Цена предательства
Шрифт:
Генералом. А что? Наталья рассмеялась, стоя перед зеркалом трюмо. Она, учительница начальных классов, и вдруг генеральша Хотя вряд ли. До генерала Рома дослужиться не успеет, возраст не тот, но все равно, офицер такого ведомства, которое он представлял, это серьезно!
И ребеночку везде дорога будет открыта. Еще бы, с таким папой. Даже то, что они станут просто москвичами, это ли не предел ее мечтаний? Она как маленькая девочка повернулась вокруг несколько раз, танцуя. Полы халата разлетелись в разные стороны, обнажив ее красивые ноги. За этими
Хорошо, вовремя посмотрела на часы. 7.45.
— Ой! — воскликнула Наталья. Через полчаса выходить, а у нее платье не поглажено, разбаловалась, как школьница перед выпускным балом.
Приведя себя в надлежащий для учительницы вид, она вышла из дома в прекрасном настроении. Приветливо здороваясь со знакомыми, женщина направилась к школе. Ей надо было пройти по тротуару, где вчера они гуляли с любимым, только половину улицы, за перекрестком перейти дорогу, обычно еще пустую от транспорта в это время. Там через парк и школа. Она дошла до перекрестка. Перешла примыкающую к главной второстепенную дорогу, боковым зрением заметив стоящий немного в глубине огромный джип. Но внимания на него не обратила. Прошла еще метров десять по тротуару, вышла на обочину, осмотрелась. Вышла на дорогу. Она уже достигла сплошной разделяющей полосы, как услышала сзади и справа звук приближающегося автомобиля.
Ей бы пробежать оставшиеся метров шесть, уйти с дороги, но Наташа непроизвольно сделала шаг назад, на полосу.
Джип, ранее не привлекший ее внимания, стремительно набрав скорость, мчался прямо на женщину. Она успела только обернуться, когда страшный по силе удар отбросил Наташу к противоположной стороне дороги, где женщина сильно ударилась затылком о бордюрный камень. И так, распластав руки, как перебитые крылья, разбросав по асфальту свои пышные волосы, из-под которых начала быстро растекаться черная лужа крови, осталась лежать, глядя открытыми, еще счастливыми, но стекленеющими уже глазами в такое чистое голубое небо! Туда, куда устремилась ее жестоко преданная душа…
А джип, набрав скорость, скрылся за ближайшим поворотом. Там, на мгновение притормозив, высадил пассажира и, выехав на центральную улицу, взял курс в сторону Ставрополя. На его лобовом стекле появился федеральный пропуск, запрещающий органам ГИБДД останавливать автомобиль.
Пассажир, выскочивший из джипа, вернулся туда, где только что произошла трагедия, собравшая уже вокруг толпу народа. Возле тротуара плакали две девочки, наверное, ученицы погибшей. Толпу тщетно пытался разогнать милиционер, невольно оказавшийся здесь и вызвавший «Скорую помощь» и наряд ГИБДД. Он пытался найти свидетелей случившегося, но таковых, как обычно, не оказалось, хотя джип видели многие.
Пассажир пробился сквозь толпу, посмотрел на тело.
Одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться, что женщина мертва. Он отошел в сторону, повернул за угол, откуда недавно вылетел джип-убийца. Мимо промчалась «Скорая», сверкая проблесковыми маяками и оглушая округу своей
— Да?
— Босс! Это Кузен!
— Ну?
— Объект Вальтера убран.
— Гарантированно?
— Сам свидетель.
— Хорошо! Джип доложил, что он свободно ушел из поселка. Уходи и ты. Сбор для всех на нашей базе.
— Понял, босс! До свидания.
— Конец связи!
Капитан Марков нашел полковника Яковлева в штабе начальника штаба корпуса. Юрий Александрович тут же, извинившись, покинул генерала и вышел к капитану.
— Здравия желаю, товарищ полковник!
— Здравствуй, Роман Яковлевич! Как дела? — полковник выглядел рассеянным.
— Все по плану, Юрий Александрович.
— Какому плану? Плану дьявола? — неожиданно вырвалось у полковника.
Он, как говорится, был не в своей тарелке. Но держал себя в руках, хотя и с трудом. И такое поведение было непонятно Маркову. «Крота» убрали, задачу выполнили, группа благополучно ушла из гарнизона на базу! Что же раздражало полковника? Ответа на этот вопрос у Маркова не было. Между тем Юрий Александрович предложил:
— Пойдем выйдем из штаба, прогуляемся по парку.
Там, в гражданских костюмах, они ничем не привлекали внимания. Полковник сообщил:
— Наталья умерла. Несчастный случай. Ее сбила машина.
Марков пожал плечами.
— Жаль. Хорошая была баба. Но что же поделать, раз судьба такая?
— И ты так спокойно к этому относишься? Ведь она ребенка от тебя ждала! Любила!
— Я что-то не пойму вас, товарищ полковник. Как будто вы не знали о готовящейся акции?
— Я для нее был чужой, незнакомый человек, ты же почти муж!
— Моя семья в Москве, или вы забыли об этом?
— Ничего я не забыл. НИЧЕГО! Ну ладно! Перейдем к делу. Распоряжение генерала явиться к нему получил?
— Получил.
— Пацана, что твои люди расстреляли под видом попытки побега, ты приговорил? По твоему плану провели акцию?
Капитан посмотрел на полковника:
— Приказ отдал босс, остальное — моя работа, а что?
— Не забывайся, капитан, — резко повысил голос полковник, — твое дело отвечать, когда спрашивает начальник!
Но тут же, взяв себя в руки, произнес:
— Надеюсь, ты все предусмотрел, чтобы убийство выглядело правдоподобно и обоснованно, если можно как-то объяснить убийство?
— Я предусмотрел все! Ребята сработали чисто, только попрошу, как офицер офицера, называть вещи своими именами. Не убийство, а ликвидация.
— Как офицер офицера, говоришь? — полковник сплюнул на дорожку. — Что ж, может, ты и прав! Извини, что-то я устал, и нервы начали пошаливать.
— Бывает. Но это пройдет.
— Особенно после встречи с боссом! Но хватит о грустном. Сейчас твои подчиненные дают показания в военной прокуратуре, там их отмажут подчистую, но продержат здесь еще несколько дней, так что возвращаться тебе одному. Вечером.