Чао
Шрифт:
«Знаешь что, — сказал тогда Повелитель, — поступай ко мне на службу. И я послушаю твои рассказы».
Вот так я и появился здесь, во владениях всесильного Искандера Мур-Вея.
— О Великий Врачеватель, — не удержался Егор, — не во сне ли я? Неужели здесь, в Чинар-беке, живет волшебник Мур-Вей?
— Кто смел прервать меня, да поразит его мой гнев! — яростно вскричал Абдул-Надул.
Слушатели, кто мог, вскочили на ноги и, грозно ругаясь, схватились за оружие. Невольницы в страхе выронили опахала. Звонкое эхо
— О Мудрейший из Мудрых! — прижался к полу начальник стражи. — Это пленник, второй за сегодняшний день. Он переступил порог Чинар-бека, и мы привели его к тебе.
— Кто ты? — задыхаясь от гнева, выкрикивал Абдул-Надул, с ненавистью смотря в лицо Егору, которого подвели к нему. — Больной?
— Меня зовут Егор, — ответил маленький летчик. — Я случайно попал сюда.
— Случайно… Целуй мне пятки тысячу раз! — приказал Абдул-Надул. — Да поживее!
— Не буду.
— Не хочешь?! К Повелителю Чинар-бека его!
Глава одиннадцатая. Мур-Вей
Мур-Вей обитал на обширной площадке, окруженной дикими остроконечными скалами.
Мрачное ущелье служило входом в жилище волшебника, охраняемое механическими воротами и диковинными аппаратами. Внутри ворот — колесо из стальных острых мечей. Просунешь голову между прутьев, и от нее ничего не останется.
У ворот на цементном цоколе стоял автоматический сторож-наблюдатель, похожий на маяк. В верхней части его вращалась площадка с биноклями, осматривавшими местность.
Когда объективы-сторожа повернулись к прибывшей процессии, на мачте вспыхнул сигнальный огонь, сирены протяжно завыли, мечи на воротах завертелись, и мощный пресс стал опускаться на головы пришедших, грозя раздавить их.
— О почтеннейший! — залепетал Абдул-Надул, съеживаясь. — Мне надо к Мур-Вею. Отворись, чтобы полнилось, и закройся, чтобы не уменьшалось…
Сирены стихли. Красный свет погас. Пресс остановился. Мечи перестали вращаться. Ворота со скрипом отворились.
В освободившийся проход пронесли носилки с Абдул-Надулом, и стражники пинками заставили Егора ускорить шаг.
Шагов через сто Егор увидел волшебника и затрепетал, так страшен был вид Мур-Вея. Волшебник принял облик гигантского чойда. Стайка комаров жужжала над его бритой головой. Широкоскулое лицо Мур-Вея с большими черными глазами, толстыми губами и сильным подбородком выглядело суровым.
На
Возле стола на синих ковриках сидели семеро знахарей, собранных со всех концов Страны Жаркого Солнца. Они были одеты в синие халаты и синие тюрбаны. Их лица и даже бороды тоже посинели от усердия. Мерно покачиваясь, поджав под себя ноги и жестикулируя, знахари говорили повелителю приятные вещи, чтобы тем самым содействовать его выздоровлению.
— О Великий Искандер Мур-Вей, — гнусавил один. — У тебя самое большое и твердое сердце. Пусть оно бьется все быстрее и быстрее!
— Да будет благословен твой желудок, — вторил другой. — Глубокий, как подвал, и широкий, как амбар, он способен вместить все яства на свете. Не ты употребляй лишь грубую пищу, и он станет сильным, точно мельница.
— Какая бы хворь на тебя ни напала, — убеждал третий, — не ленись давать лечебные советы всем, кого знаешь. Чем больше знакомых послушается их, тем больше хвори от тебя перейдет к ним. Наступит время, и тебе ничего не останется!
— Ни у кого в мире нет более драгоценных камней в печени, чем у тебя, хозяин Чинар-бека, — радостно восклицал четвертый. — Храни их как зеницу ока и не позволяй неверным, именующим себя хирургами, похитить их, тогда ты проживешь вечность!
— Аллах позавидует твоему спокойствию, — молвил пятый. — Твои нервы гибки, как змеи, и крепче железа. Но чем больше ты станешь предаваться сну, тем выше будет их совершенство!
— Если хочешь познать истинное блаженство, — горячо заговорил шестой, — верь тому, что тебе приятно, и отвергай остальное. Лучшее лекарство от всех недугов — по десять капель меда в каждое ухо!
— Проще всего победить свою болезнь — это привыкнуть к ней, — заявил седьмой знахарь. — Не веди с ней тяжбы, не ссорься, а подружись… В мире и согласии с ней люди достигают глубокой старости и даже забывают о том, что больны. А чем дольше лечишься, тем больше тратишь свои силы, и тем меньше останется времени, чтобы быть здоровым!
Из-за гранитной скалы вышел чойд, ростом в пояс Егору, и негромко заговорил, подняв руки:
— Подавите дыхание в груди и остановите свои сердца: вы знаете, что Повелитель все еще нездоров.
Дыхание Егор еще немного сдержал, а вот с сердцем ничего не мог поделать — оно стучало беспокойно и громко.
— Что это вон в тех бычьих пузырях, что висят возле Мур-Вея, точно воздушные шары? — тихо спросил он.
Паук попался с характером экскурсовода и объяснил:
— Ты почти угадал, чужеземец. Великий Мур-Вей не может дышать одним воздухом с простыми смертными. Для него доставляют отдельно целебный воздух горных высот.
Затем чойд-секретарь повернулся к Мур-Вею и доложил: