Целитель 3

Романович Роман

Внутри, в небольшом помещении, привстав, ждали двое мужчин. У обоих на руках блестели готовые сорваться техники.

— Свои, — буркнул Эдуард Олегович.

— Ты сегодня последний, — ответил ему мужчина, тот, который был постарше. — Закрывай дверь на засов.

Звали его Прохоров Марк Михайлович, по прозвищу Пухлый. Прозвали его так за широкое лицо и вечные синяки под глазами.

Эдуард Олегович сделал, что просили, прошёл, сел, положил шляпу на стол. Достал платок, утер лоб.

— Ну? — спросил он. — Есть что?

— А у тебя? — ответил Марк Михайлович.

—

Всё то же самое.

— То есть ничего, — вздохнул мужчина.

— А ты? — Эдуард Олегович перевёл взгляд на «молодого».

Тому было тридцать шесть лет, и звали его Альберт Янович. Сидел он, подбоченившись, волосы его были зачёсаны назад, и среди двух мужчин в костюмах он выделялся как инородный объект.

— Ничего, — ответил тот. — Не заметил, чтобы за тобой следили.

После того случая, как на сына Эдуарда Олеговича напали, а его самого отстранили, к нему в гости заглянул Марк Михайлович. С рассказом, что мир не так прост, как кажется, и что есть в нем силы, играющие против их княжества, да и людей в целом. Эдуард Олегович был не из тех, кто принимал слова на веру. Особенно — такие.

Но на заметку принял. А там и вовсе заметил за собой слежку, которая и привела к той драке против какого-то парня с нечеловеческим ликом. Устроенная на него засада ни к чему не привела. Трое не самых последних адептов не смогли убить эту… тварь.

После того случая Эдуард Олегович всё же вступил в клуб «неравнодушных». Которые действовали в тени, вдали от официальных служб, ведя свою охоту.

— Затаились, — сказал Марк Михайлович. — Я говорил, они умеют выжидать, но ничего не забывают.

По мнению Эдуарда Олеговича, их идейный лидер был слегка параноиком. Что, возможно, в сложившейся ситуации было не таким уж плохим качеством.

— То, что ты прав оказался, дело нам не упрощает, — ответил мужчина. — Какой следующий шаг? Мы втроем не смогли одолеть одно существо.

— Поэтому нам нужны союзники, — сказал Альберт Янович. — Я это давно заявляю. Втроем мы не сдюжим.

— Да-да-да, — нервно дернулся Марк Михайлович. — Я в курсе и согласен. Есть наводка.

— Какая? — заинтересовался Альберт Янович.

— Сегодня в службе шум поднялся, — ответил тот. — Небезызвестный Аристарх Павлович подал официальную ноту недовольства, — губы мужчины дернулась в усмешке. — О халатности на границе. До меня слухи дошли, что на целителей там напали. Вражеский отряд подошёл и нанёс удар.

— Чем закончилось? — оживился Альберт Янович.

— Аристарх с учеником живы, — ответил Марк Михайлович. — Как бы он ещё заявление подал? Так что обошлось без беды, но один целитель погиб. К чему это приведет, пока непонятно. Но сдаётся мне, кто-то хотел устранить нашу звезду.

— С чего такие выводы? — спросил Эдуард Олегович.

— С того! — мигом взорвался Марк Михайлович, нервы которого были давно ни к черту, и он бесился каждый раз, когда говорил, по своему мнению, очевидные вещи. — Я же приводил выкладки о систематическом уничтожении всех ключевых фигур! А наш целитель — безусловно, такая фигура!

— Не хотел бы спорить с коллегой, — прохладно ответил Эдуард Олегович. — Но надо бы прояснить детали,

чтобы делать точные выводы. К тому же нам с того что? Хочешь привлечь Аристарха? Он не боевик.

— Зато он целитель, — возразил Альберт Янович. — Я бы не отказался завербовать его. Мало ли, вдруг шкуру латать придётся. Но и боевики нам нужны. Может, армейцы?

Эдуард Олегович потер переносицу и поморщился от головной боли. Марк Михайлович был идейным. С его слов, лидером он при этом не являлся. Его тоже в курс дела в своё время ввёл другой человек. Кто — он отказывался называть, но утверждал, что какая-никакая поддержка и прикрытие имеются. А также наработанные источники информации. Только вот ничего, кроме общих направлений, Марк Михайлович не сообщал. Либо не знал, либо придерживал информацию. Поэтому то, что против Эдуарда Олеговича выступил кто-то из Черепов, было познавательно, конечно, но никакого практического смысла не несло. Слишком там организация непростая. Бегающая по улицам шпана — лишь первый, самый примитивный слой. Также не было практического смысла в том, что ниточки вели и в других направлениях. В гильдию целителей, в азиатский квартал, да даже в тайную службу! Что толку от того, что враг есть где-то там? Нужны конкретные имена. А потом ресурсы, чтобы с этими конкретными именами разобраться и при этом самим не отправиться на два метра ниже земли, гнить и червей кормить.

Хотя Эдуард Олегович не был уверен, что ему светит могила. Мало ли, вдруг эти монстры полностью тела съедают. Кто их знает.

— Есть кандидатуры? — спросил Марк Матвеевич.

Который изначально поставил задачу, что надо собрать боевую команду, а прикрытие, мол, их лидер обеспечит.

— Есть пара человек на примете, — ответил Альберт Янович.

— Проверенных? — прищурился Марк Михайлович. — А нужны — проверенные!

— Так и проверим!

Между этими двумя завязался спор. Эдуард Олегович снова поморщился. Какая-то мысль не давала ему покоя.

— Да помолчите вы, — не выдержал он. — Что там с Аристархом? Точнее, с его учеником. Кто с ним был?

— Святой, — ответил Марк Матвеевич. — Второй ученик за границу убыл, на стажировку.

— Олег Васильев? — припомнил Эдуард Олегович.

— Он самый. Почему спросил о нем? — поинтересовался Марк Матвеевич.

— Да так… — неопределенно ответил Эдуард Олегович, поднимаюсь. — Мыслишку кое-какую надо проверить.

Глава 15

Когда вошёл в здание школы, барыня стояла за стойкой. На меня уставилась, руками всплеснула.

— Батеньки, какие люди! Живой! Не сбежал!

— И тебе привет, барыня, — махнул я рукой.

— Стой-стой-стой! Ты подожди, расскажи, как же набрался смелости вернуться! — запричитала она.

— Смелости вернуться? — недоуменно посмотрел на неё. — С тобой всё нормально? Какие-то глупости говоришь.

— Так пропал же ты, — перестала она дурачиться и плечами пожала. — Думали всё, больше не появишься.

— Ясно. Ну, вернулся. Смелости набрался, как ты говоришь.

— Ай, молодец! Хвалю. Что, ручки заболели? Решил сделать перерыв? — издевалась она.