Центурион
Шрифт:
– Да. Только теперь князь Сухоруков не может и слова сказать о том, где спрятаны зеркала! – недовольно сказал Бест.
– Кто мог тогда знать, что он причастен к тем событиям? – огрызнулась Щергина. – Да, яд действительно лишает языка. И этого уже не исправить…
Они двинулись дальше, а Матвей остался на месте. Одна мысль не давала ему покоя: если старик не может говорить, чей голос они слышали в его комнате?
Он поспешил к выходу, пока его не увидел здесь еще кто-нибудь из членов Клуба, и отправился прямиком в редакцию
Ирина Клепцова уже ждала его там с новеньким блестящим ключом наготове.
– Вот, держи, – протянула она ему ключ. – Отец сделал его за каких-то десять минут! Причем даже не стал задавать лишних вопросов! За это я и люблю своего предка.
– Спасибо, – поблагодарил ее Матвей. – А о профессоре Штерне ты что-нибудь узнала?
– Совсем немного, – ответила Ирина. – Он лауреат Нобелевской премии, в последние годы жил затворником. Нигде особо не выступал. И поддерживал связь с разными оккультными обществами – это я уже на разных форумах выяснила. Отчего-то особый интерес он проявлял к оборотням и всему, что с ними связано. Один человек даже сообщил мне, что Штерн мечтал найти живого оборотня, представляешь?!
Ирина рассмеялась. Но Матвею было не до смеха. Он ведь знал, что Штерну удалось осуществить свою мечту и это привело к ужасным последствиям.
Вскоре в редакции появилась Марина, нагруженная пакетами.
– А о горничной что-нибудь удалось узнать? – снова спросил Матвей.
– Она темная лошадка, ваша Марьяна! – ответила девочка. – Про нее ничего нет. Нигде не засветилась.
– И все же странная она какая-то, – заметила Марина. – Эта ее манера исчезать из дома как раз перед тем, когда там начинают происходить…
– Ты тоже заметила? – спросил Матвей.
– Да тут любой бы стал что-то подозревать, – усмехнулась Марина.
– Так вы сегодня собираетесь проникнуть в комнату старика? – поинтересовалась Клепцова.
– Если получится, – кивнул Матвей.
– Жуть как интересно! Если что – звоните, я сразу примчусь!
– Они и без тебя разберутся, – сказал вошедший в комнату Артем. – Да и шума меньше наделают.
– Тебя не спросили! – огрызнулась Ирина. И они, как всегда, принялись пререкаться. Марина и Матвей, переглянувшись, молча вышли из редакции и направились в особняк. С серого неба снова летели крупные снежинки. Матвей шагал в расстегнутой куртке, Марина же, обмотав шею длинным шарфом, ежилась от холода.
– Ну что, вчера больше ничего не случилось? – спросила девушка, когда они ехали в автобусе.
Матвей рассказал ей о нападении странного старика, промолчав о присутствии в доме Артема и Никиты Легостаева.
– Боженьки! – воскликнула Марина, вытаращив глаза. – Хорошо, что меня не было! Но что он хотел?
– Сказал, ему тоже нужны зеркала. Тебе не кажется, что слишком многие за ними охотятся?
– Но это значит, что мы на верном пути! – заметила Марина. – Только надо опередить остальных. Ведь этот
– Сомневаюсь, – покачал головой Матвей. – Алена Александровна в это время всегда в особняке. Ну и сиделка тоже. А вот насчет Марьяны я не уверен…
Он как в воду глядел. Марьяны в особняке действительно не оказалось.
– Куда подевалась эта негодяйка?! – возмущалась Алена Александровна, расхаживая по дому в длинном махровом халате. – Я отправила ее в магазин три часа назад, а она до сих пор не появилась!
Матвей и Марина как раз выносили из кухни пластиковые мешки с мусором.
– Ее нет, – отметила Марина. – К чему бы это? Может, что-то снова затевается?
Матвей молча пожал плечами. В этот момент входная дверь резко распахнулась, и вошла Марьяна в коротком красном пальто и черной шляпке. В руках она держала пакеты с продуктами.
– Явилась! – воскликнула Алена Александровна, выходя из-за двери, и Марьяна чуть не подскочила от неожиданности. – И где же тебя носило?!
– Так я это… – замялась горничная. – На рынок ездила!
– Врешь! Оттуда ты бы вернулась гораздо быстрее! Признавайся, где ты пропадаешь каждый вечер?
Алена Александровна явно не собиралась шутить.
– Я была на свидании!
– Тоже вранье!
– Ладно! – разозлилась Марьяна. – Вы меня разоблачили! Я украла ваши бриллианты и ездила сдавать их в ломбард!
– Все мои драгоценности на месте! Говори правду или я уволю тебя!
– Ха! И кто же тут тогда будет работать?!
– Вот эти двое неплохо справляются! – Хозяйка показала на Матвея и Марину. Те даже лишились дара речи. – А вот когда мне врут, я ненавижу!
Марьяна мрачно уставилась в пол.
– Я подрабатываю горничной неподалеку, – вдруг тихо сказала она.
– Что?! – Алена Александровна вытаращила глаза так, будто Марьяна только что призналась ей, что она инопланетянка. – У этих снобов?! Как ты могла?! Я мало тебе плачу?!
– Но лишние деньги никогда не помешают.
– Предательница! – Сухорукова толкнула Марьяну в бок.
Та засмеялась, будто от щекотки, и резко дернулась.
Из-под пальто Марьяны посыпались серебряные ложки и вилки. Алена Александровна изумилась еще больше.
– Так ты еще и воруешь у них?! А раньше воровала только у меня! Ты дважды предала меня, негодяйка!
– И я в этом так раскаиваюсь! – ничуть не смутившись, сказала Марьяна.
– Вранье!
– Могу слезу пустить, если это поможет.
– Я не верю крокодиловым слезам! Негодяйка! Знать тебя не желаю!
Марина озадаченно взглянула на Матвея.
– А до этого они ладили? – шепотом спросила она. Матвей засмеялся. Алена Александровна умчалась в кухню, грозно сверкая очками, Марьяна понеслась вслед за ней. Вскоре оттуда до ребят донеслись новые крики. Матвей уже хохотал во весь голос.