Цена славы
Шрифт:
— А враг?
Грейсон оглядел склон холма сверху. У подножия дымились горящие глайдеры и виднелось нечто, похожее очертаниями на неподвижную фигуру вышедшего из строя «Страуса».
— Нас атаковали по меньшей мере четыре раза, полковник. Все легкие боевые роботы оказались здесь. По-моему, мы прикончили «Стингера» еще раньше.
Рука «Тигра» указала на северо-запад. Грейсон увидел среди сухой травы бездыханное серебристое тело боевого робота.
— «Стрелец» внезапно напал на нас с тыла, но вы, кажется, спугнули его. Нас обстреливали со всех сторон.
— Оставшаяся часть командной группы подходит к вам сзади, — сообщил Грейсон, — так что
— Какая еще неполадка! — Ее голос вновь сорвался от возмущения.
— Как? Он утверждал, что поставил тебя в известность!
— Этот трус! Да он попросту наложил в штаны и бесследно исчез еще до начала первой атаки. Я ему покажу неполадку, попадись он только мне в руки!
Грейсон похолодел. Так, значит, Графф сбежал с поля битвы, оставив своих товарищей сражаться с превосходящими силами врага, и спрятался среди деревьев внизу, на склоне. По военным законам, за такое полагался расстрел, если дезертир оказывался пойман и отдан под трибунал. Но времени раздумывать над этим не было.
— Ты молодец, Франсин. Вам удалось сдержать их на достаточно долгий срок, чтобы спасти шаттлы.
— Это еще не все, полковник.
Ее голос звучал напряженно; казалось, ей с большим трудом удается держать себя в руках.
— По-моему, они подтягивают пехоту.
— Где?
— Вон там недавно появились глайдеры. Наша пехота подстрелила «Страуса»... По-моему, пехотинцы захватили его, потому что отсюда мне показалось, что «Страус» стрелял по тем глайдерам внизу, в долине. Это случилось несколько минут назад, как раз когда затихли глушилки.
— Ты полагаешь, что это были глайдеры-глушилки?
— Не могу сказать точно, но думаю, что да. Да там вообще было много пехоты — бронеглайдеры, скиммеры, большей частью легкие. Они двигались внизу, между деревьями. Потом стали взбираться на верхушку гряды, но повернули назад, когда тот «Страус» начал стрелять.
— А что с ним?
— Получил несколько ударов пару минут назад и с тех пор молчит.
Проклятье! Кто бы ни использовал «Страуса» против глайдеров Марика, он, возможно, спас весь Легион. Как раз когда Графф сбежал.
— О'кей. Оставайтесь здесь. Я пришлю какого-нибудь обладающего руками боевого робота на подмогу «Шершню» Тревор, как только мы удостоверимся, что враг действительно отступает.
— Да, сэр! И... сэр!
— Что?
— Как хорошо, что вы вернулись!
Харрис Графф осадил своего «Ассасина» у главного люка под нависающим корпусом «Фобоса». Он послал свои ИС, и один из офицеров на мостике ответил ему.
— Графф? Чего тебе?
— У меня серьезная поломка, лейтенант. Охладитель поврежден и течет. Лейтенант Роже сказала, что я могу вернуться, чтобы техи его залатали.
— Стой на месте. Мы сейчас откроем.
Массивные створки люка раздвинулись с низким металлическим скрежетом. Трап со стальными ступенями вывалился на землю, как собачий язык. Техи столпились возле люка с любопытством глядя на одинокого робота.
Графф повел свою машину вверх по трапу.
Дженис Тейлор лежала в траве в двухстах метрах от «Фобоса». Она посмотрела, как «Ассасин» взбирается по трапу, затем взглянула на окружавшие ее леса. Девушка родилась и выросла на Верзанди — планете, находящейся на границе с Домом Куриты. В бытность свою преподавателем престижного Королевского университета Верзанди, она стала свидетельницей кровавой революции,
Дженис все еще удивлялась своему решению. Ее первое побуждение вступить в борьбу с монстрами, подобными генерал-губернатору Нагумо, родилось из любви к своей родине и решимости отдать жизнь за ее свободу. Она страстно любила свой мир и людей, живущих там. Эта любовь и заставила ее покинуть Верзанди. Еще свобода, омытая кровью, не выбралась из пеленок, но уже нашлись люди, возжелавшие извлечь из нее личную выгоду.
Именно поэтому она и оставила Верзанди. Она любила свою планету и свой народ, но не могла смотреть, как ее сородичи, потакая непомерной алчности, торгуют своей победой.
Новым домом для девушки стал Серый Легион Смерти. Одно время она даже была влюблена в молодого командира подразделения — Грейсона. Дженис испытала острую боль, когда осознала, насколько прочна и безраздельна связь Грейсона с ротным помощником Лори Калмар. Впрочем, в конце концов они с Лори стали близкими друзьями, решив не враждовать из-за мужчины.
Дженис знала, что все еще любит Грейсона Карлайла, но как-то по-другому. Может быть, это чувство и не давало ей уйти из Серого Легиона Смерти. Шорох вернул ее к действительности. Она вскинула на изготовку свое ружье. Через подлесок пробирались какие-то люди. Ее взвод получил задание контролировать подступы к шаттлам, не пропуская неизвестных людей за границы охраняемой зоны. А неизвестные, Ломившиеся сквозь густой кустарник в нескольких десятках метров впереди Дженис, как раз и собирались эти границы пересечь.
— Стой! — окликнула она их. — Кто...
Но она не закончила фразы. Кусты прорезала автоматная очередь, и пули просвистели прямо у нее над головой. Рефлексы, выработанные долгой муштрой капитана Рэмеджа, сработали безукоризненно Дженис припала к земле и откатилась вправо. Затем, выстрелив с колена в своих противников, вновь упала и перекатилась. В воздухе что-то свистнуло; снаряд обрушился в кустарник слева от нее, как раз туда, где она только что находилась. Дженис откатилась еще раз и приникла к земле. Рядом с ней оглушительно разорвалась граната. От сотрясшего почву взрыва в ушах у нее зазвенело. Осколки срезали верхушки высоких стеблей над головой Дженис, но не задели ее. Люди в боевых бронежилетах продирались через кусты и палили безостановочно.
Дженис уже могла различить орла с распростертыми крыльями на форме приближавшихся солдат. Лежа на земле, она дала несколько коротких очередей по атакующим. Двое солдат свалились как подкошенные. Третий метнулся в сторону и открыл огонь из автомата. Пролетев под углом девяносто градусов, пули состригли ветви и листья, дождем осыпавшиеся. на голову Дженис. Ее ответный выстрел достиг своей цели. Но в подлеске уже пыхтели другие марикские солдаты. Около десяти солдат подошли совсем близко к «Фобосу».