Цена свободы. Рунный след

Живетьева Инна

Славка еле сдерживался, чтобы самому не рвануть через границу. Опаздывают уже на полдня. Если к вечеру не появятся, он сам поедет в Сизелию. Аскар, конечно, будет орать, когда узнает. Но сил больше нет.

Сначала он принял стук копыт за обман слуха — уже неоднократно бросался навстречу и

понимал, что это просто шумит в ушах от напряжения. Но на этот раз звук нарастал, приближался. Славка подхватил поводья и замер: должно быть две лошади — две! — а скачет только одна.

Ударил в бока неповинного жеребца, заставив того вылететь на дорогу. Это подло, желать беды Тимсу, но только бы с Алешкой все было хорошо! Всадник приближался, и Славка мешком обмяк в седле.

Алешка поравнялся с ним, первым делом выхватил из седельной сумки фляжку, припал к горлышку.

— Фу ты, леший, — выдохнул. — Три часа без остановки гнал. Тимса я оставил у барона. Он ранен, верхом не мог.

— Сильно?

— Да нет, просто крови много потерял. Ничего, там же теперь Лорк.

Славка кивнул. Лорк, опальный приятель Талема, поплатился за слишком горячую поддержку наследника Кира. Вот и отсиживался теперь у Горного барона до более спокойных времен. Кажется, сидеть придется ему там еще очень долго.

— Давай вестницу отправим, — заторопился Алешка.

Славка с укором поднял брови. Нет, понятное дело, что Лешке очень хочется побыстрее успокоить друзей — и, главное, Альку. Но выпускать вестницу в такой близи от границы!

Поехали медленно, у Алешкиной кобылы измученно вздымались и опадали бока.

— Лерка обидится, — Славка прикинул, что раньше завтрашнего утра в Отин-граде они не появятся.

— Угу, — промычал Алешка. Его явно занимали другие мысли.

Славка привычно не набрасывался с вопросами: сам все расскажет. Алешка всегда держит паузу, обдумывая результаты вылазок. Зато уж если что скажет, так в

этом можно быть уверенным.

Теперь, когда волнение за друга схлынуло, уместно подумать и об остальном. Например, как лучше организовать следующую встречу с Ороном. Дракон его задери, приспичило же дриду обосноваться именно в Сизелии. А надо обязательно: недавно Алька нечаянно вскипятила воду в кувшине. Результат напугал и ее саму, и ведуна Дамала. А Талема чуть не разорвало от любопытства и восторга. Упрямая она, Алька. В кои веки это ее свойство ее натуры оказалось к месту.

Алешка снова вытащил флягу, поболтал в ней остатками воды:

— Весна в этом году ранняя. Быстро дороги просохли, да?

Славка понял, но все-таки спросил:

— Война начнется скоро?

— Раньше, чем мы думали, — друг в два глотка допил воду, и Славка потянулся за своей фляжкой:

— Во время войны трудно оставаться равнодушным.

Алешка глянул на него с тоской:

— Слушай, ну что же получается, так и будет: ненавистью, горем, жадностью, злобой?

Славка вспомнил, что там, в Отин-граде, сегодня венчаются Талем и Лера. Представил, как вылетит навстречу Алешке Аля. Как долго мучил художника Тимс, заставляя написать портрет девушки, которую мастер ни разу в жизни не видел. Пожал плечами:

— Знаешь что, нечего тебе больше в Сизелию соваться.

Алешка дипломатично промолчал. И только когда выехали на ведущую к Керми дорогу, сказал:

— Тимс говорит, что в этом году при поступлении в Княжеский корпус не будут устраивать поединков до смерти.

Славка улыбнулся:

— Молодец Аскар! Скажи, а? — он подобрал поводья покороче: — Слушай, давай сменим твою клячу в ближайшей деревне и постараемся успеть домой хотя бы к вечеру? Ждут же!

Март 2004 — декабрь 2005