю ограничиться двумя твоими оргазмами.

— А как на счёт твоих оргазмов? — уставился на неё Адам.

— О … я не останусь обделённой в любом случае, — пробормотала Ева под этим пристальным пробирающим её взглядом. — Просто когда ты кончаешь, я к этому времени уже успеваю получить их несколько.

Как только он это услышал — Адам застыл, и на его лицо наползло совершенно непередаваемое выражение восторга. Затем порывисто обхватив ладонями её лицо, он произнёс низким охрипшим голосом:

— Если ты когда-нибудь надумаешь меня оставить…. — он не договорил, но в этой недосказанности повисла мощная чувственная и пульсирующая угроза.

— Признание в любви в стиле Адама Пирса? — прошептала Ева.

— Даже больше. … А теперь мы попробуем испытать исключения, — ответил он, повалив её на постель.

Сосуществование с Адамом оказалось морально и физически изматывающим, и просыпаться на рассвете для бодрящей пробежки у Евы уже просто не получалось. Зато получалось просыпаться на его спокойно вздымающейся груди. И когда она начинала думать о предшествующих всему этому событиях, о своих чувствах, о людях, которым сделала больно, о норове Адама, об их таких сложных взаимоотношениях — тот факт, что она лежит с ним в обнимку, казался ей чем-то запредельным.

Целуя его осторожными поцелуями Ева стала спускаться губами ниже, к его животу.

— Тебе что-то от меня нужно, — чётко произнёс Адам, мгновенно проснувшись, как обычно желающий всё контролировать, даже её прикосновения.

— Так не интересно! — воскликнула Ева, садясь рядом с ним. — Хорошо, если такая форма уговоров тебе не подходит, скажу прямо. Первая неделя наступившего года — неделя свиданий для родственников в тюрьме во Фрисдене. Я хочу увидеть брата.

Нервно вскочив с постели, Адам демонстративно направился в душ, игнорируя её слова, оставляя Еву кипятиться по этому поводу.

— Тебе нравиться изводить меня, верно? — бросила она, дождавшись его.

— Нет, Ева.

— Нет не нравится изводить, или нет ты не поедешь на свидание с братом?

— И то и другое, — надменно усмехнулся Адам. Холодной улыбкой, которой он обычно демонстрировал свою власть. — И он тебе не брат!

— Нет, Адам, Майк мой брат, мы выросли вместе, он заботился обо мне как мог. Я должна его навестить. Почему ты против? Боишься, что твою жену увидят рядом с тюрьмой, за свою драгоценную репутацию? Но теперь, когда выяснилось что «бостонскую акулу» всё же можно затащить в постель, журналюги, любители раскапывания дерьма и охотницы за богатыми мужьями обязательно докопаются до нашей правды, они выяснят, что я сидела в тюрьме, а ты лишал меня родительских прав!