Чабор
Шрифт:
— Перестаньте! Вы же волки, а не собаки! Шелест не может драться с вожаком, поскольку сам не вожак, а переизбрать его нельзя, пока неизвестно, что случилось с Верасом. Тут надо бы расспросить, кто чего слышал или видел. Ну?..
Шелест, успокоившись, стал вспоминать:
— Верас пошёл в лес, — неохотно произнёс он, — а меня оставил вести войско. Сам обещал быть к бою. Верас не трус, раз обещал — значит будет! Видно, что-то тут нечисто. Шестеро наших пропало прямо перед выходом. Вожак пошёл искать их по следу...
Вдруг войско Шелеста загудело и стало расступаться.
— Братья! — хрипло крикнул уставший, запыхавшийся Верас, и обе стаи притихли. — Всем вам известно, для чего мы тут собрались, но бою не быть! Те горячие головы, что уже давно накопили друг на друга злобу, могут отойти в сторону и грызть глотки хоть до скончания века! Те же, кто, не выслушав меня до конца, скажут, что Верас трус, могут в тот же миг попробовать силу моей хватки на собственном загривке так, как попробовала эта подлая собака в волчьей шкуре! ...Хотя, наверное, даже людские псы не способны так предавать свою стаю, если живут в ней.
Верас тотчас схватил пленённого волка зубами за ухо и оторвал его. Ослеплённый страхом и болью предатель по-собачьи взвизгнул и выпустил из пасти рог сайвоков.
— Говори, — требовательно зарычал Верас, — кто ещё был с вами в сговоре? Ну?! Говори, или я оторву тебе второе ухо!..
— Их, с-сговорившихся, осталось всего трое, вожак! — проскулил придавленный к земле пленник.
— Заяц тебе вожак, — огрызнулся Верас. — Кто они?
— Сук, Хил и Лева…
— М-м-м? — озадачился главный волк стаи Темнолеса и поднял голову, всматриваясь в своё войско. — Верно ли это? Где они?
Волки зашумели, пропуская вперёд тех, чьи имена назвал предатель.
— Ну, что скажешь, Хил? — Испепеляя заговорщиков взглядом, вопрошал Верас. — То, что о вас говорит этот выблюдок, правда?
Вожак намеренно сделал паузу, отпуская пленённого, который уже с трудом мог дышать под грузом его тяжёлых лап. Придавленный страхом к снежному настилу волк так и остался лежать вверх брюхом, трусливо поджав трясущиеся ноги.
Обвинённый в предательстве Хил ответил за всех стоявших подле него:
— Это правда, Верас.
— Так скажите мне тогда хотя бы одну причину, по которой можно было бы оставить вас в живых? …Молчишь? Убить их! И этого пса тоже…
Предатели бросились вглубь войска, где их участь была быстро решена. Верас подобрал рог сайвоков и отнёс его в сторону. Терпеливо дождавшись, когда воины его стаи прикончат последнего из заговорщиков, он продолжил:
— Братья! Эти псы, вступив в тайный сговор с Вурдалом и Бардаком, хотели столкнуть две стаи и обернуть дело так, чтобы оба вожака погибли в схватке. В награду за выполненное предательство они, по заверению царя Темнолеса, получили бы полную власть над теми из вас, кто остался бы в живых! Мало того, они совершили ещё одну страшную
И вот теперь я спрашиваю вас, в кого мы превратились?! В тех, кто за положение в стае решается пойти против покона Предков?! Кем станем мы, потомки Великих охотников, убивая друг друга ради чьей-то прихоти?
— Верас, — перебил его Мах, — нас никто не заставлял идти на бой. Волки Темнолеса вышли первыми.
— Признаю, — ответил Верас, — в том моя вина. Мне до этих пор пока ещё не были известны подобные хитрости, а потому Бардак и его окружение провели меня в этом деле как щенка неразумного.
Скажи, Мах, три лета назад, в голодное время, разве не пустили вы наших охотников на свою землю, спасая от верной погибели? Прошло уже столько времени, а мы, позабыв о прошлом, как охотились в Мокрой ложбине, так и охотимся. А ведь это ваша земля! Так кто нам сможет помешать жить в полном понимании и спокойствии и дальше? Я считаю, что нам следует объединить стаи и выбрать единого вожака. Я охотник, война мне не нужна!
В наступившей тишине сотни глаз вопросительно смотрели на белого волка. От его слов зависело сейчас всё.
— Ты прав, Верас, — ответил Мах. — За завесой храбрости и воинственности все волки не желали убивать друг друга…. Верас прав! — сказал белый волк громче. — Лишь глухой не услышит дельного в его словах! Стаи нужно объединить в одну, свободную от любого влияния. Теперь слово за старейшинами семей и за каждым из вас. Решайте, как всё обустроить и жить дальше. Вожаком свободной стаи пусть станет Верас. Да, Верас!
Дело в том, что я знаю, кому принадлежал этот рог. Смерть Чабора — я говорю об убитом человеке — заставляет меня уйти из стаи. Не спрашивайте, почему. Решение моё обдуманно. Теперь я одиночка. Старейшины, дайте клич!
— Изго-о-о-ой! — нерешительно завыли волки Совета. Стая неохотно подхватила их вой, но, понимая, что белый волк своего решения не переменит, вскоре дружно дала клич о появлении нового волка-одиночки.
Теперь Мах не имел права жить с ними до тех пор, пока не создаст семью с чужой волчицей. Он добровольно пошёл на это. Гибель Чабора повисла над ним жестоким укором. Теперь все скажут: «Волки убили…», и никого не будет интересовать, кто, из какой стаи и по чьему приказу. Сама смерть человека — страшный грех, смерть же Чабора... Значит, Хвоя не уберегла его. Что же теперь станет с Большим Лесом?..
[i] Верста— 1066,8 м.
[ii] Сварожья ночь — время торжества Тёмных Сил, согласно Вед оно заканчивается в 2012 году от Р.Х.
[iii] Пекельного— от слова пекло.
[iv]Асур— так называли правителей у некоторых Славяно-Арийских народов
[v] Порубежье— граница.
ЛАРЬ 1 КЛУБОК 11
КЛУБОК 11
— …и, пожалуйста, быстро, я тебя прошу! — взмолился Таратор, застуканный врасплох происходящими вокруг событиями.