Цена "Суассона"
Шрифт:
— Алло, — произнес приятный баритон всего лишь через два гудка, прозвучавших в трубке после последнего нажатия клавиш.
— Это говорит Дэн Майнер. Я нашел вашу записку…
— Очень приятно, мистер Майнер. Привет вам от вашего старого знакомого, мистера Грегора. Вы, надеюсь, еще помните его?
Грегор… Мне это имя ничего не говорило.
— Простите. Вероятно, произошла какая-то ошибка. Мистер Грегор, так, кажется, вы сказали? Он у нас что-то заказывал?
— Ну-ну, мистер Майнер, у вас раньше была отменная память! Неужели преждевременная кончина наших общих друзей, Аркадия и Антона, так на нее повлияла? Может быть, если я стану называть вас Джеком Боггартом,
Смею заверить, я не изнеженная барышня, страдающая малокровием, и никогда в жизни не падал в обморок, разве что однажды, когда меня стукнули по затылку французским кастетом. Но тут вдруг все поплыло у меня перед глазами. Впрочем, это продолжалось какую-то долю секунды.
Значит, они все-таки выследили меня… Я вспомнил жесткий, как железный щуп, взгляд старика в белом чесучевом костюме. Кажется, его звали Грегор, так однажды упомянул главарь Организации, Антон. Мы встречались только один раз, после чего потянулась цепочка событий, завершающей точкой которых был взрыв моей машины, гибель Вероники, которую они подослали ко мне в качестве шпионки и которая в конце концов перешла на мою сторону, долгие месяцы на госпитальной койке и командировка сюда, на спокойную должность, «синекуру», как я надеялся.
— Что вам от меня нужно? — Голос мой прозвучал хрипло.
— О, вот это уже деловой разговор! Как вы помните, за вами небольшой должок. Мистер Грегор рассчитывает, что вы поможете ему пополнить коллекцию…
"Они не оставили надежды разыскать «Суассон», знаменитый бриллиант, пропавший еще в конце гражданской войны", — понял я. Собственно говоря, с поисков этого камня и началось наше «знакомство», будь оно проклято.
— Кроме того, — продолжал мой собеседник, — ваши связи и возможности могут оказаться нам очень полезными в маленьком бизнесе, связанном с поставками свежемороженых мясных продуктов за границу. Спрос на них велик, и дело прибыльное, особенно учитывая дешевизну нашего сырья.
— А если я откажусь?
— Думаю, вы заметили наш привет, который мы послали вам на мосту. Вы оценили точность, с которой он был адресован? У вас не зазвенело в ухе? Говорят, когда кого-нибудь вспоминают, звенит в ухе.
Одно из правил мафии — никогда не угрожать в случае реального намерения нанести удар. Жертва должна умирать с чувством собственной безопасности, желательно — испытывая до самого последнего момента искреннюю симпатию к своему убийце. Так что, вернее всего, они не собираются рассчитаться со мной за прошлое, я им еще нужен. Ну что ж… Моя профессия давно уже приучила меня ходить по краю, жить с постоянным ощущением смертельной опасности за спиной, и угроза не испугала меня. Тем не менее, придется сделать вид, что я наложил в штаны, чтобы не вызывать у противника подозрений. Придется, как ни разленился я за последнее время, заняться неблагодарной работой выкорчевывания корней. Наивно было с моей стороны думать, что после того, как я разделался с главарями, Аркадием и Антоном, мои старые противники угомонятся, уйдут на "заслуженный отдых". Корни Организации, как скромно называли они свою преступную группировку, напоминали корни хмеля: сколько их не корчуй, то тут, то там вылезают все новые и новые.
— Ладно, это не телефонный разговор. Нужно встретиться и поговорить. Я хочу знать, в чем тут может быть мой интерес.
— Хорошо. Если вы в принципе согласны, я вам еще позвоню, и мы договоримся о встрече. Если предложенная вам первоначальная цена не удовлетворит вас, можно поторговаться, я не против. Продиктуйте, пожалуйста, номер вашего домашнего телефона,
Естественно, его там не было. Ведь я приехал не так давно и снял этот коттедж всего за неделю до того, как отправился в свой неудачный полет на «сессне». К тому же при всей оперативности здешних служб связи номер моего домашнего телефона еще не успел попасть в последний справочник, я не очень-то хотел, чтобы меня беспокоили по делам «Ассунты» даже дома.
Я сообщил ему свой номер нарочито недовольным тоном, после чего мы распрощались.
Потом я посмотрел по телевизору какую-то часть бесконечного сериала о приключениях охотника за крокодилами, прослушал кассету с записями цыганского хора. Но ничто не могло развеять моего плохого настроения. Наконец, вопреки всем своим правилам, я выпил порцию скотча и отправился спать. Ночью мне снились дурные сны.
3
Побагровело еще сильнее красное лицо хорунжего, когда затянула ему горло жесткая петля…
Доктор Эванс оказался высоким, представительным джентльменом лет шестидесяти. Его белая шевелюра красиво сочеталась с румяными щеками и таким же носом, свидетельствующим о жизнелюбии почтенного кавалера ордена "Звезда Индии".
Мой доклад собрал человек двести любителей этнографии. В обширном помещении университетской аудитории, арендованной специально по этому случаю, они как-то терялись и казались совсем маленькой группкой. Это могло бы болезненно повлиять на какого-нибудь более самолюбивого лектора, но меня вполне удовлетворил искренний интерес, проявленный слушателями к некоторым пикантным подробностям моих приключений.
После того, как я ответил на все вопросы и председательствующий объявил об окончании заседания, публика начала расходиться. Я уже был готов вздохнуть с облегчением и поздравить себя с успешным завершением культурной миссии, как ко мне подошел молодой человек, которого я заметил в первом ряду еще во время доклада. В отличие от большинства слушателей, он не задавал никаких вопросов, но сейчас, как мне показалось, хотел о чем-то спросить.
— Мистер Майнер… — Казалось, он никак не может решиться.
— Да, друг мой? — Я ободряюще улыбнулся, принимая вид маститого профессора, покровительствующего молодым талантам, так сказать, заботливо относящегося к "зеленой поросли".
— Я… Может быть, вы… Мне, право, неловко, но…
— Смелее, юноша. Ученый должен быть решительным и отважным. Вспомните Данте: "Здесь нужно, чтоб душа была тверда, здесь страх не должен подавать совета". — Последние слова — цитату из "Божественной комедии" — я произнес по-итальянски, чем, кажется, еще больше смутил беднягу.
— Да-да, конечно… Дело в том, что… Словом, у меня есть небольшая коллекция, может быть, вы посмотрите ее? Нет, не всю, некоторые предметы. Мне говорили, что это подделка, но поскольку вы были там совсем недавно и видели своими глазами…
— Молодой человек уже обращался к нам, — довольно бесцеремонно вмешался в нашу беседу доктор Эванс. — Именно он обратил наше внимание на заметку в газете и посоветовал пригласить вас, за что мы ему весьма благодарны. Но все, что он нам показывал, не более, чем дешевые копии, ловкие мошенники изготавливают их для обмана доверчивых туристов. Смею вас заверить, наши эксперты достаточно квалифицированы, чтобы это определить. Да и я сам… Пустая трата времени, заверяю вас.