Цейтнот
Шрифт:
«Я слушаю, Король».
«Наконец-то. Почему так долго не отвечал? Как там у вас обстановка?»
«Не могу сказать, что положительная. Мы попали в сильный буран. Сейчас сидим в норе и пережидаем непогоду. Степан обморозил пальцы на ноге, Наталья пытается ему помочь».
«Надеюсь, ничего серьезного?»
«Наталья утверждает, что пальцы сохранить удастся».
«Где вы сейчас?»
«Мы уже на земле Королевы Мод. Как только стихнет буря, двинемся на юг, к месту Прорыва. Сейчас готовимся определять точные координаты Клетки».
«Никаких осложнений?»
Алвикан недолго помолчал.
«Сложности
Да, конечно. Она – ярко выраженный пиромант, маг огня. Ее способности весьма уместны в ледяной пустыне, где сейчас находится группа.
«До Клетки вам далеко?»
«Нет. Но непогода не позволяет передвигаться. Надеюсь, что скоро снег пройдет и мы сможем идти дальше».
«Я тоже на это надеюсь. И надеюсь на вас, Кан. Сделайте все, что в ваших силах…»
«Мы делаем».
Я закрыл глаза. Да, глупая фраза. Конечно, они стараются.
«Хорошо. Все остальные группы завтра выходят к Клеткам…»
«Мы постараемся, Король».
«Знаю. Я свяжусь с вами завтра. Удачи».
«И вам».
Овал связи погас, растаяв в воздухе. Я потер переносицу и задумчиво уставился в темноту саванны.
Надо было самому отправляться в Антарктиду. Не уверен, что мое присутствие там сказалось бы на общей ситуации, но только сейчас я понял, что Южный Полюс станет самым сложным Прорывом. Суровые условия, безлюдная местность, твори, что хочешь. Белые там наверняка порезвятся в полную силу…
Нет, команда Кана должна справиться. Все подобранные Фигуры – сильные, да и сам лидер все-таки не новичок. Они сумеют ликвидировать Прорыв. Мне нужно успокоиться и просто поверить в свои Фигуры.
Я создал сигарету и закурил, глядя на сверкающие над головой звезды, на широкую ленту Млечного Пути. Сердце ныло. Я переживал за Алвикана и ребят. И меня грызла мысль о том, что, возможно, я неправильно укомплектовал группы и вообще допустил стратегические промахи в этой Партии. В прошлом я нередко давал маху, несмотря на хорошо развитую интуицию и опыт. Былые ошибки давили на меня тяжелым грузом, лишая уверенности в себе, и червячок сомнения назойливо грыз нутро: а не прогадал ли я, разрабатывая стратегию обороны? Не ошибся ли в людях, которых сделал своими Пешками?..
– Всегда найдется кто-то умнее тебя, – пробормотал я, затягиваясь.
Это точно. Каким бы умным ты себя ни считал, обязательно отыщется кто-то, кто обставит тебя по всем статьям. Переживать по этому поводу бессмысленно. Враг нападает, первый ход всегда за ним. Нужно просто разгадать его замысел и постараться максимально эффективно устранить угрозу.
Время покажет, ошибся я в выборе или нет. А пока следует сконцентрироваться на первоочередных задачах.
Что ж, быстро проведу определяющий Сеанс – и спать, набираться сил. Интуиция подсказывала, что завтра нас ждет тяжелый день, а я привык ей верить.
БРАЗИЛИЯ. КОРОЛЕВА
В отличие от Короля, в Бразилии я не бывала ни разу. То, что я успела узнать,
Казалось бы – что такое Пантанал? Болото.
Но это сказочное болото. Громадная топь, обширная низменность, где жизнь повсюду, где все пронизано чудесной первобытной магией. Настоящий гимн живой природе.
Всего два дня на реке, а мы уже видели и кайманов, и капибар, и бесчисленные стаи всевозможных птиц, и обезьян-ревунов, а однажды даже заметили ягуара. Таня и Леша не скрывали своего восторга, а Эл, как и я, старательно изображал невозмутимость. Но он чувствовал то же, что и я. Он ощущал красоту и энергию этого места. Он, как и я, заряжался невидимыми потоками Силы.
Леша, обычно тихий и мрачный, здесь буквально преобразился. Он стал охотнее общаться, бурно реагировал на каждую встречу с местной фауной, с неподдельным интересом слушал Таню, которая, судя по всему, неплохо разбиралась в животных, населяющих этот район. По ее собственному признанию, она, узнав, что их группа отправляется в Пантанал, безмерно обрадовалась, поскольку ее отец в свое время здесь бывал с туристической группой и много рассказывал ей о прелестях и опасностях этого места.
Слушая рассказы о «самом живом месте Бразилии», я, признаться, относилась к подобной информации скептически. Но болото действительно оказалось наполнено всевозможной живностью. Бесконечные колонии цапель и аистов, невыносимый птичий шум и гам днем, а ночью – резкие крики, рычание и уханье в глубине зарослей.
Плавучие луга с мелкими розовыми цветами и чудные деревья с изумрудной листвой соседствовали с высыхающими озерами грязи, в которых бились сотни обреченных рыб, становившихся легкой добычей птиц и кайманов. И миллионы насекомых, тучи которых кружили в воздухе, – мы с Элом, по совету Ригеса, отгоняли их от лодки ферромонами. Что ж, Пантанал, как выразилась Таня, – «болото контрастов».
Не все так эстетически притягательно, как обычно рисует воображение, но такова жизнь на Земле. Самый дивный цветок может распуститься рядом с раздувшимся трупом погибшей капибары. Самая красивая птица может пролететь над высыхающим озером зловонной грязи, в котором заживо запекаются попавшие в природную ловушку кайманы. К счастью, пока нам удавалось избегать обмелевших участков, поскольку передвигаться по колено в грязи было бы крайне сложно.
Мы двигались на запад. Безымянный приток Куаибы вскоре превратился в настоящий лабиринт из протоков, островков и зарослей громадных кувшинок, которые Таня опознала как Victoria Regia, или Виктория Амазонская. Пока она рассказывала нам о том, что эти кувшинки могут при равномерной нагрузке выдержать вес взрослого человека, Леша логично заметил, что все это, конечно, интересно, но плыть дальше по этим кувшинкам нет никакой возможности.
Впрочем, хоть и с большим трудом, но на веслах нам удалось миновать эти заросли, и вскоре мы оказались на чистой воде.