Чандрагупта
Шрифт:
времени оставаться тем нищим брахманом, который пришел с сыном царя охотничьих племен. И вот теперь
настало время, когда Чанакья должен был преодолеть последнюю преграду, чтобы стать победителем. Ему
нужно было с согласия Ракшаса посадить Чандрагупту на трон, а самого министра сделать помощником
правителя Магадхи. Но все это служило лишь средством для достижения главной цели: нанести поражение
грекам и изгнать их из страны арьев. В дальнейшем брахман собирался снова отправиться
вернуться к жизни отшельника вдали от людей и суеты мира. А для этого было особенно необходимо привлечь
Ракшаса на сторону Чандрагупты. Юному царю нужен опытный советник — искусный политик. Кроме того,
Ракшаса опасно было иметь противником: он мог обратиться за помощью к кому-нибудь из соседних
правителей и стать постоянной причиной неприятностей и даже бедствий. Однако деньги здесь были
бессильны, а посулы бессмысленны. Пока Чанакья рассчитывал, что Ракшас примет предложение Чандрагупты,
и не ошибся.
На следующий день после того, как министр дал свое согласие, было решено начать допрос
Парватешвара, и Ракшас отправился на заседание суда.
— Министр, — сказал Ракшасу Чандрагупта перед началом допроса, — прежде всего расследование
хорошо бы повести в тайне. Ведь если бунтовщики прослышат, что здесь происходит суд, они могут скрыться.
А потом поймать их будет очень трудно. Они уйдут к грекам, которые всегда готовы оказать покровительство
подобным людям. Помимо этого. судить мы должны со всей строгостью, о снисхождении не может быть и речи.
Каждый, на кого падет подозрение, должен быть схвачен, а виновные наказаны, — будь то ученый знаток вед
или чандал.
Ракшас не стал возражать: он был уверен, что заговор — дело рук Чанакьи, Чандрагупты и Бхагураяна, а
Парватешвар служил лишь подставным лицом. Хотя у Ракшаса не было ясного представления о том, что
произошло на самом деле и как во все это был замешан Парватешвар, он был убежден, что ему удастся найти
истину.
“Они пригласили меня, чтобы обманом заманить в сети, — говорил себе министр, — но я разоблачу их, и
позор падет на головы негодяев”.
Когда Ракшас вошел в зал суда, там находились только Чандрагупта и Бхагураян, которые встали и
почтительно приветствовали его, а затем предложили занять место судьи. Глядя на Бхагураяна и Чандрагупту,
министр подумал, что эти двое перешли все границы дозволенного и должны понести самое жестокое
наказание. Но Ракшас отогнал от себя эти мысли, ибо понимал, что его время еще не пришло.
“Даже если я знаю, что они убили Нандов, — рассуждал он, — то это еще ничего не значит. Это еще не
доказательство. И, прежде чем я найду улики, меня могут уничтожить самого”.
Министр
Ему было немного не по себе, но отказаться от расследования теперь означало бы только вызвать подозрения. И
Ракшас невозмутимо занял свое место.
— Какое ужасное преступление, о царевич киратов! — сказал он Чандрагупте. — Разве есть сердце у
того, кто совершил его? Я готов исполнить свой долг. Сначала нужно услышать, что говорит этот злодей
Парватешвар. Введите его!
Бхагураян и Чандрагупта посмотрели друг на друга и едва заметно улыбнулись.
Вскоре привели Парватешвара. Едва он увидел Ракшаса, его захлестнула бессильная ярость. Рука
потянулась к мечу, но увы — он был в плену и безоружен.
— Ракшас! — сказал Парватешвар с угрозой. — Недаром тебя так зовут. Если ты хотел убить махараджу,
то зачем меня вовлек в заговор? Я видел много преступников, но такого предателя еще не встречал. Я никогда
бы не поверил этим письмам, не будь на них твоей печати. Но счастье мне изменило, и тут уж ничего не
поделаешь. Я больше не сомневаюсь, что ты человек без чести и совести. И если теперь ты хочешь глумиться
надо мной…
Парватешвар задохнулся от гнева. Слова пленника удивили Ракшаса.
“Что все это значит? — думал министр. — Какие-то письма с моей печатью… Он говорит, что если бы не
печать…”
Мысли Ракшаса прервал Чандрагупта. Письма были уликой, и всякое упоминание о них таило опасность
для заговорщиков, но юноша знал, что рано или поздно до них дело дойдет.
— Парватешвар, — сказал он спокойно, — зачем столько упреков и ненужных слов? Министр Ракшас
теперь судья. Он принял на себя труд расследовать, почему был убит раджа и зачем ты пошел на Магадху. Ему и
поручено наказать виновных. Гнев твой сейчас ни к чему. Ты тоже раджа, и мы, конечно, отпустим тебя, но при
одном условии. Быть тебе на свободе или сидеть в тюрьме — зависит от тебя самого. Если расскажешь всю
правду и назовешь преступников, мы не будем тебя задерживать. А нет, так судья Ракшас…
— Ракшас — судья! — захохотал Парватешвар. — А что, в Магадхе всегда преступников назначают
судьями? Этот негодяй посылал мне письма, в которых говорил, что собирается убить раджу, и просил оказать
помощь. Я никогда не думал, что такой человек, как министр Ракшас, может совершить предательство. А ведь
все это случилось потому, что я был глуп, как последний осел. Я не сомневался в этом человеке и забыл об
осторожности. Ты теперь станешь раджей, Чандрагупта. Но будь начеку. Этот низкий человек когда-нибудь