Целитель 2
Шрифт:
— Ладно, Аристарх, — отмер старик, положив листы на столик. — Не буду к твоему ученику придираться. Есть в его ответах слабые места, но, уверен, ты проследишь и заполнишь пробелы.
Я никогда не страдал странными желаниями в отношении людей. Стариков уважал. Но конкретного этого — захотелось пнуть. Да посильнее. А лучше — сразу мечом рубануть.
Это было настолько неожиданное чувство, что я растерялся. Причина ведь не только в его ответе, а в чем-то ещё. Хотя и в ответе тоже. Как гадко то вывернул. Мол, ученик ещё не готов, но, так и
Мне захотелось выяснить, какие именно ему ответы не понравились, но я прикусил язык. Уверен, если ляпну что-нибудь, меня вмиг с потрохами сожрут.
— Вы так любезны, пан Алес, — расплылся в насквозь фальшивой улыбке Аристарх Павлович.
— Петр? — посмотрел Алес на мужчину. — Желаете ознакомиться?
— Конечно, — ответил тот, забирая листы.
Ещё пятнадцать минут в ожидающей тишине.
— Не знаю, что не понравилось господину Алесу, но я вижу, что юноша на удивление хорошо владеет материалом. Особенно если учесть, что он сдавал сразу по всем темам, всего за два часа. Право слово, не надо было на него так давить.
— Заберут его на войну, окажется под пулями да боевыми заклинаниями, — ответил то ли господин, то ли какой-то пан Алес. — Будет у него время подумать?
— Не будет, — ответил Петр. — Но и от руки на поле боя ему писать развернутые ответы не придётся.
— Поэтому предлагаю перейти уже к практике, — проворчал старик. — Раз уж поговаривают, что юноша в этом особо талантлив, — он взял клюку, которая к креслу была приставлена, медленно поднялся и направился куда-то в глубь здания.
Остальные за ним последовали. Ну и я сзади пристроился, обдумывая, что сейчас произошло.
Пан Алес — выставил меня и наставника в дурном свете. Сергей — выступил нейтрально. Петр — выступил на стороне Аристарха Павловича. Сам же наставник ответы смотреть не стал, но листы забрал, сложил и спрятал во внутренний карман пиджака.
Вот оно какое, братство целителей, чье призвание — людей спасать.
Спустились мы в подвальный этаж. В ту часть, которую отмечала табличка «Морг».
Однако… Очень интересно, зачем меня туда ведут, но ещё интереснее, зачем в этом здании столь специфический отдел.
В помещении, куда пришли, было прохладно, стояло четыре стула, на которые господа и уселись. Также на одной из стен было множество дверок, где, видимо, трупы и лежали, раз уж это морг. Здесь же нашёлся Август, который один из трупов достал и положил на металлический стол.
У меня закрались нехорошие подозрения.
— Юноша, начнем с простого, — заговорил пан Алес, который, как я понял, был здесь главным. — Продемонстрируйте чистоту и контроль. Шар и хирургическая нить. Твой ученик владеет этим, Аристарх?
— Конечно, — спокойно ответил Аристарх Павлович, кивнув мне.
На наших с ним занятиях я неоднократно демонстрировал мужчине предел своих возможностей, которые выходили за рамки нормы. Здесь и сейчас я показал ровно
Местные степень чистоты делили на сотню отметок. Для младшего целителя нормой считалась чистота в пятьдесят. Как я понял, это минимум, когда Масло можно использовать в лечебных целях. У обычного целителя — в шестьдесят. У старшего — в семьдесят-восемьдесят. У лучших из лучших приближалось к сотне.
Как по мне — полная чепуха.
У Демьяна этот показатель был в районе пятидесяти пяти. После месяца под клятвами вырос на пять отметок. У меня же… Я ещё в первый замер, особо не напрягаясь, вышел за сотню. Что лучше всего говорило о том, насколько целительское искусство дремучее в этом мире.
Ну да ладно. Аристарх Павлович сказал мне показывать «чистоту» в районе восьмидесяти пунктов. Стыд и позор. По факту, это даже не Кровь. А так, Масло средней очистки.
На самом деле целитель просил, чтобы я показал меньший уровень. Но быстро выяснилось, что самый обычный Вдох, когда я не очищаю его и не фильтрую, у меня как раз в районе восьмидесяти пунктов выходит. То есть мне надо реально напрячься, чтобы результат грязнее выдать. Поэтому и сошлись на этой отметке.
Я сделал, что просили. Показал мутноватый шар Масла. Подвесил его в воздухе. Рядом создал хирургическую нить в метр длиной. Закрутил её по спирали и тоже подвесил. В нити главное, чтобы она не дрожала. Если дрожит — значит контроль низкий.
— Неплохо, неплохо, — покивал пан Алес. — Может, и не врут все те слухи, что про вас ходят, юноша.
Вот же гад. Зуб даю, похвалил, чтобы следующий удар оказался особенно неприятным.
— Но раз вы так талантливы, то и задание будет вам особенное.
Я же говорил.
— Сзади вас находится свежий труп. Во-первых, вам нужно очистить его. Во-вторых, заставить биться сердце.
Как я удержал лицо, как не дернулся и не выругался — не знаю. Может, и не удержал. Может, всем собравшимся стало понятно, что услышанное мне как минимум не понравилось, а то и вовсе повергло в шок.
Первая часть задания — с подвохом. Чистить мертвого раза в два сложнее, чем живого. У живого сам организм помогает. В моем мире существовали специальные обряды, как хоронить, чтобы потом нежить не поднялась. Этим жрецы занимались, со специальной подготовкой. Давать такое задание ещё даже не младшему целителю — это серьезно его так подставить.
Но и плевать. Ерунда. Мелкая пакость.
Вторая часть задания — куда хуже. Оживить сердце мертвому — это некромантия. Проклятое, гадкое искусство, что противоречит сути целительства.
— А это не слишком? — вмешался Аристарх Павлович.
Он не понимал. Не понимал, что эта тварь просит сделать.
— Так слухи про вашего ученика врут? — удивился пан Алес.
— Господин Алес, — вмешался я, чувствуя, как внутри клокочет ярость. — С очисткой я справлюсь. Только мне для этого подготовка нужна. Вы не против? Дадите мне минутку?