Цетаганда
Шрифт:
– Вот уж не знал, что ты у нас еще и историк, – съязвил Айвен.
– Вы можете доказать это? – спросил Форобио. – При жизни вашего поколения?
– Не знаю, – пожал плечами Майлз. – Это одна из тех вещей, которые чувствуешь потрохами. Дайте мне год и департамент, и я, возможно, смогу дать вам обоснованный анализ с диаграммами.
– Признаюсь, – добавил Айвен, – мне трудно представить себе, скажем, лорда Йенаро, покоряющего кого-то.
– Не то чтобы он вообще не мог этого. Просто ко времени, когда у него появится шанс, он будет слишком стар, чтобы заботиться об этом.
– Веселенькая мысль, – буркнул Айвен.
У павильона их уже поджидали машины с салонами, обшитыми белым шелком, готовые отвезти гостей через Райский Сад к Южным воротам. Майлз налил себе горячего питья, со вздохом отказался от закусок – его желудок не принимал пищи от нервного напряжения – и принялся внимательно следить за перемещениями слугба.
«Все должно решиться сегодня. Завтра будет поздно. Давай же, Райан!»
И как, черт возьми, он сможет говорить с Райан, когда Форриди прицепился к нему как клещ? Майлз не сомневался, что тот следит за каждым его движением.
День тянулся, чередуя пение, приемы пищи и переезды. Часть делегатов, похоже, уже насытилась всем этим по горло; даже Айвен перестал интересоваться едой в третьем антракте. Когда связной появился – в буфете перед пятым и последним песнопением, – Майлз чуть не упустил его. Он вел с Форриди ничего не значащий разговор об особенностях выпечки Керославского региона, одновременно пытаясь придумать способ отделаться от своего собеседника. Он как раз достиг предела отчаяния, обдумывая возможность скормить Форобио что-нибудь рвотное и тем самым отвлечь своего цербера на, так сказать, старшего по званию, когда краем глаза заметил Айвена, разговаривавшего с каким-то мрачным ба. Это ба было ему незнакомо: в отличие от маленького ба, служившего Райан, это было моложе и обладало светлыми волосами. Айвен развел руками, пожал плечами и с озадаченным видом вышел из павильона следом за ба.
«Айвен? Какого черта ей нужно от Айвена?»
– Извините, сэр. – Майлз оборвал Форриди на полуслове и нырнул ему за спину. Когда тот обернулся, Майлз уже миновал соседнюю делегацию и находился на полпути к выходу, в котором скрылся Айвен. Ясное дело, Форриди бросится следом, но с этим Майлз как-нибудь разберется потом.
Майлз, щурясь, выскочил на свет как раз вовремя, чтобы увидеть черный мундир Айвена, исчезающий в кустах за фонтаном. Он затрусил следом, громко стуча ботинками по разноцветным камням дорожки.
– Лорд Форкосиган? – крикнул ему вслед Форриди.
Майлз не обернулся, только махнул на бегу рукой в знак того, что слышит. Вежливость не позволяла Форриди обматерить его вслух, но Майлз и так ощущал эти эмоции спиной.
Кустарник в человеческий рост высотой, кое-где прерываемый живописными
В центре окруженного деревьями газона с белыми скамейками по периметру парило спиной к Майлзу кресло аут-леди с отключенным силовым полем. Светловолосое ба куда-то исчезло. Восторженно раскрыв рот и не менее подозрительно подняв брови, к владелице кресла склонялся Айвен. Рука в белом рукаве протянулась к нему, и легкое облачко бесцветного газа ударило прямо в его удивленное лицо. Айвен закатил глаза и рухнул на колени сидевшей в кресле. И сразу же кресло скрылось под непроницаемо-белым пузырем защитного поля. Майлз вскрикнул и бросился к нему.
Кресла аут-леди вряд ли создавались для гонок, но перемещались все равно быстрее, чем Майлз на своих хромых ногах. Еще два поворота – и кресло скрылось из вида. Миновав последний ряд цветущих кустов, Майлз оказался на одной из главных аллей Райского Сада, мощенных белым нефритом. В обе стороны над ней скользили белые пузыри. Майлз слишком задыхался, чтобы чертыхнуться, но черные мысли так и теснились в его голове.
Он резко повернулся и оказался лицом к лицу с полковником Форриди.
Форриди протянул руку и ухватил его ворот мундира.
– Форкосиган, кой черт здесь происходит? И где Форпатрил?
– Я… я как раз хотел узнать это, сэр, с вашего позволения.
– Это дело цетагандийской охранки. Я сожгу их живьем, если…
– Я не думаю, чтобы они помогли нам в этом, сэр. Кажется, мне необходимо поговорить с кем-нибудь из ба. Сейчас же.
Форриди нахмурился, пытаясь переварить это. Подобная логика никак не укладывалась у него в голове. Майлз не винил его. Всего неделю назад он и сам разделял всеобщую убежденность в том, что цетагандийская охранка отвечает здесь за все.
«И отвечает, только не за все».
Легки на помине… Стоило Майлзу и Форриди пройти несколько шагов обратно к павильону, как перед ними возник гвардеец в красном мундире с полосатым лицом. Овчарка, подумал Майлз, готовая гнать заблудших иностранных овец обратно в стадо. Быстро сработано, но недостаточно быстро.
– Милорды. – Гвардеец, судя по мундиру, рядовой, вежливо поклонился. – С вашего позволения, павильон вон там. Машины отвезут вас к Южным воротам.
Форриди, похоже, принял решение:
– Спасибо. Но мы, кажется, потеряли члена нашей делегации. Не помогли бы вы найти лорда Форпатрила?
– Разумеется. – Гвардеец поднес к губам наручную рацию и бесстрастным голосом доложил ситуацию, не прекращая при этом подгонять Майлза и Форриди в сторону павильона. Значит, Айвен пока считается просто заблудившимся гостем; в этом не должно быть ничего необычного, ибо Сад спроектирован так, чтобы затягивать посетителя своими достопримечательностями.
«Дадим охранке пять минут на то, чтобы они убедились в том, что Айвен действительно пропал в самом центре Райского Сада. Вот тогда-то все и начнется».