Чародей без башни
Шрифт:
Он незаметно покосился на полотёра. Тот заинтересованно прислушивался, отложив тряпку.
– Такой хороший, новенький, блестящий, – еще громче заныл Синдибум, копошась под скамейкой. – Чтоб эту спину! Так всё состояние растеряешь, а поднять
Он вылез из-под ножки и, состроив на хитром лице несусветное разочарование, со скрипом разогнулся.
– Завтра, как только колдовать смогу, я за тобой вернусь, – пообещал Арий и, оглядываясь, побрёл к бассейну.
Полотёр дождался, когда он уйдёт подальше и ринулся к скамейке. Через мгновение из-под неё уже торчали одни ноги.
Мара вздохнула, но всё же щелкнула пальцами, и мурена, подняв тучу брызг, выскочила из воды и, тараща ошарашенные глаза и помахивая хвостом, улетела под потолок, юркнув в вентиляционное окошко.
Синдибум заулыбался во все зубы и ткнул чёрный цилиндр.
– Хорошо, когда ты жизнь не портишь! – ляпнул он.
– И зачем я с тобой связалась? – пожала плечами стажёрка. – За мной такие женихи ухаживают. А тут… Лысый…
– Блестящий! – поправил он.
– Болтливый…
– Общительный!
– Самодовольный!
– Уверенный в своих силах!
Мара упёрла руки в бока.
– Невыносимый!
– Преданный и заботливый, – ввернул Арий, вытаскивая у неё из-за уха цветок дикого вьюна.
– Когда-нибудь, – прошептала она, теребя фиолетовые лепестки, –
– Даже если я стану самым известным магическим сыщиком? – заглядывая ей в глаза, удивился Синдибум.
Но стажёрка только надула губы.
– Помнишь, ты рассказывала, что передо мной в «Гадкую виверну» заходил чародей из Рогатой башни?
– Ну и что? – ощипав весь цветок, вздохнула Мара.
– Мой жилец носит цилиндр с рогами, – небрежно бросил Арий. – Не думаю, что по Дырявой башне бродит два десятка чародеев с такими шляпами. Может, ты и забыла, но у нас чужаков и проклясть могут, – добавил он, припомнив бабушкин рассказ, но тут же лукаво улыбнулся. – Если ты не сильно занята сегодня вечером, приглашаю тебя в гости.
– Ты…
– … да я. Да мы с тобой!
Синдибум прямо-таки расцвёл. От прежнего давящего бремени несправедливости не осталось и следа.
– До полувечера рукой подать. Так что я стану кротким и милым, как двухнедельный кошкоморёнок. У меня же теперь всё наоборот, – он подхватил её под руку, потянув к выходу из зала.
Полотёр уже вытащил из-под скамейки весь мусор, даже тот, что скрывался там со времён Бесконечных войн, и разочарованно бормотал:
– Кто же верит Синдибуму. У него вечно глупые розыгрыши. Как он вообще раздобыл шляпу? Не иначе спёр у какого-нибудь подвыпившего чароплёта.
Конец ознакомительного фрагмента.