Шрифт:
– Ну вот, я же говорил, что ныть будет, – сказал Айзек, глядя на младшего брата Анри, который сидел на холодной и мокрой земле, утирая слезы.
– Поноет и перестанет, – ответил Гектор, пожимая плечами.
– Может, он приемный? – вкинул Финн. – Не верю, что в нашей семье могла появиться такая бездарность.
Трое старших братьев застали Анри, когда он в очередной раз пытался создать заклинание огненного шара. Это не простое заклинание. Его начинают изучать на поздних курсах академии магии, студенты которой на десять лет старше Анри.
Однако каждый из братьев освоил огненный шар
У младшего же оно никак не получалось. Он снова и снова пытался его сотворить, вкладывал в это душу и все силы, но ничего не выходило.
Это сильно давило на Анри, из-за чего он стал убегать в лес, чтобы тренироваться в одиночестве и скрывать от братьев нескончаемые неудачи. К сожалению, они зачем-то явились на импровизированную тренировочную площадку. Увидели, как Анри искрами из ладони подпалил себе лицо и повалился с ног. По лесу пронесся их звонкий хохот, который прерывался лишь едкими шутками. Обида так быстро подступила к горлу Анри, что он не успел ее подавить и расплакался.
Гектор потоптал опавшие желтые листья, которые еще не высохли после дождя, и взглянул на нетронутую мишень. Вокруг чучела, собранного из листьев и палок, было полно воронок от неудавшихся заклинаний. Анри совершил не меньше полусотни попыток, и все были мимо. Очевидно, что брат плохо контролировал даже тот небольшой запас энергии, которым обладал.
– Тебя искал Балдур, – сказал Гектор. – Должно быть, хочет попросить меньше отсвечивать во время пира, – старший брат презрительно прошелся глазами с ног до головы плачущего мальчишки и объявил остальным братьям: – Уходим. Больно смотреть на это. – Он развернулся и гордо зашагал прочь, а двое братьев послушно засеменили следом, оставив младшего в одиночестве.
Обидчики растворились в море деревьев, и их макушки окончательно скрылись из виду. Анри пару минут посидел в эмоциональной пустоте, затем стал приводить себя в порядок, чтобы прийти к отцовскому советнику в подобающем виде. Он спешно вытирал слезы, чтобы они не высохли, оставив на щеках следы его слабости.
В голове тем временем проносился поток мыслей, которые все чаще стали давить ему на сердце. Мысли об отце, о матери, о его вкладе в величие семьи, о братьях.
***
Герцог Роген, отец мальчиков, был уважаемым и влиятельным человеком в королевстве. За свои успехи на поле битвы он получил титул и земли. О нем слагали песни, которые пользовались популярностью у всех: от крестьян до маркизов. Особенно популярной была песня о том, как он почти в одиночку, с помощью меча и магии, выиграл ключевую битву в войне и спас корону от северян-бунтовщиков. Она звучала так громко, что услышать ее можно было во всех уголках королевства. Так громко, что в какой-то момент начала мешать здоровому сну его величества короля и других членов королевского двора.
Герцогиня Лиллиан, жена Рогена, была одной из самых красивых женщин королевства. Однако никто не говорил о ее красоте, потому что неординарный ум затмевал все остальные качества. Она обладала редким даром осведомленности, умела быстро и легко соображать, принимала верные решения. Поэтому
Однако ни один интриган не рискнул даже скрытно выступить против Лиллиан и Рогена, потому что герцога уважала армия, а герцогиню боялась знать.
Когда стало известно, что герцог и герцогиня ждут ребенка, весь королевский двор замер в предвкушении. Неожиданно для всех эта новость привела к кардинальным переменам в королевстве.
Двор разделился на две стороны: одни считали, что наследник таких родителей, переняв их таланты, сможет выигрывать битвы для короля. Другие видели в Гекторе прямую угрозу: у короля не было детей, и в случае неожиданной смерти многие бы с энтузиазмом приняли коронацию влиятельного герцога с талантливым наследником. Поэтому каждый обладатель благородных кровей с двойным вниманием следил за семьей герцога и успехами маленького Гектора.
Первенец Рогена с малых лет проявлял выдающиеся способности в науке и магии, но его истинной страстью, как у отца, было искусство фехтования. Мальчик демонстрировал потрясающие результаты, и родители были вынуждены постоянно менять учителей, так как он осваивал приемы так же быстро, как превращал деревянные манекены в щепки.
Через три года после рождения первенца земли герцога пополнились еще двумя маркизами – близнецами Айзеком и Финном. Айзек проявил интерес к магическим наукам сразу после того, как научился ходить и говорить. Финну же потребовалось больше времени на проявление талантов. Первый же учитель отметил в нем стремление к естественным наукам и умение мастерить различные механизмы. Оба близнеца унаследовали от матери прыткий и пытливый ум, жажду знаний и страсть к развитию интеллекта.
Каждый год в честь победы над северянами король устраивал великолепный пир, который собирал знать со всей страны. Среди приглашенных была и семья герцога и герцогини Рогенов, воспитывающая трех сыновей: Гектора, Айзека и Финна. На пире мальчики демонстрировали свои достижения, показывали и рассказывали о том, чему они научились за прошедший год.
Начинали они с простых трюков и фокусов, но по мере взросления их мастерство становилось все более изощренным и сложным, что вызывало восхищение у всех присутствующих. Представление маленьких маркизов стало одной из любимых традиций на королевском пире, наравне с турнирами и церемониями награждения.
И вот наступило время для очередного турнира. Однако к великому сожалению короля, весточка о неприятных новостях достигла его двора: семейство Рогена не сможет присутствовать на празднике из-за внезапной кончины герцогини.
Трагедия разыгралась во время родов, и теперь герцог, опечаленный и одинокий, остался заботиться о четырех маленьких наследниках, – так было изложено в послании.
Трагическое событие оставило глубокий след в сердце герцога. Любящие слуги приложили немало усилий, чтобы поднять господина с кровати и уговорить его выйти из покоев, где он проводил дни напролет, таращась в потолок пустыми глазами.