Центр
Шрифт:
Опираясь на плечо Кззедды, Дэкл закавылял по этому коридору. Остановился возле одной двери, хмыкнул невесело:
— Приятные запашки идут. Там у них съестные припасы. Но нас там быстро найдут.
Остановился возле следующей двери, на которой было написано «Оружейная», нажал на кнопку, не особо надеясь на какой-либо эффект. Однако из динамика раздался компьютерный голос: "Добро пожаловать", и дверь стремительно отъехала в сторону.
— Что ж, раз приглашают, можно и войти, — усмехнулся Дэкл, и,
Тут же нажал на другую кнопку, и дверь закрылась. Дэкл оглядел полки и ящики со всевозможным оружием и боеприпасами, и проговорил:
— Это какое-то недоразумение, что нас сюда пропустили. По-видимому — неполадка или недоработка в электронных системах аэроцикла… Но нас здесь быстро обнаружит.
— Мы же в оружейной, — испуганно вымолвила Кззедда.
— Да. Мы в оружейной. Думаю, нас уже за опасных преступников, а не за простых перебежчиков считают. Так что — попытаются уничтожить.
— Ох… Страшно мне…
— Мне тоже страшно, но мы ещё, всё-таки, не трупы. А ну-ка, помоги мне сдвинуть этот ящик.
Общими усилиями они сдвинули один, а потом и ещё несколько ящиков. Накренили и обрушили стеллаж; в результате — выход в коридор оказался полностью перегорожен.
Кззедда молвила, жалобно:
— А я думала: мы будем прорываться.
— Ишь ты, какая героиня. Решила с законниками в пострелюшки поиграть?.. Так они половчее тебя стреляют.
— Честно говоря, мне вообще ни разу стрелять не доводилось.
— Ну а я тоже — не любитель оружия. Однако, кое-что на досуге всё-таки изучил. Даже и стрелять приходилось. Знаешь — попадалась агрессивная фауна на некоторых мирах. Правда, стрелял только усыпляющими.
— Что же мы — ждать теперь будем?
— Вот уж глупое занятие — ждать. Нас отсюда точно выкурят.
— Как… выкурят?
— Ну, например, пустят газ. Усыпляющий или смертоносный. Но что ты так дрожишь. Ведь я уже кое-что придумал.
Кззедда поспешно вытерла ладошкой слёзы, которые, одна за другой катились по её щекам, и проговорила:
— Ты меня извини. Я просто очень за жизнь свою боюсь. Я ведь молодая. Мне так жить хочется! Вот какая я трусиха…
— Ничего-ничего. Я тебя понимаю… Жить-то всякому хочется…
С этими словами Дэкл ворошил ящики, поднимал и отбрасывал то одно, то другое оружие, и, наконец, довольно, хмыкнул:
— Есть…
Он поднял и положил на стоявший посреди оружейной стол массивнное, тяжёлое орудие с широкой пушкой, проговорил:
— Теперь только заряд осталось найти…
В дверь начали колошматить, снаружи раздавались крики законников:
— Именем Нокта — откройте!..
Другой голос произнёс:
— Как же — откроют они! А если откроют, то голову тебе снесут! Они ж в оружейной!..
— Отходим! Быстро!.. Ну ничего — долго они там не просидят…
Дэкл, опираясь на плечо Кззедды, часто
— Не то… всё не то…
Наконец произнёс:
— Вот, то самое…
Он поднял весьма объёмистую коробку, прошёл вместе с ней к столу, там начал разрывать упаковку, бормоча:
— Ну, надо же, как намотали… Будто это подарок на день рождения…
Кззедда, как могла помогала ему. Наконец им удалось раскрыть упаковку, внизу лежал цилиндр.
Девушка спросила:
— Что это такое?
— Сейчас узнаешь… — пробормотал Дэкл, вставляя цилиндр в нижнюю часть заранее положенного на стол орудия.
Наконец, это ему удалось. Он произнёс:
— Теперь отходим — к двери. Живо!
Они отошли к завалу, возле двери. Там Дэкл направил орудие на противоположную часть этого помещения, проговорил:
— У-х, и жарко сейчас будет.
— Страшно мне! — повторяла Кззедда. — А вдруг взорвётся? Ты откуда знаешь, как всё это действует?
— Доводилось читать…
— Подожди!
— Нет, ждать некогда…
И Дэкл указал на густой, тёмно-зелёный дым, который начал выбиваться из-за зарешёченного отверстия под потолком.
— Видишь: уже травят нас. Когда эта гадость до нас доберётся, мы точно перестанем бояться, и вообще — чего-либо чувствовать.
С этими словами Дэкл нажал на спусковой крючек. Из дула орудия вырвался полупрозрачный, желтоватый луч и ударил в противоположную стену. Луч пульсировал — то сжимался, то раздувался, орудие в руках Дэкла вибрировало, нагревалось.
Что же касается противоположной стены, то она несколько секунд оставалась без изменений, а затем из глубины её проступило алое свечение. Затем свечение стало белым, стена начала оплывать. Нахлынули волны жара. Кззедда закашлялась, вцепилась в плечо Дэкла, простонала:
— Зачем всё это…
Дэкл прохрипел:
— Я просто хочу вырваться на свободу! Я раньше не ценил свободу! А теперь вот ценю…
Дэкл закашлялся. Жар увеличился уже до такого предела, что капли пота текли и по его лицу, и по рукам. Накалялось и орудие — оно не было рассчитано на столь длительное, непрервыное использование. Затем орудие и вовсе отключилось. Но надобность в нём уже отпала.
Раскалённая стена аэроцикла оплыла вниз, и стала видна часть летного поля. Похоже, что находящиеся в этом грузовом аэроцикле законники ещё не подняли общей тревоги. Надеялись, что удастся избежать серьёзных неприятностей.
Кззедда вскрикивала дрожащим голосом:
— Что же мы натворили?..
— Бежим! — крикнул Дэкл, и, припадая на ногу, двинулся к раскалённому выходу.
Всё же он обрадовался уже тому, что он может двигаться и без помощи Кззедды, и даже тащить её, перепуганную, плачущую, за собой. Значит, его нога не была сломана.